— Виктор Степанович? Это Шумилов беспокоит. Сколько у нас активов в американских бумагах?
— Точно не скажу, примерно на 40 миллиардов рублей осталось. — Герасимов моментально вник в ситуацию. — Из них 14 миллиардов облигации Резервной Федеральной Системы.
— В Японии биржа упала. Не сегодня-завтра до Штатов докатится. Продавайте все.
— Мы уже продали акции на 50 миллиардов. Сегодня выбрасываем еще три пакета на 30 миллиардов. — Уверенный, слегка ироничный тон Герасимова действовал успокаивающе, было видно, что Геракл контролирует ситуацию. — Японские и корейские активы мы уже два дня назад скинули.
— Хорошо, оставьте европейские и саудовские бумаги. Американские продавайте к такой-то бабушке.
— Это понятно, оставляем только гособлигации, они не упадут. Но у меня маленькая проблема, Павел Николаевич, биржевики не знают, что покупать. Золото уже на 47 пунктов выросло, и тенденция сохраняется. Валюту покупать рискованно. С акциями и облигациями, сами знаете, никто ничего не может предсказать, европейский рынок перегрет. Может рвануть. Вы уж подскажите, что там у нас в свете последних веяний намечается?
— Так, подождите минуту. — Шумилов быстро пролистал ежедневник. — В пять вечера не заняты? Давайте подъезжайте ко мне, прихватите Карманова и Гараева. Заодно проконтролируйте госбанки, чтоб акции и валюту сбрасывали, и предупредите коммерсантов.
— Хорошо, Центробанк и Сбербанк уже в курсе, они сейчас у меня сидят. А рекомендации коммерческим банкам дадим через пару часов, только бумаги напечатаем. И извините, что отвлекаю, Павел Николаевич, у населения примерно 100 миллионов долларов на руках. Что делать будем?
— Черт! Совсем забыл! — Шумилов раздраженно хлопнул себя по лбу. — Готовьте материалы и по этому вопросу. Если курс упадет, всем хреново будет.
— Решим что-нибудь, — ответил Герасимов. — Нам в любом случае невыгодно падение доллара больше чем на 120 пунктов.
Положив трубку, Шумилов вернулся к информационному бюллетеню. В Ревеле (до 92-го года Таллин) в следующее воскресенье выборы в горсовет, пока лидирует КПСС. Наберут не менее половины голосов. Под Фрунзе крупная автомобильная авария, опрокинулся рейсовый автобус. Перевернув страницу и вчитавшись в коротенькое сообщение, Павел Николаевич задумчиво почесал затылок. Это было то, о чем говорил Бугров. Наши корабли, эскортировавшие конвой в Адриатике, сегодня ночью расстреляли десантные суда с албанскими боевиками. Два судна потоплены, четыре захвачены (одно из них повреждено огнем) и отконвоированы в порт.
Ох, мать твою! Шумилов сдержал свой порыв звонить в пресс-службу и требовать срочно дать информационное освещение по всем каналам и в центральных газетах. Бугров скорее всего уже отдал необходимые распоряжения. Черт с ними, с албанцами, главное, как раз во время визита Милошевича. Когда внимание всех мировых служб новостей приковано к Москве. Пресса нас с дерьмом смешает! И это ровно за месяц до визита в Германию.
Шумилов раздраженно швырнул листки бюллетеня на стол и целую минуту сидел неподвижно, обдумывая ситуацию. Затем нажал кнопку селектора и вежливо попросил секретаря принести чай с лимоном. В принципе ничего страшного, покажем по телевизору кадры с конфискованным оружием и пленными. Дадим полное освещение в прессе, глядишь, еще и в выигрыше окажемся.
Неслышно открылась дверь, и на пороге возник фельдъегерь с большим конвертом в руках.
— Товарищ Председатель Совета Министров, распишитесь в получении.
Глава 12
Первый звонок. 1998 год
По возвращении из Спрингфилда Грегори с удовольствием включился в работу группы. Дело было интересное. Еще никогда он не имел такой степени допуска к секретам. Вся информация от разведок воздушных сил, армии и флота, данные со спутников и доклады ЦРУ стекались в небольшой кабинет на базе в Норфолке. Информация шла уже обработанная, зерна были тщательно отсеяны от плевел, оставалось только разложить все по полочкам и делать выводы. Как обычно, в этом и заключалась загвоздка. Информации не хватало. Катастрофически не хватало. Вечная проблема разведки, одно главное слово: «Мало!»
