— А русские нас опередили. В 82-м году с корейским «Боингом» они сильно облажались, побоявшись выдать информацию первыми, — заметил Мэллори Шеридан.
— А на этот раз в заднице оказались мы, — в тон ему ответил Грегори. Сегодня он чувствовал себя не в своей тарелке. Разумеется, он и раньше имел дело с прикрытием миссий. Русские и сербы — враги. В современном мире на современной войне нет места рыцарству и войне по правилам. Все авторитеты в один голос утверждают, что лучше всего нападать десятером на одного, и желательно спящего. Все правильно. Надо беречь своих солдат и надо дать избирателям уверенность в том, что они правы. Хорошие ребята всегда побеждают плохих парней. Значит, надо заранее расставить акценты, заранее объяснить, кто хороший, а кто плохой. Несмотря на это, Стив ощущал некоторое неудобство. По его мнению, в первую очередь надо вытаскивать людей из плена. Решать, как надавить на Милошевича, поднимать волну правозащитных выступлений против жестокого обращения с военнопленными, а не думать, как сделать из дерьма конфетку.
Тем временем обсуждение шло полным ходом. Джордж связался по телефону со своим знакомым в Риме. Итальянец входил в активный состав одной из многочисленных правозащитных групп, готовых протестовать против любых проявлений несправедливости в мире. Сокращение экспорта нефти из СССР, больно ударившее по Европе, убийства боснийцев сербами и убийства сербов боснийцами и хорватами, очередная межплеменная разборка в Африке, изменение таможенных тарифов, ущемление прав лесбиянок, заход американского атомного авианосца в европейский порт — это были профессиональные «недовольные». Бенг, закончив телефонный разговор, сообщил, что помощью этой группы несколько раз пользовались Советы, но сейчас ребята полностью на стороне Америки и Западного сообщества. В этот момент в Италии уже был конец дня, синьор Паранези обещал за вечер обзвонить всех своих друзей и утром устроить митинг перед советским посольством в Риме.
— Интересно, мы можем активизировать партизан в Косово? — подбросил идею О'Нил.
— К сожалению, не получится, — после короткого раздумья ответил Форд. Генерал Чейз к этому времени уже покинул экспертов, у него были дела, требующие непосредственного присутствия.
— А если попросить ЦРУ? Они сейчас должны из кожи вон лезть, чтобы загладить свой промах. И у них хорошие контакты с повстанцами.
— Нет, Майк, повстанцы АОК сейчас практически вышвырнуты из Косово. Осталось несколько партизанских отрядов, но они ничего не могут. Боятся нос высунуть. Сербы держат ситуацию под контролем. Если дело и дальше так пойдет, у нас больше не будет повода для вмешательства — добавил Форд.
— А идея интересная, — протянула Джейн. — Можно попросить наших друзей в Белграде устроить несколько народных шествий и митингов с осуждением расстрела беженцев. Устроить акции гражданского неповиновения. Потребовать дать свободу политическим заключенным, как говорил мистер Бжезински, узникам совести. Журналисты обрадуются.
— Это понятно, митинги, шествия, забастовки, пара интервью с прогрессивно настроенными аборигенами, — негромко проговорил Шеридан. — Мне интересно, как можно было провести десант на порт в момент подхода конвоя, но не попасться эскорту. Может пригодиться на будущее.
— Как я понял, Милошевич в эту ночь улетел в Москву? — оживился Стив.
— Верно, наши коллеги все спланировали к этому моменту, и десант, и беспорядки в Белграде, и выступления оппозиции.
— Думаю, они рассчитывали, что русские не будут открывать огонь. Или пока русские запросят штаб, пока разберутся с ситуацией, пока получат разрешение и рекомендации, наши проскочат к берегу.
— Не получилось, и не могло получиться. Русские в последнее время сильно изменились. С ними стало сложно играть. — Мэллори пододвинул свой стул ближе к Стиву. — Труднее и интереснее. Три месяца назад по нашей подлодке в районе Новой Земли их сторожевик просто сыпанул из бомбомета. Сначала пару минут для порядка постегали сонаром, а затем дали залп. Бомбы легли точно в тридцати метрах от кормы. Команда от страха чуть в штаны не наложила. Думали, следующий залп, и 126 человек отправятся в рай. Они и на связь не успели выйти. Самое смешное, все по-честному: это были русские территориальные воды.
