Изменение держалось недолго, через некоторое время организм снова восстанавливал мой прежний облик. Волосы я сбрил на пятый день и теперь, как в молодости, щеголял каштановой гривой. Эта грива стала катализатором крайне неприятной истории. Точно такие волосы были у Фреха, сына старосты соседнего села. Ростом и телосложением мы были похожи. За два месяца я здорово отъелся, и перестал напоминать ходячий скелет. Заносчивость сына старосты, его любовь к глупым шуткам, подвигла меня на еще более глупую месть. Я продал кинжал, носить который не имел права, добавил трофейные деньги и купил штаны и рубаху, похожие на те, что носил Фрех. Мысль об ответной «шутке» посетила меня за пару дней до деревенского праздника. У Фреха была невеста, дочь священника. Сам Фрех не горел желанием жениться, а вот невеста, явно, торопилась выйти замуж, по местным меркам она слишком засиделась в девках. Я решил вечером, в конце праздника, когда темно и публика пьяна, изобразить из себя Фреха, и своим неприличным поведением ускорить свадьбу. Конечно, в мои планы не входил ни секс с чужой невестой, ни громкий скандал с расстройством свадьбы. Мне казалось, что семнадцатилетняя Зюс, имеющая взрослый, сложившийся характер, не даст Фреху возможности слоняться без дела по округе. Целый день я «делал» своё лицо похожим на лицо Фреха. Результат оказался превосходным, но голос мой остался прежним. Следовало поменьше говорить, притворяясь совсем пьяным. Дождавшись, когда Фрех отправится вылить из себя переработанное организмом пиво, я тихонько прокрался за ним и усыпил. Хотя такой сон, скорее, напоминал потерю сознания. Оттащил Фреха на конюшню и укрыл попоной, ночи становились слишком холодные, осень на дворе. Затем я, пошатываясь, вернулся к длинному столу, только не к дружкам Фреха, а к Зюс, чем невероятно её обрадовал. Лицо Зюс выражало скуку, но эмоции я читал легко. Иногда мне казалось, что я смогу читать даже мысли, стоит мне чуть сильнее сосредоточиться. Сердце у Зюс забилось с пугающей частотой. Я придвинулся вплотную и пьяно облапил «невесту». Соседки Зюс по столу прекратили болтовню и впились в меня глазами. Бестолково обслюнявив Зюс лицо, я чуть не свалил её с лавки. Такое продолжение ей явно не понравилось, но внешне Зюс ничем это не проявила. Зазвучала музыка, и я утащил невесту танцевать. Полностью опозорившись на этом поприще, я, на глазах у всех, уволок невесту к конюшне. На этот раз Зюс оказала мне решительное сопротивление. Поднимать крик она не хотела, а физически я был гораздо сильнее. На конюшне я усадил её на мягкое сено и нежно поцеловал. Постепенно Зюс успокоилась, возможно, смирилась с добрачной потерей невинности. Целовал я её, чтобы не выдать себя голосом. Так продолжалось минут тридцать, что устраивало нас обоих, я тянул время, она получала надежду на пристойное завершение вечера. В одной из редких пауз Зюс отстранилась, внимательно посмотрела на меня и спросила.
– Кто ты? Я изобразил полное удивление.
– Фрех целуется по‑другому, он более опытный. Увы. Ты целуешься приятно, но, … как соседский мальчишка, неуверен в себе, – Зюс смутила меня таким сравнением. Я молча отвел её к спящему Фреху.
– Ты маг? – спросила Зюс, и добавила, – я сразу поняла, что ты не Фрех. И хотя ты молодой и неопытный маг, но у меня кружилась голова от твоих поцелуев. Может, снимешь иллюзию? Я хочу увидеть твоё лицо.
– Это не иллюзия, это другое, – я не сдержал молчания. Её глаза сверкнули. Она услышала мой голос. Я повернулся уйти, но Зюс встала на цыпочки, обняла меня за шею, потянулась к моим губам. Несколько секунд я витал в облаках. Какое это чудо, когда чувствуешь эмоции партнерши. Когда я вернулся на землю, то обнаружил свои руки чуть ниже талии Зюс. Она была также удивлена и смущена, как и я. Бегство моё было стремительно до неприличия.
Зюс.
Через пару минут Зюс пришла в себя. Таких бурных эмоций она ещё никогда не испытывала. Но витание в облаках уступило место практической целесообразности. Зюс сбегала за парочкой самых близких подруг, рассказала им о мгновенном сне пьяного Фреха, и, заодно, пожаловалась на недостаток внимания с его стороны. Подруги ей не поверили, но донести до лавки Фреха помогли. На следующий день, по горячим следам, Зюс отправила родителей к старосте в гости. Тот уже слышал сплетни о происшедшем на вчерашнем празднике, ссориться со священником ему было не с руки, а мнение Фреха никто учитывать не стал. Срок свадьбы был, наконец, твердо назначен. Сама Зюс занялась сбором информации. Она перебрала в памяти всех высоких стройных молодых мужчин, их было мало, они все были Зюс знакомы, и голос мага был чужой. Маг как‑то странно разговаривал, смягчал гласные. Зюс зашла с другой стороны, начала перебирать всех иноземцев и вспомнила Пашу. Каков хитрец маг, носит иллюзию старика. Зюс сразу же посетила обитель и внимательно присмотрелась к старому бродяге. Такая маскировка могла обмануть только простаков.
Паша.
Зюс пришла через час после начала работы, внимательно посмотрела на меня и ушла довольная. Вот такой я невероятный маг и хитрец! Любая девчонка вычисляет меня на счет раз. Что же она будет делать дальше? Поднимать шум не в её интересах. Подожду. День прошел спокойно, а вечером, выйдя после ужина на громадный двор обители, я увидел Зюс, сидящей на скамье у ворот. Она сделала мне знак и вышла наружу. Пришлось последовать за ней.
– Господин маг, я не собираюсь раскрывать тебя, – заявила Зюс. Я благодарно кивнул головой.
– Не стану просить показать настоящее лицо, или спрашивать имя. Я продолжал молчать.
– Но у меня есть просьба. После твоего появления в обители целитель Лутт стал легко лечить самые тяжелые недуги. Я думаю, что это ты помогаешь ему. Моя мать мучается обычной грыжей. Лутт утверждает, что такое не лечится. А ты сможешь вылечить?
– Я попробую. Но как ты можешь потом это объяснить всем? – удивился я.
– Перед свадьбой мы всей семьей поедем в город за покупками. Я уговорю мать зайти помолиться в храм святого Целителя. Дальше всё просто – случится чудо. Попрошу Лутта отпустить тебя с нами кучером. Обитель должна помогать отцу, а ты работаешь за еду, выгодный работник.
– Я не смогу работать кучером, – разрушил я хитроумные планы Зюс.
– Пустяки. В дороге ты занедужишь. Я легко заменю тебя.
– Хорошо. Я согласен. У меня вопрос к тебе. Неужели так бросается в глаза, то, что Лутт стал лучше лечить? – я запаниковал.
– Ничего подобного нет. Я тебя провела. Ты пока еще слишком молод, легко попадаешься на уловки, – засмеялась Зюс, пытаясь к тому же узнать мой возраст. Я четко почувствовал её мысль. Как интересно, скоро начну читать мысли людей, как в открытой книге. Нет, это не интересно, это гадко. Я могу посмотреть на Зюс сквозь одежду, но не делаю этого. А мысли читать совсем некрасиво.
– Где ты, маг? Ау! О чем задумался? Наверное, мечтаешь в дороге вволю со мной нацеловаться? Не рассчитывай на это? – а сама вспомнила сладкие наши поцелуи. Как же неприлично подслушивать чужие мысли. И надо прекратить глупо улыбаться. Химия гормонов сбивает мои мозги набекрень. С этим надо что‑то делать.
Целитель Лутт.
Жена священника из ближнего села пришла просить себе кучера для поездки в город. Очень странная просьба. Во‑первых, попросила именно Пашу, никто ни разу не видел его с лошадьми. Во‑вторых, пришла жена, хотя положено было явиться священнику. В‑третьих, вид у Паши последнее время очень странный, может он прелюбодействует с женой священника? Странный. Очень странный человек, этот Паша. Кто он? Откуда? За два месяца жизни в обители ничего о своем прошлом Паша не рассказал, хотя разговаривать научился неплохо.