Коллектив подобрался хороший, все грамотные специалисты, любящие и умеющие вести аналитическую работу. Почти сразу внутри группы установились приятельские отношения. Регулярные дружеские пикировки между Бенгом, Шериданом и Фордом не мешали делу, наоборот, помогали снять накопившееся напряжение. Часто работали допоздна, оно и понятно, все члены группы, кроме Джорджа Бенга, впервые участвовали в проекте такого масштаба.
В один из таких дней, уже поздно вечером, после работы, Стив в своем номере, расположившись на диване с банкой пива, смотрел телевизор. Шел «Пятый элемент» с Брюсом Уиллисом. Стив Грегори первый раз смотрел этот нашумевший блокбастер. Он не был любителем подобного рода кино, но сегодня день выдался тяжелый, Стив сильно устал, и легкий зрелищный фильм способствовал отдыху. Часы показывали уже за полночь, завтра утром рано вставать, но Стив решил досмотреть фильм до конца.
Сегодня после обеда он до хрипоты спорил с О'Нилом о размещении зенитных комплексов в Югославии. Этот вопрос сам по себе был спорным. Авиаразведка велась без захода в воздушное пространство Югославии, больше опирались на космос и агентурные данные. Сами понимаете, космическая разведка не могла обеспечить стопроцентное покрытие даже такого маленького региона. Реальное положение дел в NASA не соответствовало рекламе. А сведения, получаемые от «сочувствующих» элементов, зачастую противоречили друг другу. И никто не знал, действительно это фактическая информация или подсунутая противником «деза». Сегодня утром поступила информация от «надежного источника», что с позиций снимаются старые установки «С-125». Разумеется, информация была получена еще вчера, но пока в ЦРУ разобрались, пока включили ее в отчет для межведомственной группы, день прошел. Грегори посчитал, что «С-125» полностью снимают с вооружения. Эта система давно устарела технически и морально. Низкая помехоустойчивость, необходимость постоянной подсветки цели, только один канал наведения, невозможность противостоять активной противозенитной борьбе, в общем, комплекс устарел. В СССР он уже давно списан.
О'Нил, в свою очередь, доказывал, что югославские «С-125» рано сбрасывать со счетов. Русские в этом году разработали и активно рекламируют комплекс мероприятий по модернизации этой системы. Ливия и Египет уже приняли предложение, и в ближайшее время их старые зенитные комплексы будут доведены до современных требований к средствам ПВО. Нет оснований полагать, что в Югославии русские поступят иначе. Более полусотни пусковых установок — это хороший козырь в возможной «миротворческой акции». Стив в ответ на это отвечал, что никакая модернизация никогда не доведет устаревшую систему до уровня новой. Разумеется, можно содрать деньги с арабов за подобный эксперимент, но полагаться на такой усовершенствованный комплекс в реальном бою не будут даже русские. Югославия слишком важна Советам как с политической, так и с военно-экономической точки зрения. Известно, что подготовленных зенитчиков в армии Милошевича не так много. А на обучение новых специалистов необходимо время, которого нет. Значит, снимая устаревшие системы с вооружения, сербы переводят людей на новые зенитные комплексы… В итоге длительный спор ни к чему не привел. Все остались при своем мнении до поступления более точной информации.
Раздался стук в дверь.
— Входите, открыто, — отозвался Грегори, убирая громкость телевизора.
— Извини, помешал. Срочный доклад с Балкан. — На пороге стоял Пол Форд.
— Ладно, проходи. Пиво на столе.
— Нет, спасибо, не могу, — усмехнулся майор, — у меня еще работа осталась на сегодня. Держи конверт.
— Не беда, будет время, заходи, — ответил Стив, поднимаясь с дивана. Пол вручил ему пластиковый файл с бумагами и исчез за дверью. Стив вырубил телевизор, убрал в сторону пиво и углубился в изучение посылки.