Входят в зал те, кого он когда-то ненавидел. Какие мелкие существа, надевшие на себя личины героев. Он всех их обыграл - красиво, эффектно. Он вправе собой гордиться.
Какое неописуемое унижение написано на лице Аргентора - рослый красавец с гламурной внешностью - не догадывается, как он всегда был смешон. Он ждёт расправы. И справедливо ждёт. Он заслужил своё. Но пусть помучается - для него будет самым сильным унижением помилование и награда из руки врага. Он будет среди бессмертных - навеки, от сотворения и до конца новой Вселенной он будет должником Рушера. Боже, какое наслаждение! Кому я молюсь? Себе? Смешно.
А вот красавица Джиневра. Не бойся, милая, тебя не ждёт участь жены побеждённого героя. Хуже всех унижений будет то, что ты теперь навеки будешь со своим героем, который даже не догадывается, какой ужас его ждёт: насильственная жизнь и невозможность смерти! Роскошный плен, полная свобода наслаждаться всеми доступными удовольствиями - навеки!!
Смешной дуралей Заннат со своим сыном, которого подарил ему я. Мне жаль тебя, Заннат, потому что к тебе я не питал никогда вражды. Ты ненавидишь меня - да, а я добр к тебе. Я подарил тебе сына, и за это ты будешь вечно чувствовать себя в долгу перед Тираном. Вечно, Заннат! Почувствуй вкус этого слова.
Красавчик, хитроумный щеголь, дешёвый авантюрист. Идёт гордо, как герой на казнь. А бледен - хуже Аргентора. Да, Моррис, ты предатель. Ты всегда всех предавал. Предал и на этот раз. Спасибо тебе, Моррис, что дал мне преимущество, а я добрых дел не забываю. Слушайте все! Слушайте, герои! И не называйте меня потом неблагодарным за то, что я забыл услугу! Как повелитель всей Вселенной я мог бы пренебречь такой малостью, но все вы можете с радостью увидеть, что я справедлив - в этом ваша надежда. Ты и раньше делал для меня полезное, Моррис, и я вознагражу тебя. Ты будешь моей правой рукой, опять станешь Стратегом в моём новом царстве. Пусть видят все, что я не поминаю прошлых обид. Я милостив. Регалии Моррису.
Эдна и Кондор. Вы неприятно удивили меня: вы не взяли себе Сил для Поединка. Понадеялись на то, что до вас очередь не дойдёт? Я помилую вас за вашу глупость, но вы будете у меня шутами.
Вот, наконец, и ты явилась, Джамуэнтх. Развенчанная императрица Душ, лишённая всех своих подданных. Ты схитрила, Джамуэнтх, я это знаю. Ты припрятала у себя хороший запас Сил - против правил Поединка. Ты мой последний противник. Желаешь вступить в бой - я готов. Есть ещё много выживших миров, и мы с тобой исправим эту оплошность. Не хочешь? Сдаёшься? И правильно, потому что энергия нужна для другого дела. Сейчас введут сюда главного виновника торжества - моего брата, Избранного. И мы увидим рождение новой Вселенной, куда пойдём мы и многие другие, кому я оставлю жизнь. Это будут Избранные. Разве я не щедр?
Что-то вдруг случилось, отчего все в тронном зале замолчали и стали прятать глаза? Герои стыдились непонятно чего.
Лицо Владыки, сидящего на троне перед толпами представителей рас со всей Вселенной, перед стоящими на коленях бывшими врагами, его лицо чуть дрогнуло и отразило смятение.
В зал вошла, тенью скользя среди народа, поникшая и печальная фигура, скрывая лицо за длинными чёрными прядями, распущенными, словно траур. Чуть впали щёки, глаза в тенях ресниц, и брови скорбно сложены на бледном лице. В опущенных уголках прекрасного рта страдание. Бесшумной тенью минует она застывшие в молчании фигуры и предстает пред троном.
О да, я ждал тебя. Ничего я не желал так, как твоего прихода. Ты моя тайна, царица Савская. Ты моя слабость, Маргарет. Единственная слабость Рушера. Я знаю, отчего печаль на твоём исхудавшем и таком дорогом мне лице. Не обо мне ты плачешь, ангел мой. И оттого рвётся моё сердце и плачет моя бессмертная душа. Ты единственная, кто может нанести мне глубокую рану, и ты единственная, кто может исцелить меня. Все мои враги ничто передо мной, и моя любовь к тебе единственный мой враг, поражающий меня. А ты стыдишься того, что любила меня и мой обман, который я вспоминаю с замиранием сердца и рыданием души.
О, как мне больно видеть эту ненависть в твоих глазах - никто не может нанести мне таких ударов, как твое безмолвное страдание! Я знаю, кто стоит между нами, и даже сейчас он всё ещё мой враг. Но знаешь ли ты, кто он? О ком ты плачешь, моя царица? Достоин ли он быть раной твоего сердца? Идём, я покажу тебе правду.
Владыка сошёл с кресла, и все пали ниц, простёрлись перед ним - весь зал рухнул. И остались они вдвоём, как будто прочее всё умерло. Ни звука.
Он идёт, а она стоит, как приговорённая к казни. Не склонит головы, не скажет слова. Но глаза - в них горе и ненависть. Ты убил моего Аарона, Рушер! Ты обманул меня - подло и жестоко! Ты украл мою мечту, ты надругался надо мной! Ты опозорил меня перед друзьями, и я несу на себе их презрение! Я жажду смерти, Рушер! Убей меня!
Что я скажу тебе?.. Чем оправдаюсь?.. Мне хуже, чем тебе, потому что подлость совершил я, не ты. В чем виновата ты, царица? В своей любви? В том, что я обольстил своей любовью твоё сердце, и ты забыла того, кто уже забыл тебя? Иди сюда, прекрасная, взгляни в волшебное озеро и ты увидишь.
Не в силах сопротивляться, она идёт тихими и безнадёжными шагами к всевидящему озеру. Ничему не верит, ни на что не надеется, ничего не ждёт.
Скажи ему: пусть оно покажет тебе Айрона. Да, да, он жив. Огненные ифриты не умирают - они становятся звёздами. Я не убил мужа твоего - он сам избрал свою судьбу.
Она склонилась над свинцовыми водами, длинные волосы упали с плеч. Тонкой рукой оперлась о край. Просит: покажи мне его...
Я слышу удары твоего сердца, оно бьётся, как пойманная птица.
Просветлели воды, и ударил из зеркала свет - как столб огня. Это звезда по имени Айрон. Он в новой семье, среди своих звёздных братьев, счастлив со своей подругой - юной звездой. Они поют песни о своей любви, играя на струнах пространственных связей. Двойная система Айрон-Арахоль.
Он тебя не помнит, прекрасная. Ты для него краткий эпизод в перерыве между двумя жизнями огненного ифрита. Он случайно затесался в Живые Души. Просто потерялся от семьи. А ты хотела скорбеть о нём вечность? Утешься, он не был Соломоном. Я им был. С тех пор я шёл за тобой по жизням, ища тебя и вечно видя обманщика возле тебя. Ты не изменила Айрону со мной. Ты изменила мне с ним. Разве ты не помнишь родства наших душ, когда мы встретились среди обмана, который я сотворил, чтобы ты проснулась. Если бы не мой глупый слуга...
Я дарю тебе Вселенную, любовь моя. Те, кто презирали тебя, будут ползать у ног твоих, прося о милости. Проснись, открой глаза и вспомни песни, что я пел тебе. Ты единственная моя звезда...
Она вздохнула и распрямилась. Подняла глаза и огляделась. В глазах нет больше ненависти, но изумление. Она его узнала. И спали чары тысячелетнего обмана - в его глазах она увидала себя. Вечная память вернулась к ней... или почти вернулась. За вычетом маленького фрагмента, искусно подправленного Рушером. То, чего нет. Не существует. Отныне это новая реальность, новое прошлое и новая жизнь.
Я дарю тебе Вселенную, любовь моя.
Вдвоём, рука об руку, они идут к трону - царь и царица, Владыка и Владычица, Император и Императрица. Навеки. И расцветёт любовь, и будет новый мир. И будет он прекрасен. И всё простится. Всё.
"Да, это был талантливый спектакль", - сказала Эдна.
"Они развели друг друга", - ответил Кондор.
"Клон уверен, что это всё взаправду - он торжествует. Посмотри на него. Мнемоник создал величайшую пьесу, какие только разыгрывались в этом мире с Начала времени".