9 февраля 1945 года 76-я стрелковая дивизия на своем правом фланге главными силами перешла в наступление. Сломив сопротивление гитлеровцев, 207-й и 93-й стрелковые полки овладели населенными пунктами Клаусдорфер Хаммер, Клаусдорф и к утру 10 февраля 1945 года вышли: 207-й стрелковый полк (командир майор Василий Ильич Якушев) — к северной, а 93-й стрелковый полк (командир подполковник Петр Михайлович Махров) — к западной окраине города. Судьба окруженного гарнизона Дёйч-Кроне была, по существу, решена. Разгорелись ожесточенные уличные бои.
Бывший командир 76-й стрелковой дивизии, ныне генерал-лейтенант, Гервасиев вспоминает такой эпизод. Из двух дотов, расположенных в промежутке между озерами Здбично и Смольно и надежно прикрывающих участок шириною не более трехсот метров, один мы знали, как подавить. Подорвать другой добровольно изъявил желание коммунист сержант Камаев Кульджек вместе со своим боевым другом бойцом-сапером, фамилию которого установить, к великому сожалению, мне так и не удалось.
10 февраля, под утро, едва забрезжил рассвет, два отчаянных смельчака пошли на выполнение ответственной и не менее опасной задачи. К доту решили подойти с тыловой стороны. На пути озеро. Ледяная вода по пояс. С грузом взрывчатки они преодолели озеро. Сотни метров с затаенным дыханием, ползком подкрадывались к цели, и, когда на мгновение останавливались, чтобы перевести дыхание, вслушаться в затаенную тишину, сердце в груди так учащенно билось, что стук его, казалось, слышен был в отдалении. Наконец добрались до огневой точки незамеченными. Немцы беспробудно спали на утренней зорьке. Вот и амбразура. Заряд взрывчатки подложен. Сильный взрыв, и в воздух полетели обломки бетона и металла.
Взрыв явился и сигналом открытия огня из орудия по другому доту. Посылая снаряд за снарядом по амбразуре, орудие надолго заставило огневую точку замолчать, по крайней мере на время, пока стрелковые роты не прорвались к первой траншее, а к доту не подоспела штурмовая группа и не взорвала его. В ходе боя блокировано и взорвано еще несколько долговременных огневых точек… Старший сержант Кульджек Камаев прошел славный боевой путь. Сын солнечного Туркменистана, боец Камаев высоко нес звание коммуниста, непрерывно повышал свое боевое мастерство. Он гнал немцев от Смоленщины, очищал от них советскую Белоруссию, гнал гитлеровцев по полям Польши, добивал проклятый фашистский сброд на территории самой Германии. Славными боевыми подвигами поднимал честь Знамени своей части Камаев. Многие правительственные награды украсили грудь отважного советского воина.
Слушая рассказ боевого соратника, связанный с боями за Дёйч-Кроне, я не могу не сказать о том, что в соединениях 125-го стрелкового корпуса плечом к плечу героически сражались воины многих национальностей нашей Родины. Далеко от родной земли они были крепко спаяны в одну боевую семью. На них на всех поровну делились и тяжелая военная доля, и любовь советского народа.
В начале 1945 года начальник политотдела корпуса Алексей Ильич Колунов показал мне не совсем обычное письмо.
«Дорогие товарищи! — говорилось в нем. — Я, Сядам Ниязова, звеньевая колхоза имени Свердлова Ашхабадского района Туркменской ССР, собрала все свои сбережения и внесла их в фонд Красной Армии. По моей просьбе на мои деньги куплена пушка № 760094 и направлена в ваше подразделение, где служит мой брат Гаттиман Халмурадов. Когда вы получите мой подарок, прошу вас, наши славные артиллеристы, вместе со всей Красной Армией добейте моей пушкой раненого немецкого зверя и водрузите Знамя Победы над Берлином.
Нас разделяют тысячи километров, но мы всегда с вами, дорогие наши освободители.
Мы трудимся в тылу самоотверженно, не покладая рук, и дадим вам все, что нужно, для окончательной победы над немецкими оккупантами.
Ждем вас на Родину с победой!»
Просьба колхозницы Сядам Ниязовой была удовлетворена. Приобретенная на ее средства 76-мм пушка поступила в 80-й артиллерийский Краснознаменный полк 76-й стрелковой дивизии, где ее брат старший сержант Гаттиман Халмурадов служил наводчиком в 1-й батарее.
Командующий артиллерией 47-й армии генерал-лейтенант Годин, заместитель начальника политического отдела 47-й армии полковник Клековкин перед строем полка после зачитки приказа по дивизии, в котором отмечалась большая забота советских людей о Красной Армии, единство фронта и тыла и патриотизм советского народа, передали пушку старшему сержанту Халмурадову.
— Принимая эту пушку, купленную для меня сестрой, — взволнованно сказал воин, — я заверяю, что буду бить беспощадно из нее фашистского зверя, пусть знают немецкие захватчики нашу силу. Пусть это орудие множит славу русской артиллерии, славу нашего советского народа.
Командир 80-го артиллерийского Краснознаменного полка майор Спиридон Дмитриевич Постолака зачитал ответ сестре Сядам Ниязовой.
«Весь личный состав части, где служит ваш брат, — говорилось в письме, — присутствовал при вручении пушки. И все мы, бойцы, сержанты и офицеры, посылаем Вам, Сядам Ниязова, наше фронтовое спасибо за заботу о Вооруженных Силах нашей страны. Только в нашей социалистической стране, в стране, созданной великим гением человечества Владимиром Ильичем Лениным, в стране, где все народы живут радостно и счастливо, весь наш народ участвует в защите своего любимого Отечества.
Недавно один из наших офицеров товарищ Сейтаков получил письмо Председателя Президиума Верховного Совета Туркменской республики товарища Бердыева. Из этого письма мы узнали, как много сделали трудящиеся нашей братской республики Туркменистана для того, чтобы укрепить боеспособность славной Красной Армии. Благодарим Вас за ваш самоотверженный труд на благо нашей любимой матери-Родины.
Ваш брат Гаттиман Халмурадов — один из лучших и храбрейших воинов нашей части, за воинские умение и мужество он награжден медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги».
Последние проведенные нами бои были особенно ожесточенными. Немецко-фашистские бандиты, чуя свою близкую гибель, сопротивлялись с отчаянием обреченных. И в этих боях расчет орудия старшего сержанта Эсэнова Ходжакули, в котором служит Ваш брат, старался всеми силами нанести врагу возможно больший урон. Только в одном из боев расчет сокрушил две пушки, три миномета, два станковых пулемета, одну зенитную пушку, три автомашины и, отбивая контратаки противника, уничтожил до 30 немецких солдат и офицеров».
Ожесточенные бои, о которых сообщалось в письме в Туркмению, развернулись за Дёйч-Кроне. Славно поработали здесь артиллеристы!
Разрушая огнем прямой наводкой оборонительные сооружения врага, уничтожая его живую силу и технику, 80-й артиллерийский полк 76-й стрелковой дивизии внес достойный вклад в нашу победу, стал Краснознаменным.
11 февраля 1945 года соединения 125-го стрелкового корпуса 47-й армии, сломив упорное сопротивление фашистов, овладели важным узлом коммуникаций и сильным опорным пунктом городом Дёйч-Кроне.
Высокие награды Родины получили и многие части корпуса: 93-й стрелковый полк — орден Красного Знамени; 207-й стрелковый полк — орден Суворова III степени; 216-й стрелковый полк — орден Кутузова III степени. Частям 125-го стрелкового корпуса, 76-й стрелковой Ельнинско-Варшавской Краснознаменной, ордена Суворова и 175-й стрелковой Уральско-Ковельской Краснознаменной дивизиям и ее бойцам, офицерам и генералам Верховный Главнокомандующий объявил благодарность.
Тем временем в 60 километрах юго-восточнее в окруженном Шнейдемюле с 1 февраля ожесточенно сопротивлялась 12-тысячная группировка гитлеровцев, стремившаяся сковать как можно больше наших сил.
На исходе 11 февраля 1945 года командующий 1-м Белорусским фронтом Маршал Советского Союза Г. К. Жуков приказал мне с полевым управлением корпуса принять штурмующую город-крепость боевую группу войск у заместителя командующего нашей армией генерал-майора И. К. Кузьмина и в течение двух суток разгромить шнейдемюльскую группировку противника.
12 февраля 1945 года управление 125-го стрелкового корпуса приняло боевую группу.