— Какие у вас предположения?
— Они полностью совпадают с теорией Уилла. Я восхищаюсь тем, насколько точно он читает место преступления.
Пит сунул в рот ломтик картофеля и замер, видимо погрузившись в размышления о блестящей квалификации Уилла Трента.
— Пит?
— Простите, — спохватился он, протягивая ей пакет с картофелем. Фейт покачала головой, и он продолжил: — Я еще не разобрал все свои пометки, но у меня уже сложилась совершенно отчетливая картина. — Он выпрямился на стуле и отпил из стоявшего на столе пластикового стакана. — С физической точки зрения все довольно прямолинейно. Я уже говорил вам об ушибе головы. Одного удара ножом в грудь хватило бы, чтобы его убить. Я думаю, что все его дальнейшие действия объясняются мощным выбросом адреналина. Нож пробил правое легкое — очень простая арифметика указывает на то, что наш убийца левша, — не задев бронхиальное дерево. Можно предположить, что жертва выдернула нож, усугубив отрицательный поток воздуха. Видите ли, легкое герметично запечатано, и от разреза оно сдувается, как проколотый булавкой воздушный шар.
Фейт уже приходилось сталкиваться с жертвой, умершей от спавшегося легкого.
— Значит, если бы ему не удалось получить своевременную помощь, у него оставалось всего несколько минут… И все-таки какова причина смерти?
— Удушение руками.
Фейт записала эти слова и подчеркнула их.
— Значит, Абигайль Кампано и в самом деле его убила.
— Вот именно. — Пит снова принялся за бутерброд. — Она убила его за считаные минуты до смерти.
Мобильная связь в морге была в лучшем случае ненадежной и прерывистой. Фейт воспользовалась этим как предлогом, чтобы покинуть Пита, предоставив ему возможность в полном одиночестве закончить свой ланч. Поднимаясь к стоянке, чтобы вдохнуть немного свежего воздуха, Фейт набрала номер Уилла Трента. Она хотела рассказать ему то, что узнала о Мэри Кларк и Рут Доннер. А также поговорить о Кайле Александр. Ей очень не нравился нарисованный окружающими портрет погибшей девушки.
После нескольких гудков ее переадресовали на голосовую почту Уилла.
— Привет, Уилл… — начала она. В трубке раздался сигнал входящего вызова, и она взглянула на монитор, где значилось «Коэн Г.». Фейт не вспомнила это имя и снова прижала телефон к уху. — Я выхожу из морга и… — Раздался новый сигнал, и она наконец поняла, кто звонит. — Перезвони мне, — отбросив церемонии, закончила она и нажала зеленую кнопку. — Алло?
— Это Гейб.
Его голос, казалось, доносится откуда-то издалека, хотя он, видимо, все еще находился в Техе.
— Чем я могу тебе помочь?
Он молчал, а она терпеливо ожидала. Наконец он заговорил:
— Я вам солгал.
Фейт остановилась.
— О чем?
Он говорил так тихо, что ей пришлось напрячься, чтобы расслышать его следующие слова:
— Я думал, она младше.
— Кто?
— У меня есть… — Он осекся. — Я должен показать вам кое-что, что было у Адама. Я должен был показать вам это раньше, но я…
Она уже бежала к своему «мини».
— У тебя какая-то вещь Адама?
— Я должен вам показать. Я не могу говорить об этом по телефону.
Фейт знала, что он лжет, но она знала и то, что Гейб Коэн готов говорить. Если ей удастся выудить из него что-то важное, она будет буквально прыгать от радости.
— Где ты?
— В общаге.
— Я буду через пятнадцать минут, — пообещала она, отпирая дверцу.
— Вы приедете?
В его голосе звучало удивление.
— Да, — ответила она, перекладывая телефон к другому уху и вставляя ключ зажигания. — Ты хочешь, чтобы я продолжала говорить с тобой по телефону, пока буду ехать в Тех?
— Я в порядке, — ответил он. — Просто я… Я должен вам это показать.
Она оглянулась через плечо и развернулась так резко, что машина с визгом заложила вираж на двух колесах.
— Я сейчас приеду, договорились? Никуда не уходи.
— Хорошо.
Фейт еще никогда в жизни не водила так быстро. Какая-то ее часть говорила, что Гейб просто ее разыгрывает. Тем не менее существовала слабая вероятность того, что он действительно хочет рассказать что-то важное. Она снова позвонила Уиллу и оставила еще одно сообщение, попросив встретиться с ней возле общежития. С бешено бьющимся сердцем она проскочила светофор на красный свет, из-за чего какой-то автобус едва не врезался в другую машину, и выехала на встречную полосу, чтобы обогнуть ремонтную бригаду. На территории университетского городка она даже не попыталась найти место для разрешенной парковки, снова оставив «мини» на площадке для инвалидов. Опустив солнцезащитный щиток, она выскочила из автомобиля. Подбегая к Тауэрс-холлу, она уже задыхалась.
Фейт остановилась и наклонилась вперед, чтобы перевести дыхание. Хватая ртом воздух, она проклинала себя за то, что потеряла форму. Выждав минуту, она нажала на кнопку для инвалидов и, прыгая через две ступеньки, бросилась бежать вверх по лестнице. Откуда-то доносилась ритмичная музыка, но в здании было пусто. В середине дня студенты были на занятиях. Она пробежала мимо комнаты Адама, ожидая найти Гейба у себя, но тут заметила, что дверь в триста десятую приотворена.
Фейт толкнула дверь, распахнув ее настежь. Она обратила внимание на то, что кто-то разрезал полоску пленки, с помощью которой полиция опечатала помещение. Вещи Адама были сложены в коробки. С кровати исчезли простыни. Ни телевизора, ни игровой приставки тоже не было. Вся комната была засыпана черным порошком для снятия отпечатков пальцев.
Гейб сидел на полу, прислонившись спиной к одной из кроватей. Рядом лежала сумка с книгами. Он оперся локтями о колени и опустил голову на руку в гипсе, плечи его вздрагивали. Фейт хорошо помнила разгневанного парня, который вчера грозился вызвать охрану. Видела ли она тогда настоящего Гэбриела Коэна? Или этот плачущий мальчишка гораздо ближе к себе настоящему? Как бы то ни было, но он хотел ей что-то рассказать. Фейт решила, что если, для того чтобы получить информацию, придется ему подыграть, значит, так тому и быть.
Она легонько постучала по открытой двери.
— Гейб?
Он поднял голову и посмотрел на нее распухшими красными глазами. По его щекам продолжали катиться слезы.
— Адам сказал мне, что она маленькая, — всхлипнул он. — Я подумал, лет четырнадцать или около того. Я не знал, что ей семнадцать. В новостях сказали, что ей семнадцать.
Фейт взяла его сумку и подперла дверь, чтобы она не закрылась, после чего опустилась рядом с ним на пол.
— Расскажи мне все с самого начала, — попросила она, стараясь говорить спокойно. Это было сложно, ведь только что она узнала, что Адам разговаривал с Гейбом об Эмме.
— Простите… — продолжал рыдать паренек. Его губы задрожали, и он снова опустил голову, пряча от нее лицо. — Я должен был вам рассказать.
Вместо того чтобы ощутить сочувствие к Гейбу, Фейт думала о том, что Эмма Кампано тоже сейчас где-то плачет, но рядом с ней нет никого, кто мог бы ее утешить.
— Простите, — повторил он, — простите меня, пожалуйста!
— Что ты хотел мне рассказать? — спросила Фейт.
Его тело содрогнулось от попытки взять эмоции под контроль.
— Он познакомился с ней в Интернете. Он посещал этот веб-сайт.
Фейт почувствовала, как у нее остановилось сердце.
— Какой веб-сайт?
— Пониженная обучаемость.
Фейт знала ответ еще до того, как он открыл рот. Инстинкт снова не подвел Уилла Трента.
— Адам целый год постоянно общался с ней в Интернете.
— Ты сказал, что это был видеосайт? — спросила она, спрашивая себя, что еще скрывал от нее этот парень.
— Ну да, — кивнул Гейб. — Многие из них не очень хорошо пишут.
— Какие затруднения были у Адама?
— Проблемы с поведением. Он учился на дому. Он плохо вписывался в коллектив. — Гейб поднял голову. — Вы ведь не думаете, что его из-за этого убили?
В этот момент Фейт уже вообще ни в чем не была уверена, но сочла за лучшее успокоить его.