Эту траву я помогал собирать бабушке по берегам реки Крестовки. Берег там пологий, но весной его заливает редко, а травы поднимаются плотным ковром, на фоне которого ярко выделяются пушистые кустики стародубки, называемые иногда за свои солнцеподобные цветы горицветом. Иногда по этому лугу вдоль реки прогоняли деревенское стадо, тогда еще многочисленное, приедалась вокруг вся трава, но стародубку коровы не трогали. Даже мы, ребятишки, это красивое растение не рвали зря — так уж были приучены.
Научное название стародубки — адонис весенний. Легенда говорит, что вечно юная прекрасная Афродита полюбила юношу Адониса, сына царя Кипра. Адонис погиб в схватке с кабаном. Афродита упросила бога Аида, чтобы он отпускал на полгода Адониса на землю. С тех пор с яркими лучами солнца приходит прекрасный юноша к людям: распускается в степи золотисто-желтый цветок…
Русское, уральское название травы — стародубка. Очевидно, собирали наши предки эту траву под старыми дубами, которые в те далекие годы были, наверное, не редкостью на уральской и зауральской земле. Что дуб может расти в наших краях, подтверждает и опыт свердловского дендрологического парка, где дубы растут уже много лет без особого ухода и заботы. Кстати, дуб тоже лекарственное растение: отвар коры применяют как вяжущее и кровоостанавливающее средство, для лечения ожогов и полоскания десен.
Встречается стародубка по лугам вблизи рек, а один из видов в Зауралье — по лесным опушкам и в березовых колках. Растение ядовито, и лечиться им можно только по указанию и под наблюдением врача.
Из каждого похода за земляникой или грибами бабушка Татьяна Михайловна приносила два-три стебля чертополоха. Теперь-то я знаю, что видов чертополохов около 120, но ни названия, ни описания того вида я до сих пор не нашел. Длинный, почти не ветвистый, с одной, редко двумя-тремя корзинками на вершине, растет он по негустым березовым и осиновым лесам. Дома бабушка сушила растение, складывала его пополам и еще раз пополам и в таких пучках подвешивала за печкой. Лечила она чертополохом в основном ребятишек от испуга: кого корова пободает, которого лошадь лягнет. Но этой травой можно лечить и взрослых — от навязчивой мании, непреодолимого страха.
Видимо, настолько почитаема в народе эта трава, что даже способ обращения с ней иной, чем с остальными, и соблюдается он не только истинными сборщиками, но даже базарными торговками: травку сушат, каждую пополам складывают и еще раз пополам. Ни к одной травке нет такого бережного отношения!
Другие виды чертополохов: курчавый, почти надоедающий взгляду на выгонах; поникающий, частый гость на сельских проулках и задворках. Лекарственного значения они почти не имеют.
Чертополох — травка, умеющая постоять за себя. Неизменный спутник жилья, деревенских улиц, оврагов и выгонов, частичка нашей природы.
Я вспоминаю свою первую встречу с калганом на заготовке дров в березовом лесу под Тюменью. Повалив и очистив несколько берез, мы садимся на ствол и отдыхаем.
— Ты знаешь, что это за трава? — спрашивает меня напарник. И тут же поясняет: — Калган называется.
Он топором выкапывает корешок, очищает от земли и разрубает. Открывается твердая сердцевина. Я внимательно разглядываю желтые цветки, разглаживаю листья — надо запомнить: это калган, им очень много болезней вылечить можно. И понос, и внутреннее кровотечение, и даже, говорят, опущение кишок. А особенно хорош чай из корней калгана. Шоколадно-розовый, ровный, радующий глаз цвет, приятнейший, слегка терпкий и вяжущий вкус. Однако такой чай пить надо осторожно: закрепит так, что потом понадобится слабительное.
Любят калгановый чай рыбаки, охотники, лесорубы. Хорош он, заваренный так густо, чтобы чуть видно было дно чашки. Такой чай ценители не променяют даже на цейлонский.
Я каждый год копаю по осени корни калгана и зимой с удовольствием пью чай. Сразу выкопанный и заваренный корень как-то не то: дает не очень густой цвет, хотя вяжет сильно. Вот из полежавшего хотя бы полгода корешка — это чай! Срок хранения корней калгана — до шести лет.
А. Н. Стрижев в своей книге «Лесные травы» пишет, что настоями калгана лечат воспаления и язву желудка, останавливают желудочные кровотечения, унимают изнурительный понос, зубную боль; мазями и отварами пользуются при ожогах, выведении мокнущих экзем, заживлении ран, обморожении; водным отваром (20 граммов корня на литр воды) полощут горло от ангины и рот — от цинги; трещины на руках и ногах, обветренные, истресканные губы крестьяне издавна смазывали калгановой мазью, которую сами же и готовили: пять граммов мелко порезанных корней накоротке варят в стакане коровьего масла, смесь процеживают.
Что калганом можно лечить некоторые заболевания печени, я не раз слыхал. Но хочется напомнить всем: не занимайтесь самолечением! Есть травы, которые могут только снять боль и внешние симптомы болезни, недуг просто утихнет, зато после, в период обострения запущенной болезни не поможет даже врач. Конечно, калганом, например, можно унять зубную боль, но в поликлинику-то идти надо обязательно и лечить зубы. И еще надо помнить, что, в отличие от лекарств, травы более избирательно действуют на людей: от приема какой-нибудь безобидной травки у иных больных дело доходит чуть ли не до приступа. Поэтому прием трав надо всегда начинать с минимальных доз.
Осенью или ранней весной накопайте десяток корешков калгана и попейте чаю из них: я уверен, что вы испытаете ни с чем не сравнимое удовольствие. А чтобы не рисковать, добавьте в чай кусочек коры крушины: вкуса это не испортит.
В 1973 году Юго-Западный район Свердловска, где я теперь живу, только-только начал заселяться. И в первую же весну на сыром лугу между двух водоотводных канав бывших торфоразработок я встретил эту травку — красавицу синюху, да еще и голубую. Каждый цветок — совершенство, а когда они собраны в густую прямую кисть, то и вовсе глаз не оторвать. В европейских странах, да и у нас, в Ленинграде например, садоводы любят украшать свои сады синюхой. И только на участках свердловских садоводов я ни разу ее не встречал.
Очень целебна эта травка. Например, снимает боли, действует успокаивающе, причем ее действие в 8—10 раз сильнее валерианы. Особенно полезна синюха в сочетании с сушеницей топяной.
Каждый год я собираю, сколько могу, семена синюхи и раздаю, раздаю, раздаю… Знакомым, незнакомым — все равно. Пусть шире разрастается по нашей земле этот чудесный цветок!
— Надо начинать чередить избу, праздник скоро! — говорила бабушка Татьяна Михайловна маме, и начиналось скобление потолка, стен и пола. Потом все терли золой и мыли вехотями. После чережения все блестело: такой ослепительной чистоты мне не приходилось видеть и в самых ухоженных городских квартирах. А за последнее время и сам глагол «чередить» как-то незаметно выпал из разговора, да и вообще из русского языка.
Происходил этот глагол от светло-зеленой, по-особому нарядной травы с трехлопастными листьями и желтыми цветами, растущей по берегам рек, прудов, возле колодцев. Ее семена, снабженные крючочками, осенью нещадно цепляются к одежде и к шерсти животных. Трава эта называется чередой. Делает она тело чистым от всяких кожных болезней (чередит кожу), мягчит и подкрашивает в золотистый цвет волосы. Отвары череды применяют внутрь при золотухе, рахите, а также как потогонное и мягчительное средство, наружно — для умывания, ванн, примочек, особенно детям.
Когда меня спрашивают, чем я лечусь от простуды, я отвечаю:
— Пятеркой. Это мать-и-мачеха и череда — потогонные, зверобой — противомикробный, душица — противокашлевая и чабрец — мягчительное. А все вместе, да еще с добавкой сухой малины, принятое перед сном, заставляет ночью основательно пропотеть, убирает хрипы, дезинфицирует организм, прибавляет ему сил и надежно защищает, например, от гриппа. Это, так сказать, мой фирменный рецепт. А череда в этом рецепте играет, пожалуй, главную роль.