По тону Энди можно было подумать, что он пытается решить невероятно сложную головоломку.
— Мне всегда больше всего нравился именно тот момент, когда стоишь на самом верху и перед тобой открыты все возможности, когда ничего еще не случилось.
Энди снова надолго замолчал, потом осторожно спросил:
— Но, если ты понимаешь, что тебе больше не совершать головокружительных спусков по самому крутому склону, значит, ты в какой-то степени смирился со своими физическими ограничениями?
Джош хмуро кивнул.
— А если ты осознаешь, что должен соблюдать осторожность, какого черта ты отослал свою рыжеволосую красотку обратно в Калифорнию?
— Откуда ты знаешь, что я ее отослал?
Джош догадывался, кто просветил Энди. Люси, больше некому.
— Неважно, сорока на хвосте принесла. Но ты ушел от ответа. Если ты согласен изменить образ жизни, то почему бы не попытаться построить серьезные отношения с Тори?
Джош уже не раз задавал себе тот же вопрос.
— А вдруг ничего не выйдет? Вдруг я все испорчу и разочарую Тори? Ты меня знаешь, я никогда не был образцом добродетели, но на этот раз я могу не просто ее подвести, а разбить ей сердце.
— Не могу поверить!
Джош опешил.
— Во что? В то, что Тори меня любит? Неужели это так неправдоподобно?
— Что Джош Грант струсил, боится принять вызов.
На этот раз молчание длилось еще дольше, в тишине был слышен только свист ветра. Затянувшееся молчание первым нарушил Джош.
— Я в кои-то веки решил поступить не как эгоист, подумать в первую очередь не о своем благе, а о благе другого человека. А ты обвиняешь меня в трусости. Я всего лишь проявил порядочность.
— Порядочность, говоришь? Что ж, утешай себя этой мыслью, если это помогает. Но я думаю, что ты настолько боялся не выдержать испытание, что сбежал еще до его начала. Впрочем, — добавил Энди, пожимая плечами, я могу и ошибаться. Но мне пора, хочу успеть выпить кофе до прогулки с Люси.
Энди повернулся и зашагал к отелю, оставив Джоша в одиночестве — и в растерянности. Двигаясь, как во сне, Джош сел в кресло подъемника и начал подниматься в гору. Раньше он любил смотреть на проплывающие внизу заснеженные кусты и деревья, но сейчас он ничего не видел вокруг. Джош мысленно продолжал спор с Энди. Друг был не прав, он поступил, как порядочный человек, и отпустил Тори. Разве не так? Он вовсе не сбежал, испугавшись трудностей. А если бы он, как эгоист, пошел на поводу у своих желаний, женился бы на Тори, а потом снова поддался бы тяге к приключениям? Что было бы с Тори? Как бы он сам потом себя чувствовал?
Джош спрыгнул с подъемника. Здесь, на вершине, ветер был еще сильнее. Над головой бесконечным куполом синело небо, внизу Джош мог видеть все на несколько миль вокруг. Джошу, как бывало всегда, казалось, что он стоит на крыше мира и перед ним открывается безбрежный океан возможностей. Джош втянул в себя разреженный горный воздух и испытал странное умиротворение. Он вдруг понял, что может стоять на вершине, не тоскуя по потерянной возможности помчаться вниз, обгоняя ветер. Он поднялся сюда затем, чтобы сразиться с самым страшным из своих демонов, — и победил. Джош даже нарочно попытался представить восторг, который испытывал, летя вниз, но вместо этого вспомнил совсем другие, но не менее острые ощущения, которые дарила ему Тори.
Он вдруг отчетливо понял, что если женится на Тори, то никогда больше не превратится в бессердечного искателя приключений и ловца острых ощущений. За восемь лет он изменился, он стал сильнее. Теперь бы еще убедить в этом некую бизнес-леди с рыжими кудрями и зелеными глазами, в которых хочется утонуть... Только бы не опоздать.
— Я опоздаю на самолет.
Тори в третий раз за последние десять минут посмотрела на часы. Стоя у прилавка спортивного магазина при отеле «Сноу-палас», она дожидалась, когда Люси купит вязаную шапочку. Та перемеряла их уже с дюжину, но все не могла выбрать подходящую. Люси метнула на подругу негодующий взгляд.
— Ты что же, хочешь, чтобы я носила на голове что попало?
— Ты могла бы купить шапочку после моего отъезда. Не думаю, что мои советы тебе так уж необходимы. — Тори решительно направилась к выходу, бросив через плечо: — Мне пора. Ты как хочешь, а я уезжаю.
Люси недовольно заворчала, но собрала с прилавка остальные покупки и нехотя последовала за подругой.
— Не знаю, почему ты так торопишься уехать от человека, которого лю...
Тори круто развернулась и помахала пальцем перед носом Люси.
— Не произноси это слово.
— Но...
— Если о чувствах не говорить, можно делать вид, что они не существуют. А для меня это единственный способ сохранить рассудок.
— Но если бы ты еще немного задержалась, ты могла бы встретиться с Джошем и...
— Вот уж чего я совсем не хочу, так это встречаться с Джошем! — прошипела Тори.
Она едва сдерживалась. Не хватало еще рассыпаться на части прямо здесь! Лучше потерпеть до тех пор, когда она окажется в машине.
— Мне жаль это слышать, — произнес за ее спиной обольстительный баритон. — Потому что мне как раз нужно с тобой увидеться.
Джош! Тори невольно ахнула и услышала, как Люси довольно хмыкнула, словно появление Джоша решало все проблемы. Люси, шурша пакетами с покупками, торопливо ретировалась, оставив Тори и Джоша наедине.
— Я... я не могу сейчас с тобой разговаривать, — пробормотала Тори.
— Подожди.
Джош положил руку ей на плечо, но Тори стряхнула ее. В ее теперешнем состоянии, на грани срыва, даже простое прикосновение Джоша таило в себе опасность.
— Тори, прошу тебя. Пожалуйста.
Тори повернулась к Джошу и скрестила руки на груди. Она устремила на него скептический взгляд, который обычно приберегала для трудных деловых переговоров.
— Что ты можешь мне сказать, кроме того, что уже втолковал вчера вечером?
— Не очень много, но кое-что могу — если ты присядешь на минутку и выслушаешь.
Тори ни за что на свете не собиралась присаживаться в радиусе десяти футов от этого ходячего образчика мужской сексуальности.
— Нет, спасибо, я тороплюсь на самолет. Напиши мне или позвони, когда я доберусь до дома.
Тори зашагала через вестибюль с высоко поднятой головой, за ней, в паре шагов позади, прихрамывая, шел Джош.
— Я должен сказать тебе нечто важное.
— Это касается «Грант Спортс»? — спросила Тори, не оглядываясь.
— Нет, но...
— Тогда я не буду слушать. — Тори задержалась у стойки портье, чтобы попросить отнести ее багаж в машину. — Вчера ты изложил свою точку зрения очень ясно.
Тори вышла на улицу и сощурилась от яркого солнца. Джош, судя по всему, не спешил признать себя побежденным.
— Неужели тебе совсем не интересно, что я хочу сказать?
Тори остановилась.
— Нисколько. Потому что, даже если ты передумал насчет нас или если решил дать нашим отношениям еще один шанс, я теперь сама скажу «нет».
Джош нахмурился.
— Но почему?
— Потому что я поняла, как тебе будет тяжело, если придется постоянно лишать себя того, что ты больше всего любишь. Я не приму такую жертву с твоей стороны.
Тори говорила искренне. Она знала, что, если Джош лишит себя главной радости жизни, ни один из них не будет счастлив. Вчера вечером он поступил правильно, развеяв любые возможные мифы об их общем будущем.
— Я не буду лишать себя того, что люблю. — Странно, но Джош выглядел очень уверенным в себе и очень... сексуальным. — Меня больше не тянет к прежней жизни.
На миг в Тори вспыхнула искорка надежды, но ее тут же погасили сомнения. Как же Тори хотелось ему верить! С каким удовольствием она бросилась бы в объятия Джоша и согласилась навсегда остаться в Вейле! Но, поступив так, она убила бы свободолюбивый дух Джоша, одну из неотъемлемых составляющих его неповторимой личности. Она покачала головой.
— Джош, еще вчера тебя к ней тянуло. Человек не может измениться за одну ночь.
— Говорю же, я изменился! — Темные глаза Джоша вспыхнули яростным огнем. — И это произошло не за одну ночь, а за несколько секунд здравого размышления.