— Ты чего?
Он мужчину увидел, насупился, нос вытер:
— А тебе что? Видишь, шёл, да упал. Ногу подвернул. Теперь выбраться не могу. А мамка ждёт. Я ей обещался. Небось, все глаза уже проглядела.
— И что, никто тебе не помог выбраться?
— Да я недавно тут. На побывку меня отпустили…
Только тут разглядел Ратибор, что одежда на мальчишке форменная, в какой ученики военных школ ходят. Руку парню протянул:
— Хватайся.
— Да я сам…
— Сам-сам…
Пробурчал князь:
— Коли сам, так вылез бы давно. Хватайся, давай.
Тот послушался, уцепился за ладонь, выдернул его мужчина с лёгкостью. Силушкой то Боги не обидели… Посадил на мостик, сам чуть спустился, сдёрнул сапожок с ноги, пощупал. Парнишка вскрикнул.
— Ясно. Ногу подвернул. Дело поправимое. Недельку с повязкой походить тугой, да пару дней не тревожить вовсе. Вот и пройдёт. А сейчас…
Выбрался наверх, ухватил парня за бока, вскинул в седло.
— Показывай, где твоя мамка живёт…
Пришлось пройти с половину версты. Совсем уж на окраину. Дом стоял… Только что и стоял. Совсем в землю вросший, с окошками подслеповатыми. Да забор покосившийся. Правда, сараи со скотиной в исправности. И даже что-то там квохтало. Ратибор обернулся к парнишке:
— А что тятька твой, руки приложить к хозяйству не может?
Тот насупился:
— Отец мой в Арконе пал. Из беженцев мы. И мамка моя оттуда. Она мне вообще не мамка. Тётка. Но уж роднее её у меня никого нет. Она в мастерских работает, ткачихой. Вот и хватает времени лишь скотину обиходить. Совсем с ног валится, когда с работы возвращается…
— Извини, парень. Не знал. Ладно. Давай, постучимся…
Грохнул по привычке кулаком в калитку, та скрипнула жалобно, да и рассыпалась…
— Ничего себе…
Чешет князь затылок от неожиданности, а тут дверь избы открылась, и на пороге молодка с ухватом наперевес:
— Кого там нечистый дух принёс?! Чего озорничаешь?!
Да тут парень закричал:
— Мама, мама, не ругайся! Этот дядя мне помог! Он просто не знал!
Женщина притихла, прошагала к воротам, взглянула, всплеснула руками:
— Ох ти же, милый мой! Борка! Как же тебя угораздило?! Прости, добрый человек, думала, кто озорничает, хозяйство то у меня…
Махнула рукой. Поклонилась было мужчине, но Ратибор успел её остановить:
— Ты меня тоже прости, хозяюшка. Не думал я, что в Славграде такие места ещё есть… Найдётся у тебя инструмент какой, поправить порушенное?
Хозяйка всплеснула руками:
— Да не надо, мил человек! Ты мне сынка моего названного спас, а с тебя ещё что-то требовать буду…
— Не волнуйся, хозяйка. Сейчас парня твоего усадим, да ногу поправим. А потом я тебе калитку вмиг починю. Мне такая работа в радость…
И ведь не кривил Ратибор душой — правду молвил. Куда лучше строить что-то, чем воевать… Снял мальчика с коня, внёс в избу, усадил на лавку. Осмотрелся — чисто, посуда вся блестит. И пахнет вкусно. Даже рот слюной наполнился. Сглотнул, да от зоркого глаза хозяйки не утаил:
— Может, голоден ты, добрый человек? Так давай, покормлю.
Князь вздохнул:
— Давай сначала парня посмотрим, потом калитку починим. А там видно будет… На работу ведь тебе утром?
— Да выходной у меня, мил человек. Спасибо князю нашему — девятидневная у нас неделя рабочая: два дни работаем, день отдыхаем. Опять два дня работаем, день отдыха. И ещё два дня, а там отдых, да гостевой день. Вот он как раз у нас завтра и будет. Так что не волнуйся…
…Он сидел за скромно, но вкусно накрытым столом и украдкой рассматривал хозяйку избы. Парень уже спал, после того, как ему забинтовали ногу и накормили. Так что за столом сидели лишь они вдвоём. Помладше его самого года на четыре, и всё ещё не замужем, и не вдова. Ни покрывала вдовьего, ни ключей на поясе с ножичком. Бобылка[28], получается… А хороша! Тело стройное под сарафаном длинным угадывается, носик ровный, глазки большие. Губки пухлые, и коса длинная, ниже пояса колышется, только вот бант чёрный, траурный. Но его все арконцы носят, как беженцев последних со Старой Земли прозвали…
— А что хозяин твой…
— Спит мой хозяин. Умаялся. Видишь?
Оборвала его женщина, смущённо, впрочем, улыбнувшись.
— Прости, гость, за резкость. Но одна я живу. А вот ты…
Князь чуть подался назад, скрипнула под сильным телом лавка, ковриком накрытая.
— Да с моим занятием и жениться не пришлось.
— Никак, военный ты?
Тот кивнул в ответ.
— Служивый.
Говоря это, Ратибор не кривил душой — разве не на службе князь у Державы великой? Не народу славов во благо служит?
— Раньше в море ходил. Теперь — перевели в огнебойцы. Просто сегодня выходной у меня. Не знаю, что нашло, решил прогуляться по городу… Вот и…
Замолчал. Так же затихла и хозяйка. Некоторое время оба сидели молча. Потом князь поднялся, поклонился:
— Спасибо тебе за ласку, за хлеб да соль, хозяюшка. Парень у тебя воином будет, как я посмотрю?
Та посуровела:
— Может, удастся ему монахам чёрным отомстить за отца, за семью. Помогут Боги Исконные…
— Помогут.
Твёрдо сказал Ратибор, и та с удивлением взглянула на князя. Но тот уже засобирался:
— Прости, хозяюшка, пора мне.
Она вскочила, набросила платок на плечи:
— Позволь, провожу…
Вышли оба во двор, князь отвязал коня от столба. Тот всхрапнул, ткнулся носом в руку. Мужчина ласково погладил ему морду. Женщина задумчиво произнесла вполголоса:
— Добрый ты… Кони тебя любят…
Он чуть помолчал, потом вновь поклонился:
— Прощевай, хозяюшка.
Взлетел в седло, тронул животное… Она метнулась вперёд:
— Сейчас…
Распахнула починенную быстро калитку, князь осторожно выехал на улицу, развернул коня:
— Звать то тебя как, хозяюшка?
— Купава я… Черепанова… Из Арконы родом…
— То мне ведомо. Борка сказал. Да и ленточка твоя… Меня Ратибором зовут. Старшина я воинский. Дозволь к тебе на неделе следующей наведаться? Смотрю, двор у тебя руки мужской просит, а мне такое дело в радость. Душа мирного труда просит, устал я от войны…
…Даже под лунным светом было видно, что женщина стремительно заливается краской смущения…
— Не знаю, даже… Удобно ли? Что соседи скажут?
— Скажи — земляк твой нашёлся. Вот и помогает.
Внезапно та губу закусила, кинула головой:
— Приезжай. Ждать буду. Когда сможешь? Служба ведь у тебя?
Князь быстро прикинул:
— А через три дня и смогу. В день приеду. Жди…
Тронул своего гнедого в яблоках…
…Впервые, пожалуй, Ратибор так ждал возможности выехать за пределы Детинца. Нет, по делам державным вопросов не было. А вот по личным… И, как назло — то одно, то другое: эскадрам поисковым командиров утверди? Начальникам отрядов конкретные задачи поставить? Отобрать лучших из лучших, да с послом луров поездку обсудить надо? Словом, навалилось дел выше крыши градской! С трудом через две недели выбрался, с телеги, гружёной лесом отборным, спрыгнул и постучал в ворота. Открыла Купава, ахнула, за сердце схватилась, еле произнести смогла:
— А я уже и не ждала…
Объяснять не пришлось много — служивый человек не всегда себе волен. Смог выбраться — значит, смог. Нет — служба. Воин человек подневольный… А при свете дня оказалась бывшая арконка ещё краше — и не сказать, что три десятка лет прожила уже… Далеко не девица юная… Но хороша той истинной славянской красотой, что и не броская с виду, а постепенно открывается… Ратибор весь день проработал: пока сгрузил брёвна тёсаные, пока жерди да колья ровные. Потом ямы копал, ограду заново ладил. Вроде бы и дело немудрёное, да попотеть надо не мало. Хозяйка и не знала, как ей гостя такого приветить, и накормила, и напоила, а уже в вечеру, попрощались, уехал князь обратно… Борки то не было дома. Учился. Ратибор между делом смог поинтересоваться — хвалили его в школе. Себя не щадит, учится упорно, но пока не определился, кем станет. То ли на суше воевать будет, то ли на море. Рано ещё. Пока общая подготовка идёт — как в обычных школах, да ещё воинские дисциплины: меч, бой рукопашный, подготовка общая тела, езда на коне… Но учителя и воспитатели парня хвалили — толк из него будет. Заодно послал тайников разузнать об арконке по тихому. Тоже вроде бы всё в порядке. Душа светлая, чистая. В мастерских её уважают, трудится добросовестно. Старшая среди двадцатки работниц. Замечаний насчёт дисциплины или нрава слишком вольного нет. Староста слободки, где она жила с племянником тоже ничего такого за Купавой не упомнил. А на вопрос, почему замуж так и не вышла, пояснил, что девиц молодых, в самом соку полно. Черепанова же и приезжая, во-первых, местные обычаи пока изучила… Да и племянник у неё, что сын родной. Мало кто с довеском таким возьмёт в жёны… Словом, всё понятно…
28
одинокий бессемейный или бездетный человек