— «За будущее всегда приходится сражаться, мой друг», — прозвенел Вельд, — «если что-то получено без сражения, это не будущее, это прошлое…»
— «Часто приходится сражаться и за прошлое, чтобы его не потерять. Потерявший прошлое не имеет будущего», — печально улыбнулся Артор, — «мне жаль расставаться, друг, мне кажется, я оставляю здесь часть себя. Оставляю с радостью и благодарностью. Спасибо тебе».
— «И тебе спасибо, друг. Пусть и у тебя всегда будет часть меня…» — эхом отозвался Вельд. — «Встань и протяни руку к какому-нибудь листику…»
На ладонь Артора упала не прозрачная пластинка-крышечка, а шарик диаметром сантиметров пять, засиявший в лучах опускающегося светила красно-оранжевым светом.
— «Береги это семечко, друг, и если найдёшь подходящую планету, положи его в песок и слегка полей водой. Прощай!»
— «Прощай!» — эхом отозвался Эвесли, направляясь к флаеру.
— Это невозможно. Без поддержки, причём солидной поддержки Флота мой форт не выстоит против трёх кораблей строя, — полковник, услышав, как обстоят дела, демонстрировал свой пессимизм.
— Кто ещё так думает? — Эвесли обвёл взглядом сразу затихших офицеров. Ну прямо школьники на контрольном опросе!
С дальнего кресла встал капитан Рубейра-и-Баррахо.
— Полковник прав, господин флаг-капитан, сэр. Наш десятимегатонник слишком стар, чтобы сражаться с таким противником. Если по измещению мы сходны, то по количеству пушек — шесть десятков тяжёлых против ста четырнадцати, все из которых тоже, возможно, тяжёлые, безоговорочно проигрываем. Кроме того мы, в отличие от противника, неподвижны, а значит представляем собой лёгкую мишень…
— М-да, господа, от столь опытных офицеров я такого не ожидал, — Артор ещё раз строго оглядел сидящих перед ним мужчин и женщин.
Сражаться, как требовала от них присяга, они не хотели. Настроение присутствующих читалось без всякого труда: они сыты по горло службой на Торге, это не их война, это не их клан… а вот жизнь — их, и терять её хрен знает ради чего совершенно неохота! Это плохо.
Но и у противника, по-видимому, сходные настроения. Никто не хочет умирать, и, если настроения офицеров форта не секрет для разведки Джонатана, бандиты рассчитывают на лёгкую победу, поэтому, если встретят твёрдое и упорное сопротивление, стойкими не будут. А при жёстком контрударе сломаются. Это хорошо.
Осталось в этом убедить офицеров форта. Не то, чтобы Эвесли в них очень нуждался, нет, его план требовал от офиков лишь минимального сотрудничества. То есть согласие на передачу всех ракет и катеров. Конечно, флаг-капитан мог отдать приказ и официально получить всё необходимое. Увы, из-под палки люди плохо и медленно работают — хотя всё-таки работают, да! Но вряд ли пойдут на какой-нибудь серьёзный риск. Ничего, у «мага» есть свои неплохие методы убеждения!
Эвесли серьёзно усилил суггестивное давление на бунтующих в душе офицеров, добавляя в их сияющие ауры больше серого и тёмного, и остановил тяжёлый взгляд на полковнике, слабенькой «альфе».
— Все, кто согласен с полковником и капитаном, могут покинуть наше совещание. Они будут смещены с должностей и временно задержаны до решения трибунала как дезертиры. Они, если победители будут милостивы, сохранят свои шкуры. Ну, кто ещё не хочет стать героем?
Аура полковника стремительно теряла яркие цвета и съёживалась, прижимаясь к телу хозяина. Это — неудовольствие. Стыд. Испуг?
— Простите, господин флаг-капитан, но ни я, ни капитан не собираемся дезертировать. Я просто указал на безнадёжность нашего положения, но, конечно, готов выполнить свой долг.
— Видите ли, господин полковник, долг можно исполнять по-разному, но убеждённость в выполнимости приказа и окончательный успех — неизбежные составляющие победы. Если их нет, поражение не заставит себя ждать. У меня есть план, который согласно анализу тактического иуса, имеет высокие шансы на успех даже несмотря на превосходство противника. Но те, кто его услышат, будут лишены возможности связаться с кем-нибудь за пределами форта в ближайшие две-три декады, поскольку одно из его обязательных требований — неосведомлённость противника.
