На этот раз Петрусь снисходительно кивает. Но Кнопка ему надоела.
— Правда, правда. И ты иди, Кнопка, гуляй. Нам больше некогда.
Куклу и автобус Алеша с Летчиком прячут в шкафчик с одеждой. Няня, Татьяна Ивановна, узнав, что пионеры починят сломанные игрушки, собирает Кучу исковерканных паровозиков, самолетов, грузовиков и потрепанных кукол. В конце дня Алеша и Петрусь отправляются за Санькой Петушковым — он отвечает в отряде за работу в зоне.
— Лешка! — сердится Санька при виде груды изломанных игрушек. — У нас скоро контрольная по алгебре. Опрос по истории. Когда же нам заниматься этой чепухой!
— Это не чепуха, — темнеют от обиды Алешины глаза. — И мы в вашей зоне…
— Ладно уж… Помоги хоть собрать звено.
Звено собирается в полчаса — по цепочке. Как всегда, у Саши. Помогать приходят Алеша и Ришка. Игрушки делят: девочкам — куклы, мальчикам — самолеты, автомобили и прочая техника.
— Ришка, — вспоминает Санька, выпрямляя погнутый кузов голубого автобуса, — ты зачем в школу собаку приводил?
— Показать. Хороший пес!
— А за что тебя учительница в коридоре ругала?
— За русский…
— Чего же ты его не учишь? — отрывается от своего паровоза Сережа Корень.
— А я знаю, как его учить? Я пишу всякие слова, а они неправильно пишутся…
— Ты не слова пишешь, а по улице бегаешь, — прерывает Ришку Коля Грач, — останешься на второй год. Законно!
Ришка вдруг бросает кисточку — он красил ею в желтый цвет длинный трамвай — и быстро идет к двери.
— Да ну вас!
— Ишь какой?! Граф Монте-Кристо! — удивляется Санька.
— Пусть топает. Санька, а за мороженым кто пойдет?
Услышав о мороженом, Ришка останавливается в дверях.
Звенят монеты — их высыпают на стол из карманов брюк и передников. На Ришку никто больше не обращает внимания, и он незаметно — шажок за шажком, вдоль стенки — возвращается к своему месту, рядом с Алешей. Алеша смотрит на кучу светлых монеток.
«Ух ты, сколько много! — удивляется он про себя. — Наверное, хватило бы на туфли».
Он догоняет Саньку у ворот.
— Знаешь… знаешь, мне сейчас совсем не хочется мороженого. Совсем… Я завтра захочу. Ты мне дай, пожалуйста, копеек.
— Ты что, Лешка, опять болеешь?
— Нет, нет. Я же сказал: захочу завтра.
— Ох, мутишь ты что-то, Лешка! Ну бери свою долю.
Доля — два гривенника — разочаровывает Алешу.
— Столько мало?!
Санька прибавляет гривенник — от себя. И убегает.
Алеша несет маленькие туманные монетки в дом и радуется: это его первый взнос на туфли.
— Вот, — протягивает сияющий Алеша ладошку с монетами.
— Где ты взял?
Рншка удивляется еще больше, когда узнает, что Алеша отказался от мороженого.
— А может, ты хочешь?
— Не очень… — откровенно признается Алеша. — Совсем немножко…
Санька приносит в сетке мороженое, раздает и вдруг замечает Ришкин взгляд.
— На, — протягивает он заиндевевший брикет в серебряной бумаге.
Ришка сдержанно улыбается. Санька ничего себе парень.
— Лешка, давай пополам?
Он делит брикет на две равные части Алешиным перочинным ножиком. Они, наслаждаясь, облизывают снежные кубики. Мороженое тает, течет по рукам. И руки тоже облизываются: мороженое — оно ведь вкуснее всего на свете!
Днем, как всегда, после работы заходит Федор Степанович. Он подсаживается к Алеше, и они говорят о своем путешествии на Север. Ришка отодвигается — он опасается глядеть доктору в лицо. Он побаивается разговаривать с ним: Лешка говорит, будто Федор Степанович умеет читать по глазам. И Ришка тревожится, как бы он не разгадал про туфли.
Ришка встает.
— Я пойду… У меня скоро контрольная диктовка.
— Правда, — подхватывает Алеша и, дождавшись, когда за Ришкой закроется дверь, шепчет: — Если он получит двойку, то останется на второй год. И его мама выгонит Ваксу и не пустит Ришку в лагерь.
