О чем это я? Да о магах же! Не любим мы друг-друга, не любим и не доверяем. Хотя, казалось - в одной лодке плывем и негоже ее раскачивать. Ан нет! Инстинктус, ёжкин кот! Добей соперника - потому что всех много, а всего - мало, самому не хватит. А ежели не хватит - то оголодаю, отощаю и помру. И милого дружка хочу самого-самого, а лучше двух, нет, сколько получится, поэтому соперницу изведу-изничтожу. И управлять хочу всеми - самым могучим магом стать, потому как основная власть в руках магов и сосредоточена.
Звери мы, как есть звери.
Вот такие вот невеселые мысли, не иначе вызванные запоздалой жадностью, занимали меня, пока я осторожно, стараясь не шуметь, пробиралась в свою комнату. Видеть никого не хотелось, разговоры разговаривать - тем более. Зачем, зачем я ему сразу все деньги отдала? Надо было потянуть, а до времени остаток суммы под проценты в доходное дело вложить. Эх, бестолковка ты, Лутоня, задним умом крепкая. А все почему? Гонор в тебе взыграл, впечатление произвести захотелось, жадного ректора на место поставить? Ну, так радуйся - все исполнила! До жилого крыла добралась без приключений, теперь следовало проявить осторожность. Обитую золотистыми листочками дверь я миновала вообще чуть не ползком. Потому что благородная мэтресса, за ней обитающая, гостей не жаловала и сторожевые сети раскидывала широко. Эмелина, соседка моя по комнате, помнится, пару седмиц тому чуть всех волос на голове не лишилась, когда прибежала сюда переполненная праведным гневом. Такая же, переполненная, и удалилась - только скрючившись и в два раза быстрее.
Соленый морской ветер пронесся по коридору. Я замерла.
- Лутеция? - звякнули золотые листочки. - В гости зайдешь?
Все-таки сработали заклинания, Бланка стояла на пороге, гостеприимно распахнув дверь. Темно-синий шелковый халат и распущенные волосы недвусмысленно свидетельствовали о том, что хозяйка до моего прихода отдыхала.
- Если пригласите, - со вздохом ответила я.
Бланке дель Соль я отказать не могла - мэтресса являлась моей университетской наставницей, ну и ко всему должок у меня перед ней был. Год назад (а, кажется, что целую вечность) Бланка спасла мою непутевую жизнь, призвав ветер и не дав мне разбиться вдребезги о мраморные плиты Арадского замка.
- Приглашаю.
Комната мэтрессы от наших студенческих келий мало чем отличалась. Разве что рассчитана она была на одну постоялицу, а нам-то по двое приходится ютиться. Ну и побогаче обстановка, конечно. Парчовый балдахин над кроватью, зеркало в пол стены и предмет моей зависти - гроздь тоненьких серебряных трубочек на потолочной балке. Ветряные колокольчики называется. Дзинь-дзинь. Дин-дон… Себе такие же хочу. Но их вроде только за особые заслуги пользовать разрешают. Интересно, а деньжищи, которые я сегодня на благо родного заведения отвалила, за особую заслугу считаются? А то мне от собственной щедрости никакого удовольствия.
- Выпьешь? - Бланка заправила за ухо прядку иссиня-черных волос и кивнула в сторону стола.
- Рановато вроде, - неуверенно ответила я. Вино у мэтрессы всегда было отличное - нечета кислой водичке, которую наливают студентам по праздничным дням. - Да и на учебу мне пора.
Ветреница рассмеялась:
- Если спросят, скажешь, о будущем своем со мной беседовала, как со старшим товарищем. Так что, наливать?
- Нет, спасибо, - я присела за стол.- О чем вы на самом деле хотели со мной поговорить?
Хозяйка запахнула халат, устроилась напротив меня, спиной к зеркалу и щедро плеснула из бутыли в свой бокал:
- Ну, разумеется, о будущем. Пятнать здешний воздух нелепой ложью, было бы недопустимо.
Блестящие черные глаза серьезно уставились на меня. Я отвела взгляд. Отражение в зеркале было бледным и встревоженным. Испуганная мышка, особенно в сравнении с яркой уверенной Бланкой.
- Судя по донесениям из восточной провинции - торговый путь перестал представлять опасность для путешественников, - заговорила Бланка, раскрывая большой шелковый веер.
- Слышала, разбойники, которые там промышляли, пропали все в одночасье, - поддержала я светскую беседу. - Сбежали, видимо, куда-то. А атамана разбойничьего альгвасилы арестовали. Слухи такие ходят…
Я теребила локон у виска, подумывая все-таки угоститься вином. Ряженки-то у почтенной метрессы, скорее всего, нет.
- Мужчины часто говорят тебе о красоте? - вопрос прозвучал неожиданно.
- Не часто, - правдиво ответила я. - Мне мужчины вообще что-то редко говорят. Я, можно сказать, последние шесть лун, ах, простите - месяцев, от мужчин ничего кроме “дай списать!” не слышала. Или вы меня не о студентах спрашиваете?
Хозяйка комнаты заразительно рассмеялась:
- Не скромничай, дитя мое. Мне одна маленькая птичка нашептала, что у тебя связь с неким молодым человеком из нижнего города.
- А что, правилами нашего учебного заведения это запрещено? - вздернула я подбородок. Птичка, ага. У меня похожая есть - ветер называется. Таких гадостей иногда нашепчет, только держись.
- Нет, что ты! Скорее, приветствуется. Ведь жар страсти часто соседствует с вихрем магии. Скорее я удивлена, что твои родственники не препятствуют вашему общению.
Я мысленно досчитала до десяти, вдохнула, выдохнула:
- Мэтресса дель Соль, если вы беседуете со мной по поручению благородного дона Филиппе Алехандро, не будете ли вы столь любезны, передать благородному дону…
Если бы она не остановила меня, пара-тройка крепких словечек, подпортили бы воздух Квадрилиума.
- Не нужно разыгрывать передо мной оскорбленную гордость! - Строго проговорила Бланка. - Маленькая кривляка!
Я слегка покраснела и не на шутку обиделась. Кто благословил наше общение я и без того знала прекрасно, но произносить этого не стоило. Здешние стены обладают чутким слухом.
- Теперь поговорим о ближайшем будущем, - насладившись моим смущением продолжила наставница. - С тобой хочет поговорить один человек. Очень серьезный, очень влиятельный человек. Постарайся сегодня, в первый час тьмы незаметно выбраться из здания…
- Мне очень жаль, но на сегодняшний вечер у меня другие планы.
- Ах, я забыла. Завтра экзамен? Позволь мне не поверить, что ты собираешься корпеть над фолиантами.
Я сжала губы. Всем и так ясно, что для виду ломаюсь. А сама не то что пойду, в припрыжку побегу поручение выполнять. И вызнаю все, что требуется, и отчет подробный составлю. Права была бабуля: беда с девкой, то есть со мной.
- Мне будет дозволено удалиться?
Я встала со стула, не дожидаясь разрешения, и устремилась к выходу.
- А если я пообещаю тебе рассказать нечто о том, что тебя интересует?
- Я лучше сама как-нибудь в книжках умных ответы найду, - ответила я через плечо.
- И много там написано о твоих родителях?
Я замерла, видя мою заинтересованность, Бланка продолжала:
- Не знаю, что тебе рассказали о твоем деде, из-за чего ты воспылала такой чистой ненавистью к старику, но, поверь, есть люди, которые поведают тебе больше.
- Я знаю достаточно, - неуверенно ответила я.
Бланка хитро улыбнулась и отпила из бокала:
- Вот об этом и подумай. До вечера. У врат тебя будут ждать. Человек с зеленым фонарем. Не перепутаешь?
- Благодарю, - вежливо поклонилась я. - Прощайте.
Я осторожно закрыла дверь, прислушалась и припустила по коридору. Бежала так, что пятки сверкали, уже нисколько не заботясь о том, чтоб остаться незамеченной. Времени у меня было немного. В комнату свою ворвалась, уже порядком запыхавшись, быстро убедилась, что соседки моей нет, заперла дверь изнутри и скинула кисейную занавесь с настенного зеркала.
- Могла и не торопиться, - кивнула Иравари из зазеркалья. - Мэтресса твоя сидит тихо, винишко глушит в гордом одиночестве.
- Хорошо! - я обессиленно опустилась в кресло. - Последи за ней до вечера. Ладно? Что-то на сердце неспокойно.
- Чего так? - хохотнула демоница. - По Мануэлюшке своему убиваешься?
- Мы его особо не скрывали, - махнула я рукой. - Это же только вопрос времени был, когда о существовании этого кабальеро все узнают.