— Не того, поп, не того!
Поп пока ловит цыплят, попадья и мужик сделали чивирик на масле.
И этот случай мужик рассказал братьям, как он устроил. Младший брат и говорит:
— Уговор был на глазах у попа «растовосиньки того» сделать. Теперь я пойду, мне думается, что я смогу это дело провернуть.
Приходит младший брат к попу:
— К вашей милости, батюшка.
— Что такое, сынок, говори?
— Да, батюшка, сказать стыдно.
— Ничего, дитя, не стыдись, говори.
— Да вот, батюшка, жениться бы надо, а с бабой спать не умею. Научи, в долгу не останусь.
— А покажи ты ему, попадья, поди на кровать.
Пошли. Попадья легла на кровать, а мужик головой к её ногам. Поп глядит, да и сочувственно говорит:
— Эка, парень, да разве так! Вот и видно, что в деле ни разу не был. А ты вот так, вот так… Куда ты своим хуем лезешь! Это ж женина голова, а не пиздяка.
Мужик смекнул, что поп так увлекся обучением, что пора быть понятливым. И на глазах попа в одно мгновенье попадье во влагалище вонзил.
Братья порешили, что ходить к попадье младшему брату.
ПРО БАРЫНЮ
Жил-был барин, у них была прислуга. С прислугой барыня окончательно разругалась. Дошли до последних слов, барыня прислугу назвала блядью, а прислуга ответила:
— Не я блядь, а ты блядь.
Барыне это не понравилось:
— Я подам на тебя в суд. Я восстановлю свое честное имя, мерзавка.
Написала заявление, подала в суд. Вот вызывают их на суд обеих. Прислуга мешала тесто, некогда было привести себя в порядок — напудриться и намазаться, а барыня напудрилась и намазалась и начесала свое добро. Прислуге некогда было даже рук вымыть, надо скорее на суд бежать: взяла да тестенной рукой всадила туда зеркало. Судьи стали у барыни следствие наводить — барыня как замужняя, не нашли ничего. Потом стали обследовать прислугу. Наклонился туда судья и усмехнулся. А секретарь спрашивает:
— Что ты улыбаешься?
Судья отвечает:
— Товарищи судьи, я суд сужу, а сам в пизде сижу.
ПРО ПОПА
Жил-был поп, у них был работник Иван. Вот они поехали сеять лен. Посеяли они лен и стали чистить поле, камешки собирать и прочее.
Иван-работник говорит:
— Эй, батько и матка, не так у нас чистят лен.
— Как это, Ваня?
— Да вот, батюшко, когда лен засеют и чистить станут, раздеваются догола и чистят голые. Лен тогда растет лучше: длинный, пушистый и волокнистый.
Вот батько и матка послушали, разделись и он разделся. Стали чистить, батько и матка друг на друга оглядываются, не так матка, как батько. А Иван не столько чистит, сколько свою штуку расшатывает. Батько на матку глядел и говорит:
— Эх, матка, какие же у тебя две дыры есть?
— А что, ты не знаешь? Одна просвирнина, а другая твоя.
Батько и говорит:
— Эх, Иван, что ты смотришь на чужую, на просвирницу, возьми да и выеби ее.
Ванька с радости со своим инструментом подбежал да и давай отхаживать. Матке стало хорошо. Батько и увидел тогда:
— А что у тебя, матка, мокрая?
— Эх, батько, когда Ванька-то просвирнину-то еб, так твоя плакала.
— Ну, матка, ложись, пусть и моя не плачет, ублажу ее, так уж и быть. Запендрячил и начал валять.
Когда батько матку отработал и говорит:
— Теперь моя не будет плакать никогда от зависти.
Матка ему отвечает:
— Эх, батько, Ванька лучше просвирницу работал, чем ты.
Батьке это не понравилось. Пришел домой, и рассчитал его.
ПОПАДЬЯ ПО-НЕМЕЦКИ ЗАГОВОРИЛА
Жил-был поп с попадьей, и был у них работник. Попадья попа не любила, встречалась с дьячком, а с этим работником была у хозяев договоренность на триста рублей.
Он живет и работает у них до тех пор, пока попадья по-немецки не заговорит.
Поп и говорит:
— Матушка, ты не учись по-немецки, этот работник у нас век проживет и на нас проработает.
