Он сорвал с головы великолепную треуголку и швырнул ее на стул. Бедные Старые Девы в ужасе затрепетали. Шарлотта ждала, что будет дальше.
— Слава Богу, этот фарс позади. Мне хочется уехать в деревню и покончить с этими скучными церемониями. Везде сплошные неприятности.
Принц посмотрел на Шарлотту, и на его глаза навернулись слезы.
Она чуть было не поддалась безумному порыву и не бросилась в его объятия с криком:
— Папа, давай не будем досаждать друг другу! Давай друг друга любить. Я всегда этого хотела.
Но как было это сделать? Он решил бы, что она сумасшедшая, как дедушка, и еще больше стал бы ее презирать... Отец прошел мимо Шарлотты.
— А ты... — обернувшись, он сверкнул на нее глазами, — ты еще усугубляешь эти неприятности. Я, разумеется, знаю, кто тебя подстрекает. Не думай, что я не понимаю. Мне все понятно. Всему виной эта женщина... твоя мать. С тех пор как я на ней женился, у меня и начались неприятности. Это моя величайшая ошибка. Ох, уж эта женщина... эта ненавистная женщина...
Бедная тетя Мария содрогнулась, а тетя Августа протестующе что-то пролепетала, однако принц взглядом велел им помалкивать. Он устал от притворства. Пусть своенравная дочь узнает про свою мать правду, узнает, что она источник всех бед.
Принц-регент совершенно потерял самообладание.
— Она вульгарна, безнравственна. Давайте не будем притворяться. Мы знаем, какую жизнь она ведет. Знаем, что она держит при себе этого дрянного мальчишку... и почему. Она говорит, что он сын простолюдинки... но это не так. Он ее сын, а отцом является или Смит, или Мэнли, или Лоуренс... да какая разница кто?
Шарлотта сказала визгливым, взволнованным голосом:
— Было доказано, что это не так. Принц в ярости повернулся к ней.
— А вот и нет! Просто суд не смог доказать, что он ее сын... а это совсем другое дело. Господи, как только я раздобуду нужные доказательства, я тут же избавлюсь от этой женщины!
Шарлотте неудержимо захотелось защитить маму. Так было всегда. В присутствии одного родителя она чувствовала, что ее долг — защищать другого.
— Она моя мать... — начала принцесса. Но отец не дал ей продолжить.
Он закричал:
— Я покажу тебе все документы. У тебя не останется сомнений. Ты что-нибудь слышала о деликатном дознании?
— Д-да, слышала.
— На суде стали известны весьма пикантные подробности. Если ты намерена ее выгораживать, у меня не остается выхода. Тебе придется ознакомиться с документами. И ты это сделаешь. Ты узнаешь, какая женщина — твоя мать. Не сомневаюсь, что нам известна далеко не вся правда, но даже этого вполне достаточно для развода, и если бы не мои проклятые враги...
Слезы жалости к себе застилали принцу глаза. Старые Девы потрясенно застыли рядом с ним, не в силах произнести ни слова.
«Говорить такое Шарлотте!» — ужасалась про себя Мария.
Однако Шарлотта положила конец этой сцене. Забыв все правила поведения, она выбежала из комнаты и, позвав леди Клиффорд, властно заявила, что они немедленно уезжают в Ворвик-хаус.
Выбегая, она слышала восклицание принца:
— Боже, она все больше становится похожа на свою мать!
Когда Шарлотта доехала до Ворвик-хауса, ее начал бить озноб. Леди Клиффорд заметалась. Принцессу нужно уложить в постель! И вызвать врача! Что с ней такое? Что за таинственный «припадок»?
Шарлотта лежала и думала о родителях, которые зачали ее в ненависти. Они даже тогда ненавидели друг друга. Она родилась просто потому, что было нужно — принц считал это страшно неприятной необходимостью — произвести на свет наследника.
«И появилась я, — вздохнула Шарлотта. А потом подумала: — Я ненавижу его. Он жестокий. Я должна помочь маме, потому что он по-прежнему будет пытаться от нее избавиться».
Она теперь считала, что ее долг стать на сторону матери; после сцены в Карлтон-хаусе Шарлотте было очевидно, что она не сможет быть в дружбе с обоими родителями.
Через некоторое время принц немного успокоился.
Он сказал:
— У Шарлотты ужасные манеры. О чем думает леди Клиффорд? От нее нет никакого проку. Что же касается Шарлотты, то она не такая уж и маленькая. Пора найти ей мужа.
Принц расхаживал взад и вперед по своей спальне в Карлтон-хаусе. Он не сомневался, что ему станет легче, если Шарлотта выйдет замуж. Хотя бы эту ношу он сбросит с плеч. Пусть муж отвечает за поведение принцессы. А если это будет муж, с которым нужно жить за пределами Англии, что ж... тем лучше! Его братья поддержат этот план. Они часто выражали свое недовольство по поводу того, что английский трон унаследует девочка, тем более дочь такой матери. Если б он мог избавиться от Каролины, жениться вторично и произвести на свет сына! Как бы все счастливо разрешилось! Но братья наверняка захотят, чтобы он продолжал оставаться связанным с этой женщиной, а после устранения с пути Шарлотты кто-нибудь из них захочет заполучить корону. У Фреда детей нет и не будет. Ну, а другие... их жены не могут считаться респектабельными. Братья не пожелали выбрать себе подходящих жен, это лишь ему выпало на долю.
«„Подходящих"! Тоже мне, подходящая жена», — подумал принц.
Но он уже столько растравлял себе душу этими мыслями.
Обстановка в мире немного улучшилась. Наполеон завяз в русской кампании, и, судя по доходящим сообщениям, дела его там шли неважно. Веллингтон добился в Испании больших успехов. Если дела Наполеона действительно так плохи, как говорят, это начало его конца. Регент, как обычно, пожалел, что ему не удалось проявить героизм на войне. Однако купаться в лучах чужой славы тоже неплохо, и он гордился Веллингтоном, как раньше Нельсоном.
Что ж, раз Шарлотте надо подыскать подходящего мужа, он, пожалуй, знает идеального жениха. Он уже намекнул голландскому штатгальтеру Вильгельму VI на желательность брака его сына Вильгельма, принца Оранского, и Шарлотты.
Голландцев в Англии любили, и брак с протестантом будет встречен с одобрением. Юный Вильгельм уже успел отличиться в боях и получил образование в Оксфорде — поскольку о возможности его брака с Шарлоттой родители подумывали давно, — так что он во всех отношениях был ей подходящей парой.
Не последним в ряду его достоинств было, по мнению регента, и то, что, выйдя за него замуж, Шарлотта должна будет жить в Голландии.
«И таким образом, — подумал регент, — хотя бы одну из них удастся убрать с моего пути. Может быть, даже Каролина захочет переселиться в Голландию, чтобы быть поближе к дочери. А если она уедет из Англии, то одному Богу известно, какие безумства она может совершить».
Да, план просто великолепен, и братья его поддержат, надеясь, что, когда принцессу удастся выдворить из страны, корона должна будет перейти к одному из детей принца-регента, а у него, по несчастному стечению обстоятельств, больше детей не будет.
Действительно, почему бы не поговорить со штатгальтером об этом браке?
Королева тоже заметила, что Шарлотта взрослеет.
— Ее окружают не те люди, — сказала она своей дочери Марии. — Эта Клиффорд, по-моему, совершенно не справляется с возложенными на нее обязанностями.
— В этом нет сомнений, мама, — ответила Мария. — Леди Клиффорд ненавидит Виндзор. Она все время жалуется, что здесь холодно. Якобы с каждым приездом сюда ее ревматизм разгуливается все больше.
— Я уверена, — сурово произнесла королева, — что Шарлотта из-за нее так не любит Виндзор. Именно леди Клиффорд внушила ей неприязнь. Это очень некрасиво.
— Вы правы, мама. Я даже слышала, будто бы леди Клиффорд слишком попустительствует Шарлотте, позволяет ей разные нежелательные вольности.
— За девочкой, у которой такая мать, нужно следить особенно бдительно. О каких нежелательных вольностях ты говоришь?
— М-м... не знаю, стоит ли вам рассказывать, но... Шарлотта любит пофлиртовать.