Вернувшись в замок, Аня отдала леди Юдора колечко и попросила выделить время для похода в банк, на что старшая леди Дэмон ухмыльнулась и отослала слугу за работником финансовой структуры. Спустя полчаса с такой формальностью, как открытие депозита, было покончено, Аня получила на руки шесть золотых монет, ограбив собственный счет и отправилась к себе в комнату. Мечась из угла в угол, не могла успокоиться, вспоминала сон и, наконец, приняла решение.
Никому не говоря ни слова, когда часы в библиотеке показывали без двадцати минут полдень, Аня, нацепив рыжий парик и укутавшись в длинный плащ с капюшоном, вышла из неприметной калитки в замковой стене. Улица к полудню заполнялась гуляющими людьми, спешащими или просто мерно прохаживающимися перед обедом, городскими прикормышами - котами и собаками, воздух наполнялся звуками бодрствующего города, выкриками торговок и зазывал.
Аня спешила, боялась встретить хоть кого-то знакомого - все-таки мир тесен. Почти бежала, спотыкалась и несколько раз запутывалась в лабиринте улочек, но все же достигла цели, остановилась у дверей двухэтажного домика, в котором вчера оставила свой скарб. Страх сковывал, страх подталкивал. Аня толкнула створку и вошла в темноту прихожей.
Как только за девушкой закрылась дверь, дом окунулся в тишину: уличный шум остался ждать под входом. Осмотревшись по сторонам, Аня направилась на второй этаж. Мягкая кожаная подошва полусапожек скрадывала звук шагов, капюшон прятал лицо в тени.
Аня поднималась на второй этаж и лишь скрипящие половицы выдавали ее присутствие в доме. Остановившись на мгновенье у открытой двери в комнату, Аня коротко выдохнув, поспешила войти. Плавные движения и мягкая поступь, развивающийся на ходу плащ, стук сердца и шелест ткани. Аня тенью скользила от двери к единственной кровати у плотно зашторенного окна.
До спального места она не дошла. Такой же тихой поступью сзади подкрался хозяин дома и схватил незваного гостя, приставив нож к горлу:
- Кто такая? Чего надо? - голос хрипит, но не дрожит.
Аня медленно подняла руку, чтобы сбросить капюшон. Капитан увидел рыжие длинные волосы, почувствовал под рукой хрупкие девичьи кости и попытался сообразить, кто пожаловал. Аня снова поднесла руку к голове и стянула парик. Капитан вдохнул знакомый аромат и рывком развернул пленницу к себе.
- Кас, я деньги принесла, - прошептала девушка.
Она стояла так близко, она пахла, как горный воздух, она смотрела влажными глазами и горячими пальцами обжигала кожу на его груди.
- Анна, - вырвалось у Кастора, но она не услышала ничего кроме бешенного стука сердца. Она пришла к мужчине - слова ей не нужны. Только страсть, только поцелуи, только жажда тела.
Кастор не выдержал: накинулся на Аню коршуном и принялся целовать: в губы, в шею, в подбородок, бормотать бессвязно. Нож улетел куда-то в сторону, с глухим звуком вонзился в дерево, и Аня всецело оказалась во власти сильных рук. Клубок вожделения раскрутился вихрем, унес мысли и страхи, чуткие пальцы ощутили переливы мышц под кожей, захотелось кричать, но Аня прикусила губу и застонала.
Резким порывом капитан сорвал плащ с девичьих плеч, но вдруг остановился, отстранился и заглянул девушке в глаза. Аня поняла - он сомневается, а значит, необходимо дать подсказку. И Аня волной прильнула к мужчине, такому страстному и такому горячему, обвила его шею руками, зарылась пальцами в густые волосы и потребовала поцелуя. Руки Кастора не останавливаясь ни на миг, исследовали каждый сантиметр женского гибкого тела, то слишком сильно сжимая его, то замирая и лаская кончиками пальцев, словно боясь обжечься. А губы продолжали шептать ее имя, язык проникать глубже.
У Ани потемнело в глазах, но она не думала останавливаться, потянула полуголого мужчину за собой, пока ногами не уперлась в кровать.
- Раздень меня, - прошептали ее губы. Кастор, который был выше Ани на целых две головы, нехотя оторвался от ее ушка, опустился на одно колено, взял аккуратную ножку девушки и снял с нее сапожек. Затем снял другой, зарылся лицом в складки рубашки на животе, обжигая горячим дыханием кожу, очень медленно поднял руки, скользя по холодной коже брюк, нашел застежку и не подглядывая, расстегнул ее. Аня взъерошила мужчине волосы, запрокидывая голову назад, постанывала от удовольствия в предвкушении еще большей услады. Кастор все также осторожно поочередно освободил девичьи ножки из темного плена штанов, почувствовал совершенно гладкую, не похожую на других женщин, кожу и поднял глаза. Руки скользнули по бедрам, не находя привычного нижнего белья с рюшками и оборочками.
Аня была прекрасна и нетерпелива. Она резким движением сняла широкую рубашку через голову, зацепила скрепленную шпильками шевелюру и черный каскад волос упал на плечи. Но Кастор не заметил этого, он был слишком увлечен поиском завязок на волшебном кружевном нечто, скрывающем самое сладкое из угощений. Ане пришлось помочь горе-любовнику, открывая доступ к сокровищу.
Теперь нетерпеливым стал Кастор: он прямо-таки выпрыгнул из штанов и уложил девушку на постель. Еще есть чуть-чуть времени для игры, совсем немного перед прыжком раззадоренного зверя. Аня почувствовала царапанье щетины на бедрах, животе, груди, на шее и руках, Аня приняла игру, но предпочла не затягивать.
- Я хочу тебя, Кас, - и волна страсти разбилась о ее оголенные бедра.
Медленно, томно, ласково, а потом все с большим напором, превращаясь в стихию, билась волна о берег, разбиваясь в брызги. Аня уже не сдерживалась: она кричала от удовольствия, требовала больше напора, больше страсти, царапала спину Кастору, кусала его за ухо. И дожидалась партнера. Аня прочувствовала, Аня знала, что вот-вот прозвучит финальный аккорд, но не спешила и дождалась Кастора.
Зверь вырвался наружу и Аня отдалась ему вся: до последней клеточки, до последнего вздоха.
Ночной страж был тяжел, но девушке нравилась эта тяжесть, она давила на грудь, не позволяла дышать. Но это вовсе не тот страх, сковывающий по ночам. Это страсть, дарующая крылья. И через несколько минут Земной был запланирован новый взлет.
Где-то за окном огромные башенные часы басом пробили один раз.
- Хочешь перекусить? - спросил Кастор, заглядывая в глаза снизу вверх: ему понравилось лежать на мягкой груди и не мужчина даже не думал менять дислокацию, руки бездумно блуждали по женскому телу, пытаясь объять, заклеймить "мое".
- Я пить хочу, - Аня улыбнулась уголком губ и в который раз взъерошила волосы капитана.
Кастор выбрался из постели и прошлепал босыми ступнями по деревянному полу вон из комнаты. У Ани перехватило дыхание: в полупрозрачной дымке дневного света, нескромно подглядывающего из-за темных штор, тело мужчины представляло собой произведение искусства. Эротического искусства. Косая сажень в плечах, мощные мышцы рук и спины, узкая талия, ямочки у копчика, словно стражи у царского трона, кожа блестящая от пота, накачанные икры и тонкие лодыжки. Аня заворожено подалась за мужчиной, одеяло сползло с кровати, упало рядом с разбросанной одеждой. Вслед за спускающимся обнаженным капитаном Аня дошла до ступеней, стараясь не терять из виду обнаженной спины, остановилась у перил, закусив губу.
Капитан Керберос обнаружил преследователя лишь на последних ступенях, замер, выжидая. Аня сделала шаг в направлении мужчины и тихо произнесла:
- Я не хочу пить...
Желание прозвучало для Кастора, как пароль к началу военных действий. Он сорвался, в два прыжка преодолел пролет лестницы и снова завладел женским телом. Неистовство во взглядах, порывы в движениях, сладкие стоны - все смешалось, растеклось по дому, наполняя пространство страстью.
Часы на башне пробили два раза.
- Мне пора идти. А тебе надо отдохнуть перед сменой.
- Нет, - закапризничал Кастор, - не уходи, я не хочу спать. Я хочу быть с тобой.
Аня покачала головой: