— Тебе пора, брат Бернард. — Он потянулся к колокольчику.
— Тогда, в сельве, я чуть не влюбилась в тебя, такого сильного, умного и самоотверженного, — вырвалось у меня. — Только правила Школы этому помешали.
— Для любви правила не преграда, они не смогут разрушить притяжение душ. — Он зазвонил в колокольчик. — Идите, брат Бернард, и пусть Бог помогает вам!
Покинув дворец Катарины, я через Рыночную площадь направилась к дому Луиджины. Меня переполняла печаль, я жадно смотрела по сторонам, словно прощаясь. Предчувствие говорило, что сюда я больше не вернусь.
2.8
Не умолкая, играет мелодия мобильного телефона, а я боюсь открыть глаза, полагая, что у меня слуховые галлюцинации.
«Луиджина в опасности!» — эта мысль подбросила меня на кровати и заставила вскочить. Я в растерянности застыла. Гостиничный однокомнатный номер, на столике разрывается мобильный телефон, за окном светло, слышно шум современного города. «Я вернулась?!»
— Иванна, ты что, до сих пор спишь? Мы уже в вестибюле, ждем тебя! — слышу в мобильном незнакомый женский голос.
— Извините, с кем я говорю?
— Иванна, встряхнись, это я, Алина. Поторопись, а то останешься без завтрака.
— По всей видимости, вы ошиблись номером. Извините. — Я отключаюсь, хотя чувствую, что делаю что-то не то.
Белоснежный потолок гостиничного номера напоминает экран кинотеатра, и у меня такое ощущение, что недавние события — всего лишь фильм с трагической концовкой. Мне захотелось, чтобы так и было, и актрису, сыгравшую Луиджину, можно было бы увидеть в других фильмах со счастливым концом. Луиджина занимает мои мысли, и я ничего не могу поделать с собой. Мне все видится ужасный подвал инквизиции и больная, беспомощная Луиджина в темноте, холоде и соседстве крыс. Ее последний взгляд, брошенный на меня, был преисполнен благодарности, а ведь я была в обличим ее мучителя, монаха Бернарда! Мой симбиоз с Луиджиной не принес ничего хорошего: я украла у нее любовника Джакомо Фео, заставила ее поверить в то, что у нее душевная болезнь, привела в ужасный подвал инквизиции.
На столике лежат красочные проспекты гостиницы «Мазини», и я с трудом вспоминаю вчерашние события, перелет и экскурсию по Форли. Мое путешествие в Средневековье, занявшее всего несколько дней, вытеснило все остальное из памяти, так что приходится ее напрягать. Теперь мне надо настроиться на современность, а это непросто сделать. После таких резких переходов из одной эпохи в другую необходимо время на адаптацию, но у меня его нет.
Хочется побыть одной и собраться с мыслями. К сожалению, я не на необитаемом острове. Мне вспомнилась молодая супружеская пара, Алина и Дима, мои попутчики, с которыми вчера подружилась. Беру в руки мобильный телефон и звоню Алине.
— Алинка, привет. Извини меня, ты звонила, а я спросонья не сообразила, что это ты. Что-то я совсем расхворалась, так что не пойду на завтрак.
— Иванна, что с тобой? — в голосе Алины сочувствие. — Может, тебе нужны лекарства? Ты только скажи.
— Спасибо, Алина, все необходимое у меня есть.
— Мы собирались с тобой после завтрака не на экскурсию поехать, а прошвырнуться по магазинам. Я так надеялась на твое знание итальянского!
— Извини, я совсем не в форме и не смогу с тобой пойти.
— Тебе нужен врач, и не спорь, Иванна. Ты не волнуйся, страховка это предусматривает. Сейчас скажу Алексу, и он все организует. — И, не слушая возражений, Алина стала давать указания Диме на этот счет.
Я и в самом деле чувствовала себя разбитой и не была готова к общению. Заставила себя принять прохладный душ, но он не придал бодрости, и я прилегла, не сняв халат, на кровать. Воспоминания о моем путешествии в Средневековье нахлынули на меня: правительница Форли, жестокая и энергичная Катарина, любыми путями желающая удержать власть в своих руках; нежная и ранимая Луиджина; божественно красивый Джакомо; безалаберный Гоша в облике благородного Людовико Орси.
В дверь номера постучали. Вскочив с кровати, я поправила халат и пошла встречать непрошеного гостя, надеясь, что им окажется Гоша. Но вместо него в комнату ввалилась целая компания: Алина, Дима, Алекс и представительный, холеный мужчина в дорогом костюме, явно итальянец.
— Иванна, мы привели к тебе врача, так что будешь здоровенькой! Это возмутительно: потратить деньги на путевку, приехать в Италию и не выходить из номера, — затараторила с порога Алина.
— Когда крутом столько магазинов и пропадает шопинг, — с усмешкой добавил Дима.
— Это сеньор Габриэле, врач, — представил Алекс итальянца.
— Спасибо, но я знаю, что со мной. Это все нервы, так уже бывало раньше. Мне надо пару дней побыть одной, и я приду в норму.
— Раз сеньор Габриэле уже здесь, пусть он тебя осмотрит и посоветует, что нужно делать. — Алина явно не могла расстаться с мыслью использовать меня в качестве толмача во время шопинга.
— Хорошо, но надеюсь, что это будет происходить не при свидетелях?
— Извини, Иванна. Мы, конечно, выйдем и подождем за дверью, — сообразил наконец Алекс.
— Лучше в вестибюле, моего знания итальянского достаточно, чтобы пообщаться с доктором наедине.
Алекс вместе с Димой вывел упирающуюся Алину из номера. Сеньор Габриэле задал мне несколько вопросов, измерил пульс и написал на бумажке названия лекарств, которые я должна принимать. Вся процедура заняла от силы десять минут, так что если бы я была на самом деле серьезно больна, то этого было бы недостаточно для оказания мне врачебной помощи. Думаю, на это здесь рассчитывать не приходится.
Я почувствовала, что проголодалась, и решила пойти позавтракать. Оделась и спустилась в вестибюль, откуда можно было попасть в ресторан. Здесь обнаружился Алекс, собиравший желающих для автобусной экскурсии по городу. Увидев меня, он широко улыбнулся и поспешил мне навстречу.
— Доктор Габриэле сказал, что у тебя ничего серьезного нет, но надо попринимать те лекарства, которые он назначил. Не желаешь ли поехать на экскурсию? Мы посетим старинный доминиканский монастырь, Палаццо Херколани, собор Санта Кроче, пинакотеку, прогуляемся по Парку драконов и…
— Спасибо, Алекс, я побуду в номере. С этими достопримечательностями я ознакомлюсь самостоятельно в ближайшие дни. Я решила не ехать с группой в Рим, дождусь ее возвращения.
— Это неправильно: доктор сказал, что тебе не следует оставаться в одиночестве, иначе ты совсем захандришь.
— Я не хандрю, и мне нравится узнавать незнакомый город самой, а не в толпе.
— И твое решение не ехать с группой дальше окончательное?
— Окончательное и бесповоротное. — Я через силу заставила себя улыбнуться. Настроение в настоящем было у меня не ахти какое.
— Хорошо, но с одним условием.
— Каким?
— Я беру над тобой шефство. Вашу группу в Римини встретит другой экскурсовод, а у меня до приезда в Форли следующей группы есть два свободных дня. Обещаю не надоедать, много не болтать, быть только гидом.
— Тогда и с моей стороны тоже будет условие: первым местом, куда ты меня завтра поведешь, будет библиотека. Я хочу подробнее ознакомиться с историей города. Тебя это не пугает?
— Испугало бы требование устроить тебе экскурсию по магазинам, а это даже любопытно. Ты первая на моей памяти, кто, приехав по турпутевке, отдает предпочтение библиотеке, а не магазинам.
— У тебя что, нет знакомых со странностями?
— Теперь есть. После экскурсии увидимся.
— Надеюсь.
После завтрака я набрала номер мобильного телефона Гоши, но он был вне связи. Мне оставалось только ждать.
2.9
Мне всегда нравилось блуждать в одиночку по незнакомому городу, переживая ощущения, как будто мне все это снится. Нынешняя реальность очень напоминает сон. Город, в котором я провела несколько дней в Средневековье, не такой уж незнакомый, особенно та его часть, которую когда-то опоясывали крепостные стены.