Башкирский князь сопел и смотрел себе под ноги.
– Ты, Толгатхан, считаешь, видимо, что я несправедливо жесток с твоими башкирами? – Так или нет?
– Да, так – пробурчал он.
– А ты забыл половцев? – Помнишь их наказание и что получил Алийбей за подобный налет. – Пусть твои башкиры спасибо скажут, не будь ты моим тестем и не рубились бы мы вместе с монголами, сам понимаешь, зачем продолжать. – Завтра сядешь под домашний арест, дела пусть ведет твой заместитель. – Привезут зачинщиков, тогда кончится твое заточение. – Охранять тебя станут гвардейцы, всё.
Князь Толгатхан вышел из кабинета с мертвым лицом. – А что он думал, никто не смеет поднять руку на русича, а поднимет – лишится головы. – По большому счету мне без разницы, напали булгары на башкир или наоборот – национальность особого значения не имеет. – Я отвечаю за жизнь и спокойствие каждого своего подданного, любого посягнувшего на него ждет лютая казнь. – Государь – гарант спокойной и достойной жизни своего народа – вот таком образом я представляю свои обязанности.
Пора возвращаться за свадебный стол, завтра пиршество перемещается в дом боярина Худорина. К полуночи закончился первый день свадебного пира.
Ребятишки давно спали вместе с Пушком. Жены мои ненаглядные шушукаясь исчезли в гостевых комнатах, а я окопался в кабинете. Тигры дрыхли на ковре, я приладился на широком диване. Начавшийся сон прервали бесцеремонным образом две дамочки – мои жены. Ночь оказалась настолько бурной – отсыпался до обеда, а встав, занялся вплотную своим организмом. Позор если умру от истощения и упадка сил – чертовы бабенки, всю кровь «выпили».
Сел в позе лотоса, вошел в транс, стал себя исследовать и получилось. Деловто, подправил коечто с хромосомами, ну и по мелочи койчего. Зато мой потенциал возрос намного – держитесь теперь женушки.
На втором дне свадьбы мы попристутствовали всего пару часов и удалились.
В Кремле поговорил с Людмилой, рассказал ей о печальных последствиях бабского воспитания, предупредил – сына я заберу, отдам его в кадетский корпус, а затем в юнкерское училище. Получит она его через три года, по исполнении восемнадцати лет. Людочка заупрямилась было, но поразмыслив согласилась. Умница.
– Любимая, запомни или запиши одно имя – княжна Анна Смирницкая в будущем ни в коем случае не может стать женой нашего Сашки.
– Слушаюсь и повинуюсь, мой повелитель, – и провокационно прижалась ко мне.
А нас долго уговаривать не надо, миг и мы на диване. Вот тут я оторвался по полной и когда меня стали мягко отталкивать ладошками, насладился победой. Людочка, не открывая глаз, простонала:
– Разве можно так издеваться, с ума сойти, до чего мне хорошо.
Она поцеловала меня и заснула на моей руке.
Жена гостила у нас неделю, и все это время женщины пытались взять своего муженька на измор – обломс. Под конец они сдались, и последнюю ночь я спал один.
Людмила перед уходом затеяла разговор о сыне.
– Милая моя, зачем толочь воду в ступе, Саша каждый выходной будет здесь, ты его навестишь в любое время, не переживай, ему только на пользу пойдет.
Сынишка, кстати, на смену жительства отреагировал спокойно. Сыновья подружились, всю дорогу вместе и Пушок за компанию. Сашка Кот опекал малолетнюю компанию, участвуя в их играх и проделках, а заодно приучая мальцов к самостоятельности и прочим полезным вещам.
Наконец объявился Стас – приволок новый синтезатор и тридцать деблокираторов. Пробыл недолго, выпил кубок вина, выпросил десяток старых монет и смылся.
Я засел на комп – посмотрел все обучающие программы, списки вооружения и оборудования, а также всей материально – технической и вещевой базы – в этот раз потомки не поскупились, молодцы.
Сразу посадил Аленку под обучающий шлем, стал воплощать в жизнь одну идею. Пять дней занимался обучением жены. На шестой объявил ей:
– Алена, я хочу, чтобы ты возглавила Коллегию культуры и просвещения. Набирай команду, обучай их и алга – открывайте школы, реальные училища, высшие учебные заведения. Нам нужен грамотный и культурный народ, а в перспективе тысячи специалистов во всех отраслях. В военном плане мы обгоняем все страны на века, тоже самое необходимо сделать в гражданской жизни. Нужны художественные училища и музыкальные школы, короче кровь из носа, а население России должно стать грамотным в ближайшие пять лет. Рассчитай сколько нужно общеобразовательных школ, по количеству населения и каковы будущие финансовые затраты. Имей ввиду, кроме высококвалифицированных рабочих, нужны инженеры, врачи экономисты и педагоги. Составляй план, дорогая жена, и вперед.
Аленка, слегка ошалевшая от моего напора, погрозила пальчиком и заявила:
– А ты почто раскомандовался, я пока согласия не давала. – Мне нужно подумать.
Я пожал плечами:
– Думай до завтра.
Дав неделю молодым помиловаться, призвал Ивана и обрисовал ему задание.
– Извини, Ваня, что от молодой жены отрываю, дело не терпит. – Поедешь в Нижний Новгород и Владимир, наберешь пять тысяч новобранцев, организуем полк морской пехоты. – Следом за тобой отправляю две тысячи башкир с заводными конями под рекрутов, поедешь в десантном боте, с собой возьмешь четырех гвардейцев на пулемет. – Возьми пайцзу, потом зайдешь к казначею и возьмешь пять тысяч рублей – компенсация крестьянам за младших сыновей. – Ребят на службу бери поздоровей. – Ну все, садись и одевай шлем.
За два часа Иван научился управлять десантником на воздушной подушке.
Лично сходил в сарай, где стояла машина, проверил исправность и уровень заправки топлива – оказалось маловато. Велел слугам натаскать и заправить – у меня в Кремле стоял НЗ с тонну.
Дизтопливо поставляли летом из Уфы, а с этой зимы обходились своим. Близ Казани построили небольшой нефтезавод, благо на территории будущей Татарии нефти хватало.
Через день десантник, свистя двигунами, унесся по Волге, оставляя за собой шлейф взметнувшегося снега. Заплаканная Диана махала платочком.
– Алена, поговори с девочкой, успокой – пусть привыкает ждать мужа, он на службе. – Да, я отлучусь дней на десять, мне инструктора понадобятся для нового полка.
– Никак к Людмиле собрался?
– А где я людей нужных возьму, потвоему?
– Хорошо, дорогой, только не надорвись там – и удалилась с лукавой улыбкой.
У, язычок стал, наловчилась подкалывать.
На другой день я отправился в 2028 год, обернулся быстро, через неделю очутился в Казани, а спустя некоторое время, переправил пятьсот офицеров – инструкторов. Их поселили в военном городке, на складах которого я создал вооружение для будущего полка. По две с половиной тысячи автоматов АКС и АК74 и десять миллионов патронов. Ротных минометов 82 мм – 100 шт., выстрелов – сто тысяч, пистолеты АПС – сорок шт., патроны к ним, гранаты и прочую амуницию. Обмундирование решил соорудить по прибытии новобранцев – размерыто разные. Пулеметов КПВ выделил по два на роту – всего сорок, а вот ручных – двести и не какихнибудь, а MG34 – они себя прекрасно зарекомендовали в свое время.
После суматохи со снабжением морпехов, поехал в оружейку к Юрию Коротышу и Никите Ковалю. Для них соорудил пять дизельэлектрогенераторов и шесть километров проволоки. Дал задание на выпуск сто полевых орудий 60 мм и боезапаса по тысяче снарядов на ствол. Всю технологию на изготовление порохов они получили осенью прошлого года. От меня потребовали тот же хлопок, тудыт его в качель. На синтезаторе смог соорудить всего десять тонн. Персияне, что поставляли его раньше исчезли, не появляются который год. Хочешь, не хочешь, а в Индию идти придется.
Моя Аленка неожиданно проявила административнохозяйственную хватку – подбирала и обучала свою команду быстрыми темпами. От меня потребовала все наличие обучающих шлемов – их оказалось пятьсот штук.
В центре города ударными темпами строилось трехэтажное кирпичное здание под две Коллегии – Культуры и просвещения и Военномедицинскую. Последнюю заставил в прямом смысле этого слова возглавить Фоку Жука. На его стоны о больных, нуждающихся в операциях, сказал: