– А что, она тоже скандалит? – хором искренне удивились мы с Мишечкиным. – Персонаж – то ведь – добрый, сказочный!
– Да, сказочный, сказочный! А насчет “добрый”, так это – для кого как! А как ты думаешь, сынок, откуда берутся всякие бабки – Ёжки? В тех же сказках? Вот именно! Из Снегурочек…. на пенсии! Ездят они, года на два-три хватает, на людей насмотрятся, веру в них теряют, от пьяных мужиков – так вообще тошнит, да! Вот и списываем, по профнепригодности на досрочную пенсию! А в лесную чащу они сами от вас просятся! Людей – их любить надо, не все они потерянные! Но – тише, это – страшный производственный секрет! – доверительно склонился ко мне дед Мороз.
Снегурочка тут же подтвердила, нимало не стесняясь нашим присутствием:
– Где тебя носит, Дед Мороз? Опять – за старое? Компанию подходящую нашел? Садись скорей, время уже поджимает!
Дед ловко влез в сани. Сани сразу же пошли на старт. Откуда-то сверху донеслось: “С Новым годом! С новым счастьем! Все будет хорошо!”.
Как – то грустно стало. Я-то все-таки почему-то поверил раньше – но признаться боялся. А теперь… А Мишечкин вообще остолбенел. Наконец, он задумчиво сказал: “Я уже очень, очень большой мальчик, но, наверное, попросить у Деда Мороза все же кое-чего бы смог!”.
Мы увидели нашего комбрига, уже одетого в полную форму и готовящегося, видно, ехать в Противосолнечную поздравлять экипажи с Новым годом, и нетерпеливо поглядывающего на часы, то и дело поддергивая рукав шинели.
В этот самый момент к дому лихо подкатила комбриговская “Уазка”, а из нее высыпался оповеститель с “Быстрого” и радостно кинулся к доктору. “А вам жена звонила, старпом вам записку со мной срочно послал!”.
Комбриг заинтересованно обернулся, ожидая объяснений. Доктор сказал, что жена его, оказывается, уже на Обзорновском КПП, но ее не пускают без пропуска, и надо что-то делать! “Седлай, Алиев!” – скомандовал капитан первого ранга своему шоферу:
– Доктор, садись, едем за твоей женой! Новый год тебе есть где встречать? – он глянул на часы и сам себя успокоил: – Успеем!
– Да везите их ко мне, товарищ комбриг! Моя Светлана и без предварительного оповещения, с сокращенной подготовкой целое отделение накормит, а уж в праздник… Да и у доктора дома – колотун, сами знаете, чтоб этому ОМИСу ни дна и ни покрышки и длинный кактус всем им в самый дейдвуд! А у нас дома – целая теплая комната свободна, по причине отъезда детей!
– Так это, товарищ комбриг, ее без пропуска не пропустят!
– Д-а-а-а? – иронически протянул комбриг. – Посмотрим!
Я бы тоже хотел на это посмотреть! То есть, на того дежурного по КПП, который восстанет против нашего комбрига. Ибо, если комбриг считал себя правым, то у него на дороге лучше было бы не стоять. Даже тяжелым танкам! Я с ним как-то давно был в Северной Африке, так мароканцы друг друга в засос от счастья целовали, когда наша “боевая” кончилась и он от их побережья домой со своим кораблем ушел!
В этот момент капитан 1 ранга развернул записку от замкомбрига, которую ему вручил рассыльный, и прочел вслух: “Штурмана с “Прыткого” взял в плен патруль, он был одет Дедом Морозом, но в состоянии полной потери ориентации и слабом ощущении того, на каком таком он свете находится. Хорошо еще, что нигде не упал, и не замерз! Начальник гарнизона, по прозвищу Рыжий Ганс с утра дал мудрую команду: Дедов в комендатуру не свозить, развозить по домам или кораблям, а все возможные разборки оставить на потом! Он велел считать такое неудифферентованное состояние Дедов Морозов профессиональным травматизмом при выполнении служебного задания или общественных нагрузок”. Так что, с подарками детям придется разбираться позднее”.
– Стоп, стоп, стоп! – проговорил комбриг, явно теряя ощущение контроля обстановки – Егоркин, ты что ни будь понимаешь? А это кто с вами был? Где вы его взяли?
– Он был настоящий!
– Да, – согласился комбриг, – Дед Мороз был классный! Наверное, из ДОФа! Только, вот где он такую дорогую пожарную машину взял? Фонды, может, какие? Да и откуда, ДОФ – еще беднее нас, как бомж вокзальный!
– Да и слабо ДОФ-овскому-то Морозику, мы видели, как он работает, подумаешь, профессионал, талант маринованный! – презрительно вставили мы с доктором, опять хором. Разъяснять истинную ситуацию комбригу было бы бесполезно и небезопасно.
Комбриг с Мишечкиным влезли в машину, за ними нехотя полез и оповеститель, явно рассчитывавший остаться на какое-то время в предпраздничном поселке. Но делать это на виду у Самого!? “Русский джип” сорвался с места, лихо разворачиваясь.
– Егоркин, жди гостей! – крикнул мне из машины комбриг и она скрылась в пелене легкой метели.
Меж тем, ветер совсем стих, и крупный, пушистый новогодний снег тихо падал и ложился на крыши домов, улицы, на прохожих, которые весело шли в разные стороны, с сумками, пакетами, народ двигался по гостям, вовсю поспешая.
Проходя мимо окна стариков, я увидел как у них на кухне появились их дети, уже среднего возраста. А мы вот решили с вами Новый год встретить, говорила красивая женщина, выкладывая на стол свертки и кастрюльки. А у нас пусть молодежь бесится!
– Мы свое-то уже отбесились! – вторил ей басом лысоватый крупный мужчина, а праздник это добрый, семейный! Нас буквально, что толкнуло – Давай. в кои-то веки вместе с родителями встретим – на радость нашим балбесам – квартира – то на всю ночь в их распоряжении.
– Как бы чего не сотворили – забеспокоилась старушка.
Я поднялся домой, а жена уже не чаяла увидеть меня трезвым, чему и громко удивилась. Я даже обиделся. Вот такой он, настоящий дед Мороз! – закончил свой рассказ Егоркин. А вот Сашка Нетопырев обнаружил у себя в дипломате на следующий день большую бутылку настоящей “Кристалловской” и серебряную флягу “Гданьской” водки, и не мог вспомнить, откуда она взялась. Набрался, паразит, и всю память отшибло! Алкогольная амнезия, как доктор про себя говорит!
– Самокритика мне не чужда – ввернул Рюмин.
– А нам – так и не поверил! Деду Морозу – тоже! И дальше бутылки его мечты и не простирались!
– Д-а-а, – протянул Рюмин. – Бывает!
Андрей снарядил уже рюмки к новому “залпу”. – А ты, Палыч – Сан, что загадал!
– Загадал и получил, но это – личное, вам знать не обязательно! И все было у меня нормально!
– А ведь мог бы …
– Мог бы – перебил его Егоркин. Даже мир во всем мире, как эти свиристелки пустоголовые на конкурсах красоты, да… Но вот получил кое-что нужнее и в рамках мощности Деда Мороза.
Ну, народ, с наступающим! (наш типовой тост, который можно провозглашать дней двести в году!) “Народ” степенно выпил и плотно закусил. Пока Егоркин рассказывал, компания молча слушала и даже не жевала.
А Сергей сказал: “Вот, оказывается, и не только в детстве можно ждать от Нового года чего-то особенного!”.
– Ты-то от детства еще недалеко ушел! – буркнул Рюмин, и добавил: – а к нашему возрасту понимаешь, что не надо ждать, что тебе дадут, а если попробовать что-то давать, какую-то радость тем, кто вокруг тебя? Если подумать, то можно и угадать, как твой Дед Мороз, Александр Павлович, самую сокровенную мечту, или новогоднее желание у близкого человека! А то вот все ждем, что вот с мешком к нам придут… за подарками, наши дети и родственники!
– А вот у казахов, мне рассказывали, есть поверье – если к тебе в Новый Год (у тюрков это – день весеннего равноденствия) никто из гостей не зайдет – значит, живешь ты как-то не так, и, наверное, как-то зря, на этом нашем шарике!
– Мудрый народ! – одобрил Егоркин.
– А если все сидят и ждут по своим домам и юртам, то кто же тогда приходит в гости? Тут утвержденный график нужен!
– Ты – провокатор! Но, поскольку никто из них от депрессии не умирал, то этот вопрос они как-то решили!
– Удивительная история, Палыч! – сказал Андрей. И вот, хотите – смейтесь, хотите – нет, готов поверить! Все-таки, особый праздник, хоть и сколько раз был он уже, а все же, где-то глубоко, ждешь чего-то, нового, необычного!