Согласно этой легенде старинный чародей Рогон каким-то образом вызнал способ получения и умножения волшебной Силы и подробно описал его в Книге. Причём болтали, будто этот самый способ подходил и магам, и чернокнижникам, и ведьмам. Конечно, если бы…
На том размышления Люции неожиданно прервались. Девушка уже давно вышла из-под спасительной тени дуба, но лишь сейчас сообразила, что наведённый морок скрывает от посторонних глаз только её саму, тогда как тень по-прежнему скачет рядом. Человеку добропорядочному, увидевшему такое странное явление, следовало незамедлительно звать стражников, ибо зачем нормальному колдуну или мирной ведьме прятаться и уходить в морок? Люция побежала во все лопатки, чтобы скорее преодолеть широкую залитую светом фонарей мостовую перед таверной.
Как назло именно в тот момент, когда до входа в трактир оставалось лишь несколько шагов, двери питейного заведения распахнулись, и на улицу неверной походкой вышел посетитель — уже изрядно поддавший работяга. Здоровенный такой малый, с кулачищами-кувалдами и разрумянившимся от выпитого лицом. Пошатываясь у входа, верзила попытался сосредоточить взгляд на бегущей через дорогу странной тени. Странной эта тень была потому, что прекрасно обходилась без владельца, точнее без владелицы. Ведь, судя по силуэту, принадлежала она женщине…
— О… — глупо сказал малый. — И хто здесь?
«Всё пропало, — решила Люция, — сейчас он развопится, начнёт звать своих дружков, а хозяйка таверны сразу же привлечёт с улицы гвардейцев. Тогда придётся удирать, даже не засовывая нос в комнату Тороя…»
Однако верзила, вместо того, чтобы позвать собутыльников и начать панику, неловко опустился на корточки (ведьма услышала, как звучно хрустнули его колени) и заплетающимся языком пробормотал, вытянув вперёд сложенную щепотью ладонь:
— Кис-кис-кис…
Люция с облегчением вздохнула — не понял балбес, с пьяных глаз-то.
Бочком-бочком, девушка неслышно шмыгнула в тень огромного куста жасмина.
— Глупая, иди сюда! — здоровяк, по-прежнему вытягивал перед собой руку, всем телом устремляясь за ускользающей «кошкой». — Кис-кис-кис!!!
Через пару мгновений произошло то, что и должно было случиться — дюжий молодец, продолжавший наклоняться вперёд, потерял равновесие и, как был, с вытянутой рукой, грохнулся со ступенек в пыль. Кое-как поднявшись на неверные ноги, малый и принялся сыпать такими витиеватыми проклятиями в адрес «кисы», её сородичей и даже возможного хозяина, что Люция едва не зааплодировала. Выговорившись, молодец зло плюнул и побрёл обратно в таверну. С усилием поднялся по ступенькам, остановился перед дверью и задумался.
«Ну же, иди! Я не могу больше терять время!» — взмолилась про себя Люция.
Словно прочитав её мысли, здоровяк послушно толкнул тяжёлую дубовую дверь. Несколько секунд он постоял в освещённом проёме, а потом всё же оглянулся — такая любовь к кошкам просто потрясала — и с надеждой в голосе повторил прежнее «заклинание»:
— Кис-кис-кис?
Ведьма с тоской посмотрела на заманчиво открытую дверь. Ещё пара минут и заговор, который она выучила ещё в далёком детстве, перестанет действовать.
«И какая нелёгкая тебя вынесла на мою голову? — С досадой подумала девушка. — А ну, сгинь отсюда!» И она живо нарисовала в воображении подвыпившего здоровяка большой кувшин с пенящимся пивом, после чего изо всех своих хилых колдовских сил мысленно «подтолкнула» мужчину. Очень грубый приём. Будь малый потрезвее, уловка колдунки не прошла бы для него незамеченной, но… Хмельной работяга только по-детски улыбнулся возникшему перед глазами видению и уверенно переступил порог.
Люция на цыпочках поспешила следом и даже успела прошмыгнуть внутрь до того, как тяжёлая дверь закрылась.
В лицо ведьме ударил уже знакомый запах крепкого тёмного пива, к которому теперь добавился аромат жареной на свиных шкварках картошки, мяса и пресных лепёшек. В животе у девушки сердито заурчало. Как хочется есть! За всеми этими хлопотами с Тороем и Книгой колдунка ни разу не перекусила, а ведь уже поздний вечер…
Помещение оказалось под завязку набито людьми. Те, кто пришли пораньше, уже заняли лавки за столами, ну, а более поздним посетителям, которым не досталось сидячих мест, приходилось толпиться вдоль стойки.
Держа в каждой руке по три-четыре огромных кружки с пивом, по залу то и дело сновали служанки. Когда широкая ладонь кого-нибудь из посетителей звонко шлёпала пробегающую мимо девушку по заду, над толпой разносилось кокетливое игривое повизгивание.
Осторожно лавируя между посетителями, Люция двинулась к лестнице.
К счастью, в таверне стоял такой гам, что никто не слышал лёгких шагов юной ведьмы. Да, собственно, и не до того было многочисленным посетителям. Гвалт, царящий в питейном заведении, вполне позволял колдунке топать с громкостью подкованной лошади и оставаться при этом незамеченной.
Оглушительный гомон десятков мужских голосов перекрывал звон чарок да заливистый смех Клотильды. Необъятная трактирщица несла вахту за барной стойкой. Она ловко разливала по кружкам пиво, подавала посетителям огромные тарелки с картошкой и тушёным мясом да при этом ещё умудрялась заразительно смеяться над очередной остротой какого-нибудь подвыпившего горожанина.
Люция осторожно шмыгнула вдоль стойки и при этом едва не налетела на невесть откуда взявшуюся служанку. С перепугу колдунка перестала бормотать слова слабенького заклинания — спуталась и запнулась. Когда же девушка сообразила, что произошло, накладываемый с такими усилиями морок растворился, и пройдоха стала видимой аккурат посреди огромного зала таверны.
Сердце безнадёжно ухнуло, и девушка приготовилась к общему крику, а также последующему за ним топоту ног городских гвардейцев. Но нет, видимо, судьба действительно благоволила неискушенной ведьме, поскольку её, неожиданно возникшую из пустоты, никто не заметил. Всё же посетители таверны не глазели по сторонам в поисках лазутчиков.
— Эй, куколка! — чья-то сильная рука дёрнула Люцию за локоть. — Составишь мне компанию?
Девушка с безнадежностью на лице обернулась. На краю скамьи у огромного стола (кажется того самого, за которым она нынешним утром вела переговоры с Тороем) сидел уже знакомый дюжий малый, что всего несколько минут назад принял тень Люции за кошку. «Н-да, видать, без смекалки дело прогорит», — с грустью решила «кошка».
— Конечно! — ведьма плюхнулась к парню на колени. От нового знакомого пахло перегаром, потом и древесной стружкой, наверное, он был плотником. — Чем ты угостишь свою куколку?
И колдунка с деланным кокетством подмигнула малому.
— Или, может, не будем зря тратить время и сразу поднимемся наверх, а? — с этими словами она призывно стрельнула глазами в нужном направлении.
К несказанной радости искательницы приключений парень смерил её мутным масленым взглядом и расплылся в счастливой улыбке. Ведьма решила не терять зря времени, легко спрыгнула с коленей ухажёра и потянула его к лестнице. Детина поднялся и, пошатываясь, покорно побрёл за девушкой.
«Ох уж эти мужчины… Так предсказуемы! — Хмыкнула про себя Люция. — Налей им пару стаканчиков, наивно похлопай глазками и, пожалуйста, делай, что хочешь. Доверчивые, как дети».
— Эй, малышка, — вяло промямлил из-за спины колдуньи её спутник, еле-еле успевавший переставлять ноги, — не торопись ты так, у нас вся ночь впереди.
«Это у тебя вся ночь впереди, — не без раздражения подумала девушка, — а мне ещё кучу дел сделать надо». Тем не менее, она слегка замедлила шаг, повернулась к хмельному парню и, приобняв его за талию, сладко промурлыкала:
— Я всего лишь боюсь, сладенький, что ты заснёшь раньше, чем мы останемся наедине.
Простое и, в общем-то, порядочное лицо детины вытянулось от обиды. В круглых голубых глазах появилось недоумение:
— Малышка, как я могу так обидеть красивую женщину?
Люция покраснела. Во-первых, этот малый был первым и, наверное, последним в её жизни мужчиной, который назвал её красивой, во-вторых, он, по всему видно, оказался добрым порядочным парнем и, в-третьих, он совершенно не заслуживал, чтобы с ним поступили так, как собирались.