— Слушайте, сейчас снова смотрел фотографии. Эти таблички, что мы нашли на раскопках… Я вам говорю, это вещь!
— На свете есть на самом деле две вещи: это вот та, о которой говоришь ты, и вот эта рыба. Поверь мне, она тоже вещь! — сморозил Киоск.
— Я вам серьезно говорю. Это сенсация! Это не просто случайные рисунки. Это письменность. Причем не европейская и не восточная. Вообще не понятно пока чья.
— Ооо, — затянул Авдей. — Ну, если ты подозреваешь, что это африканская, то тебя, я чувствую, сейчас накроет. Ну, ладно, берем Киоска, пойдем, посмотрим.
Они вернулись к окну, стали разглядывать, о чем-то даже спорить. А за столом всех развлекал Ванька очередными историями, собранными по окрестным переулкам. Кто не пел песни, вынужден был слушать радио «Ваня». Справедливости ради стоит отметить, отнюдь не скучное радио, и даже с полезной информацией.
— Да это случайная мазня, Ярик, — доказывал Авдей.
— Кто тебе будет делать случайную мазню на глиняной доске? — защищался Ярик. — Причем обрати внимание на то, как сделана эта глиняная доска, и доской-то не назовешь. Лист! Причем идеально прямоугольный с обработанными краями. Плитку керамическую, сделанную с такой аккуратностью, в магазине не найдешь!
— Это детская разукрашка, — последовала очередная гипотеза.
На звуки активного разговора с экспрессивной жестикуляцией слетелся Василий.
— Блин, посмотри внимательнее. Что нужно сделать с детьми, чтобы они так разукрасили?
— Состарить лет на двадцать, — брякнул Матвей. — Не меньше!
— Вообще, конечно, не тривиально разукрашено, — задумался Авдей.
— Да, уж. Офигеть разукрашка. Ножом разукрашенная, — медленно выдавил Матвей, пытаясь придумать другое объяснение, но явно без значимых успехов.
— Может и не ножом, но инструмент не простой, судя по всему, — добавил Авдей.
— Киоск правильно подметил, — добавил Ярик. — Кстати обрати внимание, материал на вид не свойственен региону, в котором его нашли. Это еще экспертизой будем проверять, конечно.
Ярик говорил быстро, так как был уверен в том, что он говорит, явно много передумав уже на эту тему. А вот его собеседники неохотно, но все-таки сменили свой искрометный антагонизм на вдумчивое сомнение.
— Ага, — смиряясь, но с сарказмом сказал Авдей, — и все объясняется опять, снова, как всегда и обычно шелковым путем.
Словно не слыша своих оппонентов, Ярик продолжал доказывать.
— Я тебе больше скажу. Мне кажется, я где-то что-то похожее уже видел. Не вспомню никак, где. В смысле, подобные находки уже были. Эт ладно. Вспомнится.
— Вспомнится, вспомнится. С твоей-то памятью. Пока всю перешерстишь. Это тебе не электронная библиотека: запрос — ответ, — подбодрил его Киоск.
— Точно! Завтра пойду в библиотеку! — загорелся Ярик.
— В инете посмотри. Кто щас ходит в библиотеки? — посоветовал Киоск.
Лизон — ранняя на сборы — начала было потихоньку собираться. Под это оживление остальные тоже решили идти.
— Ага, как обычно, — заметил Ярик, — стоит одному сняться с якоря, как все за ним.
На улицу вышли все: кто по домам, кто провожать. На обратном пути Ярик с Ноннкой долго не могли найти дорогу домой. Даже каким-то «случайным» образом оказались в ночнике в совсем другом районе города.
— В задницу этих депутатов, — кричал шеф в трубку своей секретарше. — Пришел он! Разбираться! Депутатский запрос! Почтальоны, б! — негодовал он. — У меня есть свои депутаты. А еще генералы и прокуроры.
— Какие почтальоны? — спросила, не поняв, Виолетта.
— Да никакие! Депутаты эти почтальоны. Все до единого, кто приходил со своими запросами, на самом деле хотели только одного. Получить чистый но не совсем пустой конвертик. Когда он звонил?
— Два дня назад. Я вам говорила о его звонке.
— А сегодня он чего звонит?
— Сегодня он не звонит. Он ждет в приемной, когда вы его примете.
— Так он здесь? — одновременно удивился и возмутился шеф. Но времени злиться на секретаршу, что она не предупредила его несколько раз, не было. Он начал быстро продумывать последующие шаги. — Он меня слышит?
— Конечно, нет.
— Сколько у тебя сейчас в сейфе? Стоп. Скинь мне в личку. Пригласи этого урода ко мне.
В кабинет к шефу вошла известная публичная личность.
«Да, Виолетта говорила, что он звонил. Я упустил этот факт из вида, — думал Ян Константинович, присматриваясь к гостю. — Этого фраера я точно где-то видел».
— Проходите, прошу Вас. Присаживайтесь, — пригласил Ян гостя, указывая рукой на кресло у своего стола. — Минутку.
Он взял трубку и вызвал Виолетту:
— Виолетта, не забудь, пожалуйста, подготовить срочные документы. И сделай нам два кофе, будь добра.
— Кофе или, может, чай? — обратился Ян к гостю.
Тот кивнул «Кофе».
Виолетта знала, что имеет в виду шеф под срочными документами. И даже знала, что они ему понадобятся. Поэтому подготовила их сразу после звонка депутата. Сейчас она мигом отправила их шефу по электронной почте, зная, что он будет беседовать и одновременно изучать досье гостя. Кофе тоже уже ждал, когда его разольют по чашкам. Но Виолетта, не спеша, поставила кофейник на поднос и вошла в кабинет шефа.
— А вот и кофе. Так быстро! — изображая полнейшее расположение духа, сказал Ян Виолетте. — Большое спасибо, Виолетта, — продолжил шеф, когда она наполнила чашки.
— Сахар, сливки? — обратилась она к гостю.
— Сливки и без сахара, если не сложно, — глубоко вежливо ответил тот.
Виолетта взяла кувшинчик со сливками с подноса и тоненькой струйкой стала вводить их в кофе. Все ее движения теперь были очень спокойными. Она давала шефу время успеть посмотреть документы. При этом главное было не допустить неудобной тишины, поэтому Виолетта изредка вмешивалась предложениями и легкими побрякиваниями посуды, как бы мешая шефу вести беседу.
— Наша компания всегда охотно участвует в общественных и благотворительных мероприятиях, — поддерживая разговор, продолжил Ян, лишь ненадолго бросая взгляд на собеседника.
— Рекомендую добавить в кофе корицу, — продолжила свою миссию Виолетта. — Отменный вкус. Пробовали уже? Может, попробуете?
Гость согласился. Виолетта взяла стручок корицы и небольшой нож, стала строгать пряность.
— Еще полминутки и кофе будет готов, — сказала она гостю, отложив все в сторону.
— Благодарю, — ответил тот.
Шеф кивнул Виолетте в знак того, что она может идти. Она уложила все лишнее на маленький подносик, стоявший на большом, забрала его и удалилась.
— Так чем бы мы могли помочь Вам в этот раз? Мы организовывали сцены для различных акций. Можем это сделать практически в любом месте. Мы осуществляли ремонт зданий в детских домах, когда не находилось средств у самих организаций. Когда не могли помочь делом, участвовали материально. Думаю, возможны различные варианты и кроме этих. Прошу, изложите цель вашего визита. Я прошу, конечно, меня извинить, если сегодня не смогу предоставить подробные предложения. Просто Вы, если не ошибаюсь, о встрече предварительно не договаривались. Что, конечно, назовем это мягко, моветон.
— Я к вам пришел не за тем, чтобы обсуждать правила светского этикета, Ян Константинович. И оставьте свои предложения себе. Пока, — начал довольно резким тоном гость…
«Гусь, — подумал Ян, пока гость излагал свою точку зрения на деление пирогов. — Но это его „пока“ уже о чем-то говорит. Клиент, судя по всему, не безнадежен».
— И, наверное, у Вас имеются какие-то сведения, факты, или, может, даже доказательства, раз Вы позволяете себе упоминать прокуратуру? — Ян разговаривал, но по-прежнему продолжал поглядывать в досье клиента.
— Вы не слишком ли вызывающе себя ведете, уважаемый Ян Константинович? Ведь то, о чем я Вам говорю, и Вы это прекрасно понимаете, не пустой звук.
— Вот Вы, как Вы говорите, для примера назвали мне несколько строительных площадок, где, по Вашему мнению, найдено немыслимое количество нарушений. Но на двух из них наша компания работы не вела.