— Сегодня?
— Да, вечером. Я уже билет заказал. — Он смотрел на мои губы, пальцем их обвел, после чего игриво подмигнул мне. — Отпуск закончился, Танюш.
Мне хватило сил кивнуть.
— Кажется, да. Завтра вечером я буду дома. Даже не верится.
На самом деле не верилось. Когда Сашка в душ ушёл, я осталась лежать, ощущая полное бессилие и вялость. Даже пережитое удовольствие не бодрило. Слышала шум воды в душе, и смотрела в потолок. Что мне теперь делать? Как себя вести? Бодро и весело? Но это на меня совсем не похоже, боюсь, что разыгрывая безразличие, я себе лишь наврежу. А может, прямо сейчас сказать Сашке «прощай» и уйти, ничего не объясняя? Он же сам сказал: отпуск закончился.
Дура я, что с ним связалась! Ленка всё!..
Мне было бы гораздо легче, если бы я от него уехала. Если бы он меня провожал, смотрел вслед такси, а я придумала бы ему печаль и тоску по мне. Мне было бы так намного легче! А Сашкины поспешные сборы меня раздражали. Спустя час мы спустились в ресторан, позавтракали, потом на пляж сходили. За час, что мы провели у моря, Сашкин телефон, кажется, не замолкал. Его словно прорвало. Или он его отключал, поэтому тот всю неделю и молчал? Я ещё не один раз слышала имя этого Васи, который требовал от Сашки что-то для меня неведомое, но срочно.
— Он твой начальник? — в итоге не выдержала и поинтересовалась я. Перевернулась на бок, приподнялась на локте и на Сашку посмотрела. Тот сидел на песке, раздумывал о чём-то, голую грудь почесал. Когда услышал мой голос, голову повернул.
— Кто?
— Вася этот.
Что-то Сашку развеселило в моих словах, он сначала разулыбался, а после и рассмеялся.
— Нет. Но мы вместе работаем. Иногда. — Сашка потянулся ко мне и быстро поцеловал в нос. А затем сообщил, глядя в глаза. — К тому же, Вася — это девушка. Василиса.
Я возмущённо фыркнула.
— И почему я не удивлена?
Он смешно вытаращил на меня глаза.
— Почему? — Потрепал меня по коленке. — Не ревнуй, Васька замужем за страшным человеком. Только сумасшедший решится позариться на его жену.
Я руку его оттолкнула, и сообщила строгим голосом:
— Я не ревную. Просто любопытно, кому ты с такой готовностью докладываешь о своих делах.
— Есть такие люди, — проговорил он в сторону, и снова о чём-то задумавшись. Отпуск, по крайней мере, для него, на самом деле закончился. А мне остаётся только наблюдать и ждать минуты прощания.
— Ты расстроилась? — спросила меня Ленка за обедом. Смотрела на Сашку, который отошёл к бару и теперь о чём-то весело переговаривался с барменом. Я тоже на него смотрела, пальцем по краю бокала водила, потом плечами пожала.
— Какой смысл мне расстраиваться? Всё так, как и должно быть. Разве нет?
— Наверное. Я вот завтра тоже Фреду ручкой махну и вернусь к Бурову.
— Ты хочешь к нему вернуться?
— У меня пока выбора нет. Кстати, вы с Сашкой телефонами обменялись?
— Нет.
— И правильно. Ни к чему.
— А ты с Фредом?
— Я знаю адрес его электронной почты. Если надумаю — напишу.
— А мне, значит, запрещаешь?
— У тебя другой случай. Ты будешь мучиться, страдать, ждать… Уедет и Бог с ним, Тань.
Я кивнула. Я была с сестрой согласна. К тому же, я уверена, что это здесь, на курорте, на отдыхе, Сашка представляет собой ценный экземпляр, а в реальной жизни не будешь каждый вечер проводить в барах и клубах, заниматься любовью до утра, а потом спать до обеда, ни о чем не беспокоясь. И что-то мне подсказывало, что тогда с Сашкой трудно будет. Его привычки, большинство из которых вредные, никуда не денутся, и с ними нужно будет как-то мириться. А я мириться не готова, я о другом мечтаю. Всегда мечтала. О стабильном будущем рядом с надёжным мужчиной. Ну, почему мне такой не встретился в Испании?
Вещи Сашка собрал быстро. Просто побросал их в чемодан, проверил наличие паспорта и билета, похлопал себя по карманам, после чего минут пять искал по номеру мобильный. Его я нашла, покрутила в руке, затем посмотрела на открытую дверь ванной комнаты, откуда слышалось Сашкино ворчание, не удержалась и коснулась пальцем сенсорного экрана. Тот мгновенно отозвался, вспыхнул и явил моему взгляду фотографию Милы Йовович. Я едва слышно хмыкнула, зубами скрипнула, после чего громко сообщила:
— Я нашла!
— Вот ты молодец.
— Не кидай его куда попало, он между подушек диванных провалился.
Сашка подошёл, рядом со мной сел, телефон в карман сунул, а сам на меня смотрел. Пытливо так, разглядывал, после чего поинтересовался:
— Чем займёшься по возвращении?
— Буду работу искать.
— Хорошее дело. С новыми силами?
Я с готовностью кивнула. Он подбородка моего коснулся, большим пальцем очертил мою нижнюю губу, щурился почему-то. Мне очень хотелось отвернуться, но я не осмелилась, только глаза опустила.
— Тань, нам было хорошо вместе. — Сашка улыбнулся. — Кстати, я понял, что будет хорошо, ещё в самолёте.
— Врёшь.
— Честное пионерское. — Он взял меня за руку, поднял её и поцеловал в запястье. А сам с меня глаз не спускал. Но я не волновалась, не млела от его прикосновений и ласк, мне наоборот прекратить всё хотелось, а ещё лучше сбежать. Мне не нравилось это прощание. А Сашка ещё и пообещал зачем-то: — Всё у тебя будет отлично. Только Ленку слушай. Хоть иногда.
— Чтобы она меня окончательно испортила?
— Ну, думаю, до «окончательно» тебе ещё очень долго. Но иногда отвлекаться надо. А то ты слишком любишь думать и анализировать, когда-нибудь взорвёшься.
Меня раздражало, что он мнит из себя знатока моей души, в конце концов, он обо мне ничего не знает, и какая я на самом деле — тоже не знает. Для того, чтобы узнать человека — мало с ним спать. Но мне опять же не хватило смелости это сказать, глядя Сашке в глаза, не хотелось портить последнюю встречу. Да и к чему? Он не знает меня, и не узнает никогда. В этом и есть изюминка наших отношений.
Я ответила на поцелуй, потом на ещё один, но затем я Сашку оттолкнула. Он хотел секса напоследок, на прощание так сказать, но для меня это было слишком.
— Когда тебе номер сдавать?
— Через полчаса.
— Ну и отлично.
Он всё понял и отодвинулся, правда, усмехнулся. И повторил за мной эхом:
— Отлично. — А позже, когда мы из номера выходили, сказал: — Я могу оставить тебе свой номер.
Я вроде бы удивилась.
— Зачем?
Сашка понимающе усмехнулся.
— Не нужен?
— Нет. Звонить-то я не буду.
— Жить — штука странная, Танюш.
— Не настолько.
Пока в лифте спускались, молчали. Это было странно, мы раньше никогда не замолкали, а уж тем более неловкости не чувствовали, а сегодня всё шиворот навыворот. Я даже порадовалась, увидев сестру в холле. Она Сашку на прощание обняла, расцеловала, словно он родным человеком был, и расставились они надолго, но не навсегда, а я за ними со стороны наблюдала полным скептицизма взглядом. У меня внутри всё бурлило, я злилась, но не могла понять, на кого именно — на себя или на Сашку. Перед тем, как в такси сесть, он ко мне подошёл, а я краем глаза заметила, что Ленка поторопилась убраться подальше от нас, видимо, чтобы не смущать, меня в первую очередь. А Сашка стоял передо мной, руки в карманы лёгких брюк сунул и на пятках качнулся. Несколько секунд меня разглядывал, а потом сделал шаг, придвинул меня к себе.
— Тань, всё ведь хорошо? Это была классная неделя. — Наклонился ко мне и коснулся лбом моего лба.
— Да.
— Да?
Я растянула губы в улыбке.
— Не переспрашивай меня. Ты же знаешь…
— Раздражает, знаю. — Подбородок мне пальцем приподнял и поцеловал. Поначалу едва коснулся губами моих губ, даже отстранился, но потом вроде одумался, и поцеловал по-настоящему. А когда отодвинулся, я так и осталась стоять с закрытыми глазами. Почему-то в этот момент я себя ненавидела. А Сашка попросил: — Будь умницей. — И пошёл к такси. Я поняла это только, когда глаза открыла, и поняла, что его рядом уже нет. Махнула рукой на прощание, потому что он на меня обернулся, а когда машина отъехала, тихо и несчастно поинтересовалась у самой себя: