Глядя на искренний хохот Гарри, Гермиона тоже рассмеялась. Добби, растянувшись в счастливой улыбке и умильно сложив лапки, наблюдал за своими хозяевами под покровом полумрака.
Когда Гарри утром увидел Рона, то сразу насторожился: Рон был очень зол. За что? — Гари прислушался. Упс! Ну этот Добби — не эльф, а наказание какое-то! Ещё не хватало из-за него ссориться с лучшим другом! Гарри посмотрел на Рона осторожно, а на Гермиону — вопросительно. Гермиона, покачав головой, вздохнула. Рон решил поругаться с Гарри после матча с Гаффелпафом. Трибуны на квидддичном поле были полны. Гаффелпаффцы и гриффиндорцы запаслись плакатами. Слизерин неожиданно развернул два плаката: ПОБЕДУ — ГАФФЕЛПАФУ! И ГРИФФИНДОР — САПОЖНИКИ! — Очень остроумно! Могли бы придумать чего-нибудь поновее! — язвительно хмыкнула Гермиона. — Удачи тебе, Гарри! — девушка приподнялась на носках и поцеловала его, заботливо поправив форму на плечах. Рон презрительно цокнул языком и отвернулся. Джинни с легкой завистью улыбнулась им.
— Ну что, все нацеловались? Идем, что ли, играть! — Рон кивком указал на выход из раздевалки, и команда пошла за ним.
По свистку мадам Хуч матч начался. Гарри стремительно взлетел вверх на своей «Молнии» и мгновенно забыл о назревающей ссоре с Роном. Полет на метле доставлял ему огромное удовольствие. Рон успел удачно отбить несколько мячей, прежде чем Гарри заметил снитч. Маленький блестящий мячик кружил у самой земли. Гарри камнем метнулся вниз. Через долю секунды успел подумать, что снитч, наверное, находится слишком низко, чтобы поймать его из пике, но потом с удивлением обнаружил, что мяч схватить возможно, если сделать это чуть быстрее и ловчее обычного. К ещё большему своему изумлению Гарри обнаружил, что у него есть не только знание того, как это сделать, но и время! Его пальцы крепко схватили снитч, а мгновением позже Гарри уже несся вверх. Трибуны радостно и разочарованно кричали, но теперь все силы Гарри тратил на удержание блока. Мощная волна эмоций школьников едва не снесла его с «Молнии». Гарри поспешил опуститься на траву стадиона. Но едва он слез с метлы, как почувствовал себя в крепких объятиях Джинни и других членов команды, которые что-то радостно вопили.
— Гарри! 150: 0! В нашу пользу! — Джинни ликующе взвизгнула.
— Молодец, Гарри! Мы должны стать чемпионами! — к нему подлетел Рон и крепко пожал руку.
Гарри с облегчением почувствовал, что Рон на него больше не сердится. Остальные гриффиндорские квиддичисты продолжали хлопать Гарри по плечу. Слизерин разочарованно свистел. Гаффелпаффцы со вздохами расходились, а вокруг Гарри и Рона собралась стайка девушек из Гриффиндора и Рейвенклов.
— Ой, Гарри, ты — лучший ловец! Ни у кого нет шансов! — томно стреляя по нему глазками, пищали гриффиндорки.
Гарри обнял подбежавшую к нему Гермиону. Несколько девушек начали кривиться, но большинство проигнорировали девушку. К Рону подошла Парвати.
— Я в тебе не сомневалась! — снисходительно заметила она. Рон довольно обнял её и, приподняв над землей, покрутил вокруг себя.
— 150: 0 в нашу пользу, прикинь! — загоготал он.
— Можно подумать! — раздалось презрительное фырканье.
— Что, Малфой, ты расстроился? — насмешливо повернулся к нему Рон.
— Нет, просто я считаю эту победу нечестной, в вашей команде — 2 «Молнии».
— Так скажи своему папе, чтобы он купил всем членам слизеринской команды по «Молнии», у вас ведь денег много. Или все потратили на издательство «Волшебного голоса правды»? — возле Малфоя неожиданно появилась Луна, держа под мышкой свернутый плакат.
Гермиона радостно и удивленно посмотрела на девушку. Гарри тоже изумленно расширил глаза.
— О, кого я вижу? Полоумная Луна