«Теперь нужно чуть-чуть ослабить воздействие, чтобы собеседники испытали чувство облегчения и связали его со словами о плане…»
— План?! У вас есть план, господин флаг-капитан! Это превосходно!! Я готов услышать его и, если он хорош, отказаться от всяких посещений планеты до схватки, или пойти на гауптвахту, если он мне не понравится. И, клянусь Бездной, многие офицеры поступят так же.
— Сколько сарказма, господин полковник! Если бы вы свой интеллект растрачивали бы не на мелкие шпильки, а на разработку операций, я бы с удовольствием просил бы вас возглавить мой штаб. Скажите, полковник, где скорее всего будут всплывать рейдеры?
— На прямой, соединяющей звезду с Устьем Лагуны, в области с метрикой три и одна десятая эм. Она расположена в двенадцати лигах от звезды. Это обычное место всплытия, — быстро ответила за полковника майор Ди Арко, а Филипп Бах только кивнул головой.
— А форт расположен всего в четырёх лигах от этой точки, не правда ли?
— Это так, сэр.
— По этой причине мониторы, вынужденные прикрывать планеты от контрабандистов и пиратов, имеют мало шансов успеть к началу боестолкновения?
— Да, господин флаг-капитан, но я не понимаю, к чему вы клоните.
— Я предлагаю оттянуть форт ближе к Торге. Сейчас он находится в восьми лигах от планетарного диска, его надо перебазировать на расстояние в одну-две лиги от диска непосредственно над Торгой, и подтянуть мониторы. Так мы прикроем Торгу. Предприятия Фионы и Фреи, увы, останутся без серьёзной защиты, но вряд ли руда или даже продукция предприятий является целью рейдеров. Их очевидная цель — Торга. К тому же от новой позиции форта до Имира и Мимира всё равно ближе, чем от нынешней. Если рейдеры решат ударить всей своей силой по рудникам комео и предприятиям по добыче термоядерного топлива, мы с нынешней позиции их всё равно не защитим, а три имеющихся у нас монитора второго ранга даже против одного рейдера первого всё равно не потянут.
— Прошу прощения, сэр, — в этих словах майора Ди Арко так и сквозил скепсис, — но тогда выход из Лагуны останется не защищён…
— А к чему его защищать, миз?
— Но как же… ведь пираты могут всплыть, напасть на уходящие транспорты с тка и уйти раньше, чем мы среагируем!
— Миз, в ближайший месяц ни один корабль не покинет Торгу! Если продержимся до подхода флота, форт переместим на прежнюю позицию.
— Ну хорошо, флаг-капитан, вы меня убедили, — вмешался полковник Бах, — мы сможем консолидировать силы на новой, более удобной позиции, но их всё равно недостаточно против трёх кораблей первого ранга.
— А вот здесь вы неправы, полковник. Посмотрите на эту интересную схему!
Иус по незаметной команде Артора вывел перед офицерами трёхмерное изображение странной решётчатой конструкции. На длинной многометровой панели, собранной из каких-то странно знакомых всем офикам конструкций, располагался ряд примитивных катапульт, взятых явно со склада запасных частей для кораблей и судов, угадывались энергоблоки…
— Что это, господин Эвесли, — фыркнул полковник, — какое-то новое страшное супероружие, собранное, как мне кажется, из арматуры тюремных блоков?
— Насчёт исходного материала вы не ошиблись, полковник, хотя, конечно, это не оружие. Это — платформа для транспортировки и запуска тяжёлых ракет. На одной платформе может быть размещено до тридцати ракет, унипрэн, иус. Их уже начали собирать в Порт-Торге, а через неделю будет готово полсотни, из всего имеющегося материала. Больше, увы, нет.
— Любопытная конструкция, но я по-прежнему не понимаю…
— Всё просто, проявите чуть-чуть терпения. Как верно отметил господин оф-интендант, у нас восемьдесят шесть пушек против их ста четырнадцати. А если у нас в залпе будет полторы тысячи ракет, а полсотни таких блоков мы успеем собрать, против их максимально возможных трёх с половиной сотен? При этом пушки форта можно целиком задействовать для обороны. Как я помню, боевая формула ваших кластеров один-три-три, верно? То есть на одну установку тяжёлых ракет приходится три лёгких в одном пакете с тремя кластерами обороны. Сто восемьдесят ракет в защитном барьере плюс столько же луоров против по-прежнему тех же ста четырнадцати ракет в их залпе. И одновременно с этим полторы тысячи наших ракет в атаке. У кого окажется преимущество?