- Аня, - от переизбытка эмоций голос Соль сорвался на сопрано, - да ты гений! Как я не сообразила сразу?! Все! Мы делаем свадьбу на выезд, мы организуем похищение невесты и потом мы нарисуем мой портрет и отправим его императорскому наследнику! Какая же ты молодец!
Несмотря на частые отлучки леди-дизайнера, работа в мастерской кипела постоянно. Гардероб Ани и Соль пополнялись новыми моделями платьев, ночных рубашек, блуз, прогулочных костюмов и тому подобных вещей. Хозяин тканевой лавки действительно обслуживал теперь постоянную покупательницу даже среди ночи. Прослышав про экспериментаторские настрои наследницы, в замок потянулись подмастерья и мастера по пошиву обуви и головных уборов.
Подготовка к чужой свадьбе шла полным ходом с одобрения брачующихся и их родственников. К "похищению" невесты была подключена театральная труппа господина Пэйона, который приобрел популярность настолько широкую, что не успевал отказываться от приглашений посетить светские мероприятия именитых семейств города. Каждый вечер театр был забит под завязку: приходилось заставлять проходы между рядами дополнительными стульями, разрешать стоять во время выступления, билеты были распроданы надолго вперед, даже самые неимущие жертвовали деньгами на "черный день", приобретая пригласительный.
В город стали стекаться раньше времени курортники, хозяева усадеб на берегу озера, к ним приезжали родственники и знакомые, прослышавшие о талантах и аншлагах театра господина Пэйона. Гостиные дворы в срочном порядке переоборудовали помещения под жилые комнаты, стоимость аренды халуп поползла вверх, казна города пополнялась, радуя главенствующий род и, естественно, императорскую казну.
Представителей нелюдских рас приветствовали наравне со всеми: деньги не пахнут, а особенно в таком количестве.
Кастор Керберос пропадал на работе. Единственное время, которое он позволял уделить себе и возлюбленной, приходилось на часы выступлений труппы. В один из дней мужчина пришел к Ане в приподнятом настроении и светился, аки солнышко.
- Я уезжаю!
Аню перекосило: как можно с такой радостью сообщать "замечательную" новость?!
- Куда?
- В Дон-Длон. Мне предложили неплохую должность - больше денег, больше привилегий.
- Рада за тебя. Когда едешь?
- Завтра.
Анины брови подпрыгнули на лоб да там и остались.
- Быстрый какой. А назад когда?
- Не могу знать. Но, - страж сделал многозначительную паузу, - может, когда я там обустроюсь, ты приедешь ко мне?
- Хороший мой. Ты не забывай, что самолетов у вас тут не предусмотрено, а на лошадке трястись туда-обратно по неделе, выше моих сил. Давай лучше ты ко мне. Я дам тебе один из моих камешков, и ты сможешь "порталиться" сюда хоть каждый вечер. Кстати, у вас там посменная работа будет или тебя опять в ночные смены выставлять будут?
- Не могу знать, мой ангел, - произнес Кастор, преданно глядя Ане в глаза и целуя аккуратные пальчики.
Через несколько часов после разговора с Кастором, Аня пересеклась с леди Сольвейг в ее мастерской. Девушка была явно чем-то расстроена.
- Соль, у тебя что-то случилось? - Аня присела рядом и взяла кузину за руку.
Соль била мелкая дрожь, в глазах стояли слезы.
- Да что у тебя стряслось, Соль?
- Он уезжает! - слезы потекли ручьем.
Аня сидела в замешательстве, пока соленые потоки не иссякли, и Сольвейг наконец смогла говорить:
- Пэйон уезжает, - Аня выдохнула: вот кто, значит, занимает мысли Соль на самом деле. - Его пригласили в новый императорский театр.
- Соль, он тебе очень нравится?
- Очень.
- А ты ему?
- Конечно!
- Ну, да, глупый вопрос, как по-другому то может быть... Он тебе говорил, что ты ему нравишься?
- Ну, да.
- Когда?
Соль замялась.
- Так говорил или нет?
- Говорил, но давно. Но до сих пор ничего не изменилось, - затараторила сорока, - он до сих пор меня любит. Он меня даже целовал!
- Богема чертова, - пробурчала Аня себе под нос. - Ладно, Соль, не расстраивайся. Смотри, все складывается как нельзя лучше: во-первых, он уедет зарабатывать деньги, обоснуется в столице, во-вторых, ты сорвешь свою свадьбу, в-третьих, ты будешь свободна, он богат и вы сможете соединить ваши судьбы. Так что, давай, утри слезы и радуйся тому, что у тебя есть и тому, что ждет нас впереди!
Назавтра Аня и Сольвейг остались без своих мужчин. Леди Юдора, как могла отвлекала дочь от грустных мыслей, поддерживая все идеи и начинания Соль: подготовка к свадьбе Сотирии шла параллельно с подготовкой юбилея.
Лорду Пэйону, как без пяти минут знаменитости императорского масштаба, платили деньги императорских масштабов: он каждый день мотался портами меж двух столиц - культурной и географической. Выкупил у Земной самый маленький камешек и щедро отблагодарил за "Золушку". Благодаря собственному таланту и партитурам из Аниного времени, композитор обещал новые премьеры каждый месяц лета и осени.
Земная почти каждый вечер принимала гостей, не забывая запивать сладкие любовные утехи горькой настойкой Дарьяны.
Уважаемый Нардо стал обожаемым после того, как починил несложный механизм граммофона: теперь Анину комнату наполняли звуки классических произведений, мюзиклов советских времен. Количество золотых на счету регулярно увеличивалось за счет сдачи в аренду отшлифованных камешков, которые отныне обитали по новому банковскому адресу под надежной защитой гномьей охраны.
Неделя подготовки прошла. Насыщенные событиями дни пролетели, пополнив калейдоскоп впечатлений новыми красками ярких эмоций, переживаний и чаяний.
Утро церемониального дня, засучив рукава, принялось активно расталкивать ленивых и уставших обитателей замка.
- Мне пора, - Кастор наклонился к брюнетке и поцеловал в нос, - увидимся вечером.
- Неа, - промычала Аня, переворачиваясь на живот, - не увидимся. У меня работа до утра. И ты тоже отдохни от меня.
Капитан коротко кивнул и, шагая в открытый портал, послал на прощанье воздушный поцелуй. В руке Кастор держал серьгу с розовым аметистом. Аня зажмурилась, прячась от ярких солнечных лучей, и начала свой трудовой день с умывания. Благодаря настоятельной просьбе девушки, Нардо соорудил небольшой вариант водопровода, оборудовав им всего две комнаты в замке, но зато теперь и Аня и Соль могли принимать душ, умываться проточной водой и избавиться от присутствия прислуги, так необходимой при омовениях.
Леди С за завтраком суетилась: на ее плечах лежала огромная ответственность за проведение церемонии и развлекательная программа, переживания по этому поводу не могли не сказаться на качестве приема пищи.
- Сольвейг, ты не могла бы успокоиться и позавтракать не торопясь? Боюсь, что с твоим рвением и ответственным подходом к делу, ты забудешь и про обед и про ужин. - леди Юдора управлялась со столовыми приборами, наверное, аккуратнее всех в империи: такого изящества Аня не наблюдала даже среди особо приближенных к власть имущим в современном мире.
Но Сольвейг опять наплевала на совет матери, продолжая подпрыгивать на стуле и сверлить глазами засидевшуюся за столом Аню.
В конце концов блондинка дождалась своего звездного часа и вытолкала родственницу за дверь. Аня только посмеивалась тихонько, когда хрупкий буксир "Сольвейг" транспортировал ее до кареты.
Невеста была доставлена в усадьбу еще вчера вечером и к приезду девушек была полностью одета, причесана и доведена до истерики воздыханиями и советами тетушек и мамочек.
- Соль, ты молодец - Сотирия выглядит шикарно.
Сольвейг задрала было носик, но мгновенье спустя спросила шепотом:
- Что такое "шикарно"?
Аня хмыкнула.
- Это значит "выше всяких похвал", "богато", "изысканно".