- Как ваше ночное дежурство, господин Керберос? - и не дождавшись ответа: - Многоуважаемый Пэйон, вы сделали уже наброски сцен? Вы знаете, что леди Сольвейг ночь не спала, все вздыхала, справится ли с задачей? Ах, ну что же мы сидим, время-то идет!? Господин Кастор, вы составите нам компанию?
И направилась в сторону парадного выхода в сад. В гостиной послышался звон фарфора и торопливые шаги спешащих за Аней гостей. Первой брюнетку догнала кузина.
- Ты что, не в духе? - зашипела змея. - Какая муха тебя укусила?
- Гадостная муха меня укусила, Соль. Ближайшие несколько дней меня вообще закусают мухи. Я спать хочу, - чуть не плача, заголосила Аня. - Я кушать хочу и спать. Долго. И видеть никого не хочу. Сорвусь, не сдержусь, обижу кого-нибудь.
- Ну, тогда иди спать! - вспылила Соль.
Аня на такой выпад отреагировала относительно спокойно:
- Нет, уж, запланировали мы репетицию и поездку, значит, делаем так, как планировали. - сказала, как отрезала, а затем просяще: - Мне надо с господином Керберосом поговорить.
Сольвейг понимающе кивнула, схватила за руку блондина и побежала вперед. Аня осталась стоять. На расстоянии двух метров, боясь пошевелиться, пребывал в смятении Кастор Керберос.
- Кастор, - Аня очень пристально и очень серьезно взглянула на мужчину. - Вы получили мою записку? - Кивок в ответ. - Вы сможете организовать нам охрану? Из людей, которые не станут задавать вопросы.
- Вы хотите снова посетить склеп? - прозвучала догадка. Аня кивнула. - Да, у меня есть такие люди. - И снова замолчал, стоял и смотрел. Ждал.
- Я расскажу вам историю. - Аня двинулась вдоль зеленой стены. - Далеко-далеко отсюда лежит неизвестная этому миру земля, она плодородна, населена людьми, прогрессивна и абсолютно амагична. Лишь единицы имеют возможность плести чары. Я из тех мест. У меня были родные, но они ушли, у меня был муж, но и он покинул эту грешную землю. У меня осталось много денег, но кроме материального, меня ничто там не держало. Я заплатила за свою свободу, отдав практически все, что имела. И оказалась здесь. С частью вещей. Тех, которые вы видели. Их я "прихватила" случайно. Как оказалось, вещи того мира незнакомы вашему, но могут оказаться полезными. Я могу оказаться полезной. Никто, кроме вас еще не знает о склепе. Леди Сольвейг я поведаю секрет сегодня, прошу вас, подыграйте мне.
В ответ лишь шелест гравия под ногами. Аня резко обернулась, остановившись, Кастор, не заметив маневра девушки, сделал еще шаг и наткнулся на преграду, которая в свою очередь не успела сориентироваться и шлепнулась на землю. Капитан, бормоча извинения, бросился на помощь, наклонился, чтобы помочь и был взят в плен: Аня ухватила ворот камзола, потянула на себя и поцеловала стража. Кастор упал на колени; не в силах оторваться от девичьих губ, он задыхался, колол ладонь острыми камнями, молил Высших остановить время. Аня же, пребывая на пике эмоциональности, путала пальцы в волосах капитана, впивалась в его губы и все никак не могла отпустить. Секунды превратились в вечность, затянули двоих в бездну водоворота, казалось, пути обратно нет.
- Леди Анна, вы не заблудились?
"Как не вовремя!" - подумал капитан.
"Как вовремя!" - пронеслось в голове Ани, еще чуть-чуть и она не смогла бы остановиться.
Сердце ломало грудную клетку, пытаясь выбраться наружу, взгляд пытался зацепиться хоть за какую-то деталь зеленого экстерьера, но находил лишь влажные зовущие уста.
- Сольвейг, мы заблудились. Забери нас, пожалуйста. - Аня наконец отвлеклась.
- А вот и мы, - леди Сольвейг выпрыгнула из-за изумрудной стены, схватила капитана Кербероса за руку и помчалась прочь с криком: - Догоняйте!
Лорд Пэйон включился в игру, завладел Аниной ладошкой и потянул за собой. Сольвейг искрилась радостью: прыгала, словно маленькая девочка, кружилась, поднимая руки над головой, проскальзывала под рукой капитана и все смеялась, смеялась.
Только вышедшая на балкон своей комнаты леди Юдора не могла нарадоваться: ее дочь все такая же маленькая, но уже такая взрослая. Она выражает свои чувства и переживания так по-детски, хотя эмоции переживает уже совсем взрослые. Девочка светится, когда рядом Кастор Керберос, как жаль, что скоро ее сердце разобьется.
Летний театр жил своей собственной жизнью: художники рисовали новые декорации, оркестр проигрывал миниатюры, танцовщицы разминались, актеры гримасничали. Но стоило на подмостках появиться художественному руководителю в лице Пэйона Поликапроса, как казалось бы неподвальная укрощению стихия превратилась в послушную дрессированную обезьянку - труппа явно уважала своего руководителя.
- Итак господа, начнем. Главные роли уже распределены, сценарий готов, но необходимо утвердить его у нашего мецената.
"Черт!", - Аня совсем забыла про обещанные деньги! Аня богата, но не имеет наличности.
- Соль, - заговорщицки зашептала Земная, - а кому продать один из моих камней, чтобы денег наличных раздобыть?
- Каких денег? - леди Сольвейг не отрываясь смотрела на руководящего процессом блондина.
- Золото где взять?
- У папы.
- У какого папы?
- У моего.
- А где твой папа?
- Так скоро же приедет.
- А если деньги сейчас нужны?
Наконец сообразив, чего от нее хотят, блондинка повернулась к Ане. Задумалась и выдала:
- У мамы попрошу!
Аня закатила глаза:
- Отлично, в обед и попросим.
А тем временем действо началось: на сцене оказалась самая настоящая лошадь, тянувшая за собой плуг из папье-маше, за плугом шла девушка, то ли от непосильной работы, то ли от жары постоянно вытиравшая лоб. На Аню нашла оторопь.
Дальше больше: появился некто с кнутом и начал нещадно хлестать девушку, приговаривая "Работай лучше - заслужишь больше!" Анне Александровне насилие над трудовым классом не понравилось:
- Стоп! Что это?
- Рабыня Золушка, - ответствовал художественный руководитель.
- Мать моя женщина! Это я образно вчера сказала - рабыня. Вот черт!
Через полчаса пересказа истории и уточнения деталей, действие первое стартовало: мечущаяся крошка Золушка, бегала от чайников и поварешек к злым сестрам и мачехе, терла полы и ночь напролет шила бальные наряды. По настоятельным просьбам труппы, Ане пришлось несколько раз подряд продекламировать приказной монолог злой мачехи в стихах с раздачей указаний бедной Золушке.
Когда дошли до сцены превращения тыквы в карету, запнулись, обсуждая декорации.
- А нельзя ли применить немного магии, чтобы создать иллюзию превращения, а уж потом предоставить зрителю настоящую карету? - спросила амагичная девушка.
Абсолютно все осуждающе уставились на Аню. Ситуацию объяснила Соль:
- Магия иллюзий требует очень больших затрат энергии, а это, соответственно, очень дорого.
Аня понимающе закивала, в ее мире любое волшебство преображения сводилось на нет при отсутствии финансирования.
- Вы можете легко исправить эту ситуацию, - слишком близко прозвучал голос капитана, Аня едва сдержалась, от того, чтобы не отклонить голову назад: Кастор сидел на один ряд дальше от сцены, прямо за спинами леди. Порыв сдержать удалось, но не биение сердца: в ушах зазвенело, грудь сдавило, перед глазами заплясали цветные кляксы, ноги онемели. - Ваша серьга, леди... Она поможет.
Трезвый расчет - вот что приведет Анины мысли в порядок.
- Господин Пэйон, взгляните на это, - Аня протянула только что снятую серьгу молодому человеку, - вы найдете мага, который сделает вам иллюзию?
- Я знаю такого! - вмешалась Сольвейг, - он и денег не возьмет.
Глаза девушки горели жертвенным огнем, Сольвейг от осознания собственной гениальности ерзала на скамье, не могла усидеть на месте.
- Я попрошу Нардо, он с удовольствием поможет.