— Приезжай на выходные, — позвала она меня позавчера. — Сходим куда-нибудь, проветримся.
— Не знаю, — засомневалась я.
— Купим тебе обалденный деловой костюм. В нём тебя на любую работу возьмут!
— На обалденный у меня денег нет, — пожаловалась я, потому что сама идея мне пришлась по душе.
— У меня есть, — успокоила Ленка. — Потом отдашь, с первой зарплаты. Приедешь?
Я сомневалась ещё пару секунд, но потом согласилась.
— Приеду. Дашку навещу заодно.
— Вот, посмотрим, кого она на этот раз заарканила.
Надо сказать, что сестра, Дашка то есть, а не Ленка, нашему визиту не слишком обрадовалась. Её заметно перекосило, когда она нас на пороге узрела, но в квартиру впустила, совести, видимо, не хватило выгнать. О чём ей Ленка торжественно и сообщила, перед этим похвалив за сдержанность. Надо сказать, что мне к тому моменту было абсолютно всё равно — рада Дашка моему приезду или нет. Я настолько устала, что просто рухнула в кресло и тут же туфли с ног скинула. Всё-таки пятичасовая поездка из родного города в Москву (это считая полуторачасовую пробку на въезде!), а потом эпопея с магазинами в поисках сногсшибательного костюма, меня заметно утомили, я попросту обессилила. О чём Ленке и сообщила, пытаясь намекнуть, что к Дашке я уже совсем не хочу, а хочу в ресторан, в тот итальянский ресторанчик, в котором мы ужинали в прошлый раз, и где подают изумительную карбонару. Но Ленка была непреклонна. Её разобрало любопытство, а это очень серьёзно. Она хотела выведать у Дашки все подробности и сделать это немедленно, даже посмотрела на меня с обидой, когда я на ресторан намекнула.
— Я и так долго жду! А тебе не интересно разве? Эх ты, она твоя сестра родная!
Стало немножко стыдно, но скорее от Ленкиного тона, а не от слов. И я согласилась. А как только увидела тоскливое выражение на Дашкином лице, снова пожалела о том, что не настояла на ресторане.
— Могли бы и позвонить, — проворчала Дашка. — Вдруг бы меня дома не оказалось?
— Поэтому и не позвонили. Когда звоним, тебя дома никогда не оказывается, и ты об этом заранее предупреждаешь.
Дашка презрительно фыркнула. Затем присмотрелась к нам повнимательнее.
— Какие-то вы странные… Загорелые.
Я глаза закатила, а Ленка важно подбоченились.
— Так испанские пляжи — это тебе не хухры-мухры.
— Вы в Испанию ездили?
— Звонила бы почаще родителям, знала бы, — съязвила я, а сама уставилась на вечернее платье сестры, что висело на приоткрытой дверце шкафа. Надо сказать, что квартира у Дашки не очень, не смотря на загадочного «крутого мужика», о котором мне Ленка все уши прожужжала. Как жила Дашка в съёмной однокомнатной «хрущёвке», так и живёт до сих пор, и трудится всё там же — обыкновенной секретаршей мелкого пошиба, хотя и врёт время от времени, что заделалась фотомоделью. Ленка, если сравнивать, вперёд вырвалась: и квартира, пусть и маленькая, ей принадлежит; и роман у неё с шефом, кажется, серьёзный, жаль только, что он женат. Что-то мне подсказывает, что Ленка не отказалась бы за Бурова замуж сходить.
Дашка после моих слов скривилась.
— Мне они вряд ли путёвку оплатят.
Я вспыхнула.
— С чего ты взяла, что это они?.. Я сама…
— Ври кому-нибудь другому.
— Дашка, расскажи о своём новом ухажёре, — не утерпела двоюродная сестрица. Уселась за стол и нагло долила в пустой стакан остатки апельсинового сока из графина. Дашка всегда пила только свежевыжатые соки, не жалела на это времени, и говорила об их пользе всегда назидательным тоном, чем меня жутко раздражала. — Я вас в ресторане вместе видела. А ты даже не подошла, — с обидой закончила Ленка.
— Я была несколько занята, если ты не заметила, — едко проговорила Даша. Присела на диван и закинула ногу на ногу. Выглядела вызывающе и в то же время, торжествующе. Я заподозрила неладное.
— Ты замуж собралась?
— Ну хоть кому-то надо в этой семье замуж выходить. А не только ждать у моря погоды.
Я не стерпела, нахмурилась, обдумывая возможный ответ, ничего достойного не придумала и лишь пробормотала:
— Посмотрим, посмотрим…
Дашка фыркнула.
— Тань, в этом вся твоя проблема: ты все и смотришь, и смотришь. Вместо того, чтобы действовать.
— Действовать? На аркане в загс тащить?
— Сама не потащишь, так и останешься стоять посреди улицы. Так хочешь?
— Что ты к ней пристала? — решила за меня Ленка вступиться. — Ты сама еще не больно развыходилась.
— А ты вообще молчи, со своим Буровым.
— Тань, скажи ей, а?
— Что? Я тебе говорила, что нам не нужно было приходить. Она вся из себя, нового поклонника нашла, а толку, как всегда, ноль.
— Это от тебя толка ноль!
Я с кресла поднялась, на сестру взглянула с превосходством и сообщила:
— К твоему сведению, у меня роман!
— Вовка от жены сбежал? — с некоторым пренебрежением подивилась Даша. — Быстро он, однако.
— Это не Вовка.
— Всё интереснее и интереснее. Ну-ну, и что за принц?
Я в легкой панике глянула на Ленку, а та вдруг заважничала, выпрямилась, плечи расправила, сразу мою идею поняла. И уже вместо меня, прежде чем я успела решиться, выдала жареный факт:
— Москвич, молодой, красивый. Зовут Александром. Думаешь, она просто так приехала?
Дашка наигранно всплеснула руками.
— Я в шоке.
— Между прочим, это правда, — встряла я, устав от насмешек и подколок родной сестры. — Мы в Испании познакомились.
— Да? И ты ему объяснила, сколько лет ему придётся изображать из себя трепетного рыцаря? А потом — непременно жениться!
— Можно подумать, что ты замуж не хочешь! Только и делаешь, что всем своим «женихам» мозги крутишь, а они все сбегают от тебя, никто ещё не женился!
Мы с сестрой замерли, в гневе глядя друг на друга, совсем как в юности. В душе сплошные претензии и обиды.
— Женится.
— Не женится, — попыталась обуздать я её самолюбие.
— Спорим?
— Вот ещё!
— Спорим, что женится? А ты со своим курортным принцем пролетишь. Как всегда, впрочем.
Я руку в бок упёрла. Если честно, раздумывала. В том, что я с «принцем» пролетаю — уже свершившийся факт, а вот на то, что и сестра останется не удел в очередной раз, поспорить как раз можно. Только нужно выяснить каков будет приз.
— Если я выиграю, отдашь мне свою машину, — выдвинула Дашка условие. — Ты всё равно ею пользуешься три раза на году. А мне пригодится.
Ленка попыталась возразить.
— А тебе зачем? Тебе муж купит.
Даша одарила её едким взглядом.
— А я хочу.
— А я что получу? — заинтересовалась я. Ленка дёрнула меня за руку, видимо, предостерегая, но я не вняла совету. Смотрела на Дашку и с нетерпением ждала ответа. Та пожала плечами, оглядела свою маленькую комнату, будто выискивая достойную компенсацию. И тогда я придумала сама: — Отдашь мне бабушкины жемчужные сережки.
— Вот ещё!
Я ядовито улыбнулась.
— Они мне всё равно идут больше. К тому же, ты же не собираешься проигрывать?
Ленка печально покачала головой, а когда мы покинули Дашкину квартиру, и за нами с силой захлопнулась входная дверь, пожаловалась:
— Ты всерьёз обменяешь машину на сережки?
— Ты забыла, как я езжу? Это будет акт милосердия, по отношению к окружающим. — Я хлопнула ладонью по кнопке вызова лифта, и усмехнулась. — К тому же, машина оформлена на папу, вот пусть она с ним и договаривается потом.
Ленка почесала кончик носа, затем хмыкнула.
— Умно. А сережки тебе на самом деле больше идут.
— Да.
— А где ты возьмёшь парня?
— Какого парня? — не на шутку растерялась я.
— На Сашкину роль.
Я отвернулась от неё.
— Можно подумать, что можно найти копию. Другого такого бабника на свете нет.
Ленка вошла в кабину лифта, привалилась к стене, и призадумалась, сложив руки на груди.
— Не знаю, я бы на твоём месте попыталась придумать, как Дашку вокруг пальца обвести. И машину при себе оставить, и сережки заполучить.