- Нет, не можешь, Талин. Знаешь, я даже рад, что ты попала в Прагу, а не к нам. В тебе и в Эвине течет древняя кровь норманнских героев. Твоя кровь выбрала Норвегию, а его - Швецию. Но вы оказались не нужны Скандинавии. Эвин - мужчина и воин, поэтому он отправился в другое время на битву, из которой не мог вернуться живым. А тебя приютил древний Город. И это хорошо. Потому что у нас бы тебе, наверное, пришлось заниматься биатлоном. Как Бьорндалену. Последнему из “великих и ужасных” норвежцев - так называли его соперники. Но он родился и вырос в нашем мире, и у него не было выбора. А ты… Ты ведь, наверное, не захочешь стать олимпийской чемпионкой? Забыть друзей, чтобы жить богатой, знаменитой, победив всех в безопасной игрушечной войне.
- Боюсь, что меня ожидает настоящая война, - вздохнула Талин, - И я, действительно, должна быть вместе с друзьями. Погибнуть с ними - или победить. Как получится.
- Я знал, что ты скажешь мне это, Талин.
- Значит, Эвин погиб?
- Да. Уже почти тысячу лет в моих чертогах он ждет начала Последней битвы.
- Я могу увидеться с ним?
- Живые не могут войти в Вальхаллу, Талин. Мне очень жаль.
- А Кэллоин и Алев? Они живы?
- Алева позвала другая страна. Суровая, несправедливая, и неблагодарная. Но он уже полюбил ее и останется там навсегда. А Кэллоин… Ты шла к нему, но я призвал тебя, чтобы избавить от встречи с древними прабогами человечества в том их воплощении, в котором они вдыхают жизнь и выдыхают смерть. Берут жизнь,
а не дают ее. Не созидают мир, а разрушают его. Тебе не надо идти туда, где сейчас Кэллоин. Это его путь и его выбор. И ты, услышав мой зов, тоже сделала свой выбор. Ты встретишься с Вериэном, Кэллоином и сестрой, но всему свое время.
- Мне говорили, что в этом мире нет магии. Но я стою рядом с тобой, а Кэллоин ушел к этим страшным богам.
- Переступив Порог, ты оказалась между мирами. И балансируешь на тонкой грани, а я помогаю тебе. И Кэллоин вступил на эту грань. Я хочу кое-что показать тебе. Не здесь. Как ты относишься к восьминогим коням, Талин?
Девушка уставилась на возникшего перед ней жеребца.
- Таких не бывает.
Один улыбнулся.
- Это ведь просто символ?
- Да, конечно.
- Тогда давай не будем тратить время.
Один взмахнул рукой. Теперь они стояли в большом зале
у стола, на котором лежали грубо сделанное массивное золотое кольцо и невзрачный бронзовый кубок.
- На самом деле этих предметов не существует, они придуманы людьми, но ты можешь взять один из них.
Талин потянулась было к кольцу, но, не дотронувшись, убрала руку.
- Кольцо Нибелунгов, - сказал Один, - Оно символизирует мир насилия и темную власть над миром. И волю к власти, которая выбирает вместилищем для себя лишь особое человеческое существо. Придуманная история, которая через тысячу лет породила философию Ницше, оперы Вагнера, а потом - сказку Толкина.
- А вот это, - он осторожно поднял кубок, - противоположный, зеркальный атрибут, который “материализовался” в чаше Грааля. Грааль нельзя завоевать и взять силой, но его может найти достойный. И вечная дилемма: завоевать мир или обрести его?
- Ты ошибся во мне, Один, - тихо сказала Талин, - Я не хочу брать кольцо, но не могу взять и кубок. Мне нельзя его давать. Слишком большая ответственность. Не мне думать о судьбах людей и мира. Я не особое существо и не сверхчеловек. Но я и не праведник, не подвижник. Обычная девушка, пусть даже и с редкой кровью.
Один взмахнул рукой, и они снова оказались на берегу фьорда. Круизный лайнер уплывал от них, торопясь уйти в открытое море.
- Возможно, ты будешь жалеть о своем решении всю жизнь, Талин.
- Я почти уверена в этом.
- Сколько было желающих взять Кольцо власти, - со вздохом сказала молодая девушка, возникшая рядом с ней, - И никому не нужен Грааль. Это только в легендах рыцари вечно ищут его. А на самом деле… Вот и тебе не удалось его подсунуть. Да, ты не лучший и не самый подходящий экземпляр, Талин. Но попробовать стоило. А вдруг бы у тебя получилось?
- Нет, Фрейя, она права. У нее другой путь. Я вижу… Хорошо, что ты не взяла кольцо, Талин. Без него ты не победишь, даже когда выиграешь битву, но зато умрешь не существом, а человеком.
Кэллоин. ОБРЕТЕНИЕ СИЛЫ (начало)
В переполненной туристами Лхасе Кэллоин задерживаться не стал. Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять: ничего для него интересного здесь нет, и никогда не было. Терять время на осмотр зимнего дворца бессильных далай-лам он не стал. Не заинтересовали его храм Джоканг, монастыри Сэра, Дрэпунг, и пещерный комплекс Драк Йерпа. Дело было вовсе не в отсутствии природной любознательности. Кэллоин слышал теперь зов бога с нанесенными красной краской тремя горизонтальными полосками на лбу и торопился, боясь, что этот голос в его голове затихнет навсегда. А потому - вперед, только он и проводник на арендованном джипе, обгоняя толпы жаждущих неведомо чего туристов. Кэллоин прекрасно понимал родной язык своего спутника, но, чтобы не удивлять его и избежать ненужных расспросов, разговаривал с ним по-английски.
- У подножия Кайласа народу будет еще больше, - рассказывал проводник, - Там мы встретимся с группами, идущими от Катманду. Но по-настоящему много людей будет через два года. Потому что кора, совершенная в год лошади, приносит больше заслуг
и засчитывается за тринадцать.
Следуя привычным маршрутом, он то и дело останавливался, указывал на стандартные, интересующие всех достопримечательности. Но Кэллоин лишь издали посмотрел на озеро Ямдрок-цхо и водохранилище Маньла, равнодушно миновал вполне современный, весь застроенный отелями город Шигадзе и монастырь Шалу, в котором находится знаменитый Кумбум - ступа 1000 будд. Рассказам о летающих монахах этого монастыря он не поверил, да и в любом случае, он пришел сюда не за этими фокусами. Переночевав в городке Сага, они направились к подножию Кайласа, в Дарчен. На высоте 4600 метров Кэллоин впервые увидел Манасаровар и Кайлас.
- Гососо! Лачжало! (боги победят), - воскликнул проводник, с удивлением узрев ясное небо над снежной шапкой горы. Скоро они прибыли в Хору, откуда открывался вид на священное озеро
и две горы - похожий на пирамиду Кайлас и более высокую Намунани. Остановились у белого чортена - духовных ворот коры.
- Здесь мы повесим первые молитвенные флажки - для укрепления позитивной энергии и обретения счастья, - сказал проводник, - Это давняя традиция, существовавшая еще до того, как сюда пришли первые ученики Будды.
- А во что здесь верили люди до того, как узнали желтую веру и стали буддистами?
- Почему только раньше? И сейчас многие остаются верны старой религии Бон. Кайлас в Бон считается хозяйкой местности, священной горой, лестницей, связующей Небо и Землю. И в человеческом теле обитает такой хозяин, божество, угнездившееся
в его темени. Кстати, посмотри на этих людей. Они обходят чортен против часовой стрелки. Кору бонцы тоже совершают против движения солнца. И боннская свастика закручивается в противоположную сторону.
- Почему? - удивился Кэллоин.
- Потому что это символизирует противопоставление людей силам природы и несгибаемость их воли, - сказал старый тибетец - они и не заметили, как один из бонцев подошел к ним, - Наше учение появилось в те времена, когда на планете еще жили наги из царства великих Змеев. Силы Земли и Неба были тогда враждебны людям, и жизнь человека находилась в постоянной опасности. Но потом великий учитель Шенраб одолел в поединке властителя демонов и подчинил себе злых духов. В качестве гарантии своей покорности демоны признались, какие заклинания и предметы служат источником их силы. И теперь наши священники могут наводить порчу, делать предсказания и разговаривать с умершими. Но могут и давать защиту от злых духов, привлекать помощь добрых божеств, лечить, управлять погодой. Нам не нужно связывать себя условностями служения Добру и Злу. Главное - польза, которую можно получить с помощью магии. Ты хочешь узнать больше? Приходи, если не найдешь нужных ответов в конце своего пути. Твой проводник знает, куда идти.