Подготовка и проведение референдума ещё ждут своего исследователя. В данном случае отмечу только один факт как современник тех событий. На удивление, призывы голосовать против сохранения СССР звучали не только со страниц оппозиционной печати, но и с телеэкранов и в радиоэфире. Хотя к тому времени и радио, и телевидение почти полностью находились в руках союзного центра и лишь частично контролировались российским правительством.
7 февраля В.А. Крючков обратился к М.С. Горбачёву с запиской «О политической обстановке в стране», в которой, говоря об «угрозе развала СССР», отмечал: «В то время как «демократическая пресса» принялась шельмовать референдум уже с момента его объявления, со стороны центральных и партийных средств массовой информации серьёзные выступления в его пользу практически отсутствуют». Из этого шеф КГБ делал вывод о необходимости «усилить контроль над средствами массовой информации»[2955].
Только через месяц после этого, 7 марта, ЦК КПСС утвердил «План действий», который поставил перед партией задачу «обеспечить последовательное наращивание в средствах массовой информации пропагандистских материалов, связанных с референдумом»[2956].
Но что можно было сделать за полторы недели?
Вместе с тем В.А. Крючков предлагал в своей записке продумать вопрос о возможности «образования в соответствующий момент временных структур в рамках мер, предоставленных президенту Верховным Советом СССР»[2957]. Мнение В.А. Крючкова было сообщено всем членам и кандидатам в члены Политбюро, секретарям ЦК КПСС[2958].
12 февраля «Труд» опубликовал интервью с новым советским премьером B.C. Павловым, который обвинил иностранные банки в том, что они занимаются скупкой обесценивающихся советских рублей, чтобы, используя их, влиять на финансовую ситуации в СССР[2959]. И хотя первый заместитель КГБ СССР В.Ф. Грушко отмежевался от этого интервью, заявив, что КГБ «о подобном заговоре абсолютно ничего неизвестно»[2960], вряд ли новый премьер решился бы на такой шаг, не согласовав его с КГБ и президентом страны.
В связи с этим заслуживает внимания сохранившаяся среди бумаг А.С. Черняева запись размышлений М.С. Горбачёва, датированная 11 февраля 1991 г. и содержащая критический анализ политики США в отношении СССР. Из этой записи вытекает, что советский президент готов был допустить причастность «американцев» к последним событиям в Прибалтике[2961].
Обеспокоенность президента на этот счёт была неслучайной.
Как уже отмечалось, «ещё в 1989 г.» Совет национальной безопасности США стал рассматривать идею о «создании на российской почве параллельного союзному политического и экономического центра»[2962].
По утверждению В.А. Крючкова, «в феврале 1991 г. о нём активно заговорили в окружении Ельцина». Причём «при анализе политико — экономического содержания параллельного центра» учитывались «суждения Г. Попова»[2963], который в январе побывал в США. КГБ СССР располагал сведениями, что этот визит был организован Д. Мэтлоком[2964].
Делясь впечатлениями об этой поездке, Г.Х. Попов сообщал, что он «встречался с политическими деятелями, с государственным секретарём Бейкером, беседовал с группой его помощников, с руководителями ведомств США, которые занимаются СССР. Среди них были и специалисты из министерства обороны, из госдепартамента, из ЦРУ — люди, формирующие американскую политику. Состоялись встречи с лидером большинства в Палате представителей Р. Гепхардтом, бывшим государственным секретарём США Генри Киссинджером и, разумеется, с Эдвардом Кеннеди»[2965].
«Главным компонентом» замысла американской администрации, считал В.А. Крючков, «являлось создание на территории Советского Союза разорванных, разделённых между собой рынков с равной ориентацией на российский и международный рынки. По задумкам авторов плана, это означало бы неотвратимый развал «советской империи»[2966].
Особая роль в этих замыслах, судя по всему, отводилась Б.Н. Ельцину. Однако он не имел прочного большинства в Верховном Совете России. В связи с этим было решено учредить пост всенародно избираемого президента России и таким образом вывести его из — под контроля парламента[2967].
7 февраля Верховный Совет РСФСР принял постановление «О мерах по обеспечению проведения референдума СССР и референдума РСФСР 17 марта 1991 года». В нём говорилось: «Разрешить Центральной комиссии РСФСР по проведению референдумов включить в один бюллетень для голосования два вопроса, вынесенные на Всероссийский референдум». Первый вопрос касался судьбы Советского Союза, второй — необходимости «введения поста Президента РСФСР, избираемого всенародным голосованием?»[2968].
В ответ на это 15 февраля 1991 г. 270 народных депутатов РСФСР — членов Компартии РСФСР предложили срочно созвать Третий съезд народных депутатов РСФСР и заслушать на нём отчёт Б.Н. Ельцина. Смысл этой инициативы заключался в том, чтобы отправить Б.Н. Ельцина в отставку с поста председателя Верховного Совета РСФСР[2969].
Между тем 19 февраля Б.Н. Ельцин выступил по телевидению и потребовал не только немедленной отставки М.С. Горбачёва, но и передачи власти Совету Федерации[2970], т. е., как уточнял А.С. Грачёв, «синклиту республиканских президентов, главой которого, естественно, стал бы будущий президент тогда ещё советской России»[2971].
«Его речь, — комментирует М.С. Горбачёв, — была переполнена грубыми, оскорбительными замечаниями по моему адресу. Руки дрожали. Видно было, что он не владеет полностью собой и с усилием, с натугой читал заготовленный заранее текст»[2972].
В этом интервью Б.Н. Ельцин озвучил то, о чём предупреждал ещё 14 января и к чему 27 января призвал Конгресс демократических сил в Харькове. Поэтому возникает вопрос: были ли к этому времени уже подготовлены меры для реализации озвученного требования или же он блефовал?
20 февраля М.С. Горбачёв собрал своё окружение и поставил вопрос: что делать?[2973] При этом он сообщил о намерении Б.Н. Ельцина создать «союз четырёх»: Белоруссии, Казахстана, России и Украины[2974].
Как уже отмечалось, 14 января на упоминавшейся пресс — конференции Б.Н. Ельцин открыто объявил о существующем замысле создать подобный союз и о намеченной с этой целью встрече представителей четырёх республик в Минске.
25 января Борис Николаевич дал интервью телекомпании Эй — Би — Си, в котором обрушился с обвинениями на М.С. Горбачёва и заявил: «Либо он… откажется от своей попытки установить диктатуру и сосредоточить абсолютную власть в одних руках, — всё идёт именно к этому, — либо он должен уйти в отставку, распустить Верховный Совет и Съезд народных депутатов СССР… Если Горбачёв попытается добиться диктаторских полномочий, Россия, Украина, Белоруссия и Казахстан отделятся от СССР и создадут свой собственный союз»[2975].
2955
Пихоя Р.Г. Москва. Кремль. Власть. С. 262–263.
2956
План действий на период с 7 по 17 марта 1991 г. в связи с предстоящим референдумом // РГАНИ. Ф. 89. Оп. 22. Д. 24. Л. 2–4.
2957
Там же. С. 262; Урушадзе Г. Выбранные места из переписки с врагами. Семь дней за кулисами власти. СПб., 1995. С. 299.
2958
Пихоя Р.Г. Москва. Кремль. Власть. С. 263.
2959
Павлов B.C. Будем реалистами. Премьер — министр отвечает на вопросы политического обозревателя «Труда» В. Головачёва // Труд. 1991. 12 февраля.
2960
Мэтлок Д. Смерть империи. С. 399.
2961
Запись размышлений М.С. Горбачёва. 11 января 1991 г. // АГФ. Ф. 2. Oп. 1. Д. 8842.
2962
Крючков В.А. Личное дело. Т. 2. С. 42
2963
Там же. С. 42.
2964
Широнин В. КГБ — ЦРУ. С. 164.
2965
Попов Г.Х. Меняются времена, а с ними и позиции // Московские новости. 1991. 24 февраля.
2966
Крючков В.А. Личное дело. Т. 2. С. 42.
2967
По некоторым сведениям, эту идею Б.Н. Ельцин привёз из США ещё осенью 1989 г. (Полторанин М.Н. Власть в тротиловом эквиваленте. С. 163).
2968
На сессии Верховного Совета РСФСР. Параллельный референдум. Почему бы и нет? // Российская газета. 1991. 8 февраля.
2969
Пихоя Р.Г. Москва. Кремль. Власть. С. 264.
2970
Борис Ельцин: «Я верю в Вашу поддержку» // Российская газета. 1991. 22 февраля.
2971
Грачёв А.С. Горбачёв. С. 356.
2972
Горбачёв М.С. Жизнь и реформы. Кн. 2. С. 518.
2973
Черняев А.С. Совместный исход. С. 919.
2974
В Политбюро ЦК КПСС… С. 651; Шахназаров Г.Х. С вождями и без них. С. 376–377.
2975
Шахназаров Г.Х. В вождями и без. С. 376.