— Мы уже давно не заходим в их пространство, — поддержал Стив, — могут сбить.
— Ладно, вернемся к нашим диверсантам. У меня есть пара идей.
— Выкладывай. — Грегори наклонился к собеседнику. Остальные эксперты в это время с азартом обсуждали аспекты информационной войны. Как посильнее замазать русских во вчерашней истории и не дать им выйти сухими из воды.
— Русские конвои действуют по одной схеме. На переходе морем впереди конвоя идет один эсминец. Передовой дозор. Остальные корабли эскорта держатся вокруг транспортов, похоже на наши схемы «Дейв» и «Антон». При подходе к порту, в пятнадцати милях от берега, эсминцы сбавляют ход и вытягиваются линией вдоль берега, создавая завесу между транспортами и морем. Конвой идет в порт. После того как последний транспорт войдет в Бар, эскорт оставляет пару кораблей в море в качестве дозора и идет в порт на отдых. Патрульные корабли ежесуточно меняются, так что все русские военные моряки получают свои увольнительные на берег, чтобы выпить местного вина и потискать девочек. При выходе конвоя из порта все повторяется в обратном порядке. Сначала боевые корабли, затем транспорты. В 15–20 милях от берега они строят походный ордер, вперед вырывается дозорный, и прямиком до Дарданелл.
— Как у сербов с береговой обороной?
— Паршивая. Всего четыре катера осталось, и те на приколе. Но на берегу хорошая сеть наблюдательных постов и патрулей. Высадка будет обнаружена в течение десяти минут. Хорошо, что разворачивание радарной сети в Черногории до конца не завершено. Через две недели они поставят три «Горизонта» и полностью перекроют все прибрежные воды.
— Значит, высадить десант заранее не удается. А через две недели это будет невозможно, — прокомментировал Стив, он прекрасно знал характеристики русских «Горизонтов».
— Верно. Хотели как лучше: и транспорты с грузом уничтожить, и визит в Москву сорвать. Получилось как обычно. — Понизив голос, Мэллори добавил: — Форд проговорился, что наши подкинули русским дезу, будто мы попробуем перехватить самолет с Милошевичем в воздухе. А он, вместо того чтобы отменить или перенести визит, просто вылетел раньше времени. И сорвал всю церемонию по торжественной встрече.
— Представляю себе, — довольно хмыкнул Стив.
— Наши кретины ошиблись со временем начала операции. И все провалили, — вернулся к основной теме Шеридан.
— А космос? Или авиаразведка? — задал давно вертевшийся на языке вопрос Грегори.
— В это время наших спутников над Адриатикой не было, русских тоже, — присоединился к разговору О'Нил.
— А авиацию просить не стали, чтобы не делить лавры, — добавил Мэллори. — Но это уже назад не вернешь. А что ты сделал бы на их месте, Стив?
— Я бы подождал, когда основные силы эскорта войдут в порт. Больше шансов на прорыв. — Стив Грегори вертел в руках листок со схемой расположения русских кораблей в момент инцидента. — И, разумеется, без авиаразведки не сделал бы и шагу. Русские предпочитают совершать переходы без радаров. Это дополнительный шанс.
— А десантников на рейде встретят скорострелки эсминцев и взвод хорошо подготовленной и очень злой русской морской пехоты.
— Какая разница, Мэллори, они все равно смертники. В Баре не менее армейского полка. Рядом расквартирована целая дивизия. В самом порту усиленная рота русской морской пехоты. Еще один взвод ничего не решит. Если албанцы ворвутся в порт, значит, задача выполнена.
— Логично, — совершенно серьезно заметил Шеридан, — но меньше шансов нанести значительный ущерб. Полностью уничтожить порт.
— Другого варианта я не знаю, — развел руками Стив.
— А ты, Майк?
— Вариант Стива. Но при этом два судна высаживают десант прямо в порту, а остальные рядом, на пляж.