— А двойку он, пожалуй, получит, — задумчиво говорит Федор Степанович.
— А можно так сделать, чтобы без двойки? — Алеша приподнимается на носках и заглядывает в глубокие серые глаза доктора:. — Вы думаете, да? О Ришке?
Федор Степанович не отвечает, Он встает и направляется к Саньке Петушкову.
— Саня, в зоне действия вашего отряда — ЧП.
У Саньки недоверчиво-встревоженное лицо. Притихшие ребята ждут, что скажет доктор.
— Ришка обязательно запорет контрольную диктовку!
— Ой, я так испугалась, а это Ришка! -облегченно вырывается у Саши.
— Он все равно останется на второй год, — ворчит Сережа, И потом — первый класс прикреплен к другому отряду. Ришка не в нашей зоне.
— Этот Ришка не учится, а собак гоняет.
— Со всеми ссорится, да еще дерется!
— Только с Ларисой, — вмешивается Алеша. — Я бы ей сам так дал!
— С девочками не дерутся. Им помогают, — говорит доктор.
— Даже если они ехидные? — поражается Алеша.
— Даже тогда. А Ришку надо воспитывать. Вашему отряду.
— Так он же не в нашей зоне, — напоминает Санька.
— При чем тут зона, если человеку помочь надо? — хмурится доктор. — Я вам сейчас расскажу про зону.
…Ночью дежурил я в своей больнице. Привозят в машине мальчишку, такого, как Ришка. Совсем был плох. Даже не плакал, когда я ему пункцию делал. Менингит у него. Ты знаешь, Санька, что такое пункция? Нет? А ты, Серега? Тоже нет! Желаю вам и дальше не знать и не ведать. Так вот, принесли его в операционную, и вдруг он заговорил…
— А меня Костей зовут… Я поправлюсь, доктор, да? Только вы не уходите…
Всю ночь мы с дежурной сестрой его у смерти отвоевывали. Кололи, поили всякими снадобьями, кровь вливали. Он все терпел. Только повторял:
— Вы не уходите…
Утром Костя, мне улыбнулся. Глазами только, но улыбнулся! Температура немного спала, и он заснул. Сижу я у его кровати, смотрю, как он дышит все ровнее, и радуюсь. И не шевелюсь, чтобы не разбудить Костю -он меня за руку держал. И тут вдруг говорят, что Костя — чужой. Не нашего района, и по ошибке в нашу больницу попал. А я обрадовался: хорошая это ошибка, раз вовремя человека лечить начали. Теперь-то Костя обязательно поправится и жить будет. А вы говорите — зона… И Ришка останется на второй год, пока вы разберетесь, в чьей он зоне и какой отряд ему помогать должен. Ты, Саня, звеньевой, что же ты в сторону отходишь?
— Я ничего… Я не отхожу…
— Алеша, с письмом Он горит? — спрашивает Саша.
— С письмом, с письмом, — кивает Алеша.
— Мы, наверное, успеем с ним разобраться до его контрольной диктовки. Да, Саша? — неуверенно оглядывается на нее Санька.
— Если Саша с Санькой за него возьмутся, Ришка перейдет, — восклицает Серега.
— Смотря как браться! Парень он суровый, — напоминает Федор Степанович.
— Что ли, мы все с одним суровым Ришкой не справимся?!
— Он и не суровый совсем. Он законный, капитан Рик. Он только никого не боится, — говорит с гордостью Алеша.
— Федор Степанович, вы больше не беспокойтесь о Ришке. Вы Костю лечите, — подходит к доктору Саша.
— Ну, держись теперь, капитан Рик! — смеется Сережа.
— Алеша, — спрашивает Саша, — эта ваша Вакса кусается?
— Нет, что ты! Она же ищейка. Она след берет. Ришка ее воспитывает.
— Больше не будет. Сейчас мы с Санькой за него возьмемся.
— Сейчас?
Алеша бежит к другу предупредить о нежданных гостях. Ришка сидит на полу и держит в руках узкий черный ремешок.
— Лешка, она нашла поводок! Она сама запихала его за шкаф, а сегодня вытащила. Умная собака! Я вот развиваю у нее ищейские способности. Видишь: понюхает букварь, а я спрячу. Потом она сама найдет его.
— А ну! А ну! — загорается Алеша и присаживается на пол. Ришка сует Ваксе в нос затрепанный букварь. Она обиженно отворачивается.
— Нюхай! — приказывает Ришка.