По плану, мне первому предстояло нанести визит мэру города и командующему ВМС Марокко, а также принять их на ответных визитах вместе с прибывшими командирами кораблей.
Яркое впечатление оставил визит к мэру города, который в окружении своих приближенных принимал по восточному обычаю. Интересно было проходить под саблями мамлюков, поднимаясь в покои мэра. Встреча была приятной, говорили, в частности, о Средней Азии, куда марокканцы попадали как участники походов арабских завоевателей.
Визит к первому заместителю командующего ВМС носил не столь экзотический характер. Сам командующий находился в это время на отдыхе в США. На службе ВМС Марокко находились французские офицеры и старшины, влияние Франции чувствовалось везде, даже язык общения в Марокко французский. После обмена любезностями я убыл на корабль для приема ответных визитов.
Основная нагрузка во время официальных визитов ложится на командира и экипаж флагманского корабля. Все прошло нормально, и мы готовились на второй день принимать сына
Хасана II, наследника престола (ему было около 10 лет). Однако нам сообщили, что наследник заболел и визит будет делать министр обороны генерал-полковник Уфкир.
В установленное время на причале был выстроен почетный караул ВС Марокко и весь экипаж корабля с почетным караулом. Министр обороны вовремя прибыл на корабль, я его встретил. Мы обошли строй моряков, и генерал Уфкир спросил: "Вы специально подбирали экипаж для визита?" Я ответил, что экипаж три месяца тому назад убыл из Севастополя и находится на боевой службе. Он попросил разрешения посетить подводную лодку, так как ему еще никогда не приходилось этого делать. Мы спустились в центральный пост, прошли во второй отсек и в кают-компании встретились с офицерами. Министр задавал вопросы о службе на подводных лодках. Встреча прошла тепло и интересно.
Далее генерал Уфкир передал просьбу министра двора о посещении корабля свитой наследника. Такое разрешение было дано.
На третий день принимали свиту наследника. Это оказались ребята в возрасте 8-10 лет, из знатных родов, которые верно служили престолу. Мальчикам на корабле все было интересно, а мы только о том и думали, как бы кто из них не свалился за борт или не упал на трапе. Матросы заботливо опекали гостей, в конце встречи в кают-компании был накрыт стол, где их угощали соком, компотом, конфетами и печеньем, затем вручили каждому подарок и передали сувенир для наследника престола - модель корабля.
Интересной оказалась встреча с заместителем начальника главного штаба вооруженных сил Марокко, поклонником полководческого таланта Г. Жукова, человеком, который в конце 60-х годов пресек дворцовый переворот и спас короля.
Вторая встреча с первым заместителем командующего ВМС Марокко прошла вне протокола, в присутствии военного атташе нашего посольства и советского генконсула, на берегу Атлантического океана, во французском ресторане. Первый зам. командующего состоял в свите короля, и я с особым вниманием отнесся к тем серьезным соображениям, которые он высказал. Я был уверен, что они заинтересуют советское руководство.
Во-первых, ключи от Гибралтара после Великой Отечественной войны должны были находиться у СССР, так как в то время первые самолеты и танки, в которых нуждалось Марокко, были советские. Однако неверная оценка арабского мира не позволила этому случиться.
Во-вторых, СССР в арабском мире делает ошибку, ориентируясь на Египет. Египтяне его предадут и пойдут за западными странами.
В-третьих, ВМС Марокко нуждается в помощи со стороны СССР, вскоре планируется поездка делегации в Советский Союз, надо ее поддержать.
Обо всем этом я сообщил Л. Поламарчуку, он планировал передать мою информацию в МИД СССР.
В заключение визита командир отряда советских кораблей дал прием для руководства города и ВМС, а также дипломатического корпуса, находившегося в Марокко.
Распрощавшись с нашими новыми друзьями, на следующий день мы взяли курс на Гибралтар.
С КП эскадры доложили, что в зоне Гибралтара НАТО проводит учение по блокированию проливов с целью недопущения прорыва подводных лодок. Это заставило по-новому оценить обстановку и принять решение по отрыву нашей подводной лодки от иностранных кораблей.
План форсирования пролива заключался в следующем: в походном ордере от бпк "Сметливый" по курсу в расстоянии 150-170 каб следует скр пр. 159 для ведения разведки, а по корме в расстоянии 150-180 каб - подводная лодка. Курс проходил ближе к территориальным водам Марокко. Форсирование планировалось в темное время суток. С обнаружением кораблей НАТО подводная лодка погружается и вдоль границы тервод следует в Альбораново море.
События развивались следующим образом. Скр обнаружил три корабля НАТО в строю кильватера, донес на бпк "Сметливый"; на подводную лодку поступила команда "грунт", и она начала маневр по форсированию пролива. Корабли НАТО подошли к скр и осветили его борт. Узнав, что этот корабль следует из Касабланки, они начали действия по блокаде. В районе появились базовые патрульные самолеты и еще две корабельно-поисковые ударные группы. Бпк "Сметливый" дал ход 6 узлов, имитируя проводку под кораблем подводной лодки, и поднял международные флажные сигналы "Не могу уступить дорогу". Нам надо было выиграть время, чтобы подводная лодка миновала пролив и ушла в Альбораново море.
Корабли НАТО вскоре подошли к "Сметливому" и начали осуществлять слежение; к рассвету они разобрались, что никакой подлодки нет, и прекратили слежение. "Сметливый" стал на якорь у о. Альборан и находился в готовности для обеспечения отрыва пл, если она будет обнаружена кораблями НАТО.
Позже командир подводной лодки капитан 2 ранга А. Перепич докладывал, что, используя банки и отмели и следуя вдоль тервод Марокко, он сумел оторваться, прошел в Альбораново море и далее в западную часть Средиземного моря. Получив доклад от пл, что она начала патрулировать в западной части, бпк "Сметливый" снялся с якоря и направился в залив Эс-Саллум, где находился КП эскадры, куда и прибыл в канун Дня Победы.
9 мая 1972 г. пришло поздравление ГК ВМФ с присвоением мне воинского звания контр-адмирала. Каждый моряк, получивший такое высокое воинское звание, поймет, каким радостным было для меня это событие. Мы отметили его в Александрии с Ю. Бошняком, которому было присвоено воинское звание генерал-майора.
Во второй половине мая планировался визит министра обороны СССР А. Гречко и Главнокомандующего ВМФ С. Горшкова в Египет, с посещением Александрии. С КП ВМФ поступило приказание: к северу от Александрии во время визита МО СССР в Каир провести совместную ракетную стрельбу ркр "Грозный" и пларк К-313 (СФ). Немедленно встал вопрос о закрытии района стрельбы. Это пока что было главное, далее шли осмотр, вытеснение из района иностранных судов и сама совместная стрельба.
Пока корабли находились на переходе морем, мы настойчиво добивались через КП ЧФ закрытия района, которое должно быть объявлено в извещениях мореплавателям. Но трудность заключалась в том, что не все суда могли его получить, поэтому мы стягивали все наличные силы для осмотра, вытеснения и охраны района.
В назначенный срок корабли зашли в Александрию, где была проведена подготовка к ракетной стрельбе. По плану выставили мишенную позицию из БКШ и двух уголковых отражателей. Управление всеми силами в районе стрельбы осуществлялось с КП эскадры контр-адмирала Волобуева, а КУГ в составе двух ударных групп (№1 - ркр "Грозный" и бпк пр. 61;.№ 2 - пларк К-313 с ретранслятором бпк пр. 61) управлял капитан 1 ранга Васюков. Представителем ГШ ВМФ на стрельбах был капитан 1 ранга В. Ященко, в прошлом флагманский ракетчик.
"Грозный" выполнял ракетную стрельбу ракетой П-35 с дистанции 90-100 км. Целеуказание по мишенной позиции на ркр "Грозный" и на пларк выдавал бпк "Красный Кавказ" через ретранслятор по УЗПС. Организация стрельбы весьма сложна и требует четкой отработки связи и управления. Планировалось, что ракетную стрельбу корабли выполнят в два этапа: на первом проведут тактическое учение в течение 4 часов, а затем, на втором этапе, выполнят ракетную стрельбу по мере чистоты района.