Попадья говорит:
— До старости жила — не училась, теперь неужели буду?
Поп знал, что попадья дьячка любит, и просит работника:
— Работник, не сможешь ли дьячка как-нибудь вывести на чистую воду? Да наказать его, чтобы он перестал ходить к моей жене.
— Отчего, можно. Ты сегодня нарядись кучером, а попадью попом, и поезжайте, а я дома останусь.
Дьячок увидел:
— О, поп с кучером куда-то поехали, надо поспешить к матушке.
Оделся и к попадье побежал. Иван одел матушкино платье, увязался и ходит по комнатам. Дьячок прибежал и заходит к попадье в залу; поздоровался, сели разговаривать; дьячок стал к ней приставать. Иван пошел, на кровать повалился и стал соблазнять дьячка.
— Ну, иди давай.
Дьячок подошел, на кровать улегся, хуй вытянул и лежит. Но елда, как плеть, висела.
— Давай, снимай штаны! — требовательно сказал Иван. — Любой инструмент нужно настраивать, чтобы хорошо играл.
Новая попадья взяла хуй в руки, наклонилась да и откусила. Дьячок взвыл и побежал домой, из подштанников кровь течет. Попадья приехала с попом из гостей. На другой день поп с Иваном пахать поехали; уехали, а дьячок и думает: «Ну, ладно, схожу я к попадье, отомщу, что-нибудь сделаю».
Попадья ничего не знает этого дела, принимает его по-прежнему; а дьячок невеселый. Попадья спрашивает:
— Что ты такой невеселый?
— Так, ничего.
— Не хочешь ли поесть сёмушки?
— Нет, не хочу.
— Не хочешь ли осетрины?
— Как бы с твоего языка, так поел бы.
А у кухарки дьячковский хуй был пожарен, Ванька подсунул. Попадья кричит кухарке:
— Тащи сюда все, сёмгу и осетрину. Кухарка принесла, на стол положила; попадья взяла хуй на язык, грызла, грызла, разгрызть не могла и высунула на языке и говорит:
— На, ешь.
Дьячок схватил, да с языком и откусил. Поп вернулся, попадья говорить не может, немая. Поп говорит:
— Что такое?
Работник отвечает:
— Э, батюшка, расчет позволь, попадья по-немецки заговорила.
БОЛЕЗНЬ
У крестьянина было три невестки, две на стороне имели любовников. Третья скажет:
— Хоть бы мне кого завести.
А старшая отвечает:
— Полюби, коли бабьи увертки знаешь.
Вот младшая невестка и полюбила парня молодого. Он к ней пришел, закрылись в комнате с ним. Муж был на сенокосе. Самое время придаться любовным утехам, думают они. И так напридавались, что любовник ноги чуть волочит, кляп не встает, хоть отруби, а невестка такая ненасытная оказалась, хоть плачь, а все-таки еби.
В это же время муж с сеном возвращается домой. Его увидела старшая невестка и бежит предупредить:
— Марья, муж-то приехал! Что скажешь? Что будешь делать?
— Я ничего не знаю.
Муж зашел в избу, невестка дает ему ведро:
— Бежи за водой, жене немного плохо, ее заколдовали.
Муж и побежал. Пока ходил, любовник и исчез. Невестка жену вывела, да на порог голой и поставила; мужу и говорит:
— Будем отливать! Обливай, да приговаривай: Господи благослови! Сам застал, сам за водой сгонял, сам и окачу водой.
БАБЬИ УВЕРТКИ
Живут два брата и две снохи. Старшая живет богато: у нее чего только нет. А младшая бедно.
Младшая и говорит:
— Ты где деньги берешь? У тебя есть на что погулять и гостей принять? А мне не на что.
А та и говорит:
— А я люблю чужих мужиков. Они мне платят за мою любовь.
— А если муж узнает?
— А я бабьи увертки знаю — вывернусь, не переживай. И тебе советую, займись этим промыслом. Вот сегодня наши уедут на пашню, я тебе любовника приведу. Встреть его радостно, никогда не суетись под клиентом. Вот за это он тебе и даст денег.
Братья уехали на пашню, сноха старшая сходила, привела любовника и уложила их. А братья топор забыли. Муж прибежал за топором. А жена испугалась, двери не открывает, а хлопает руками по бедрам и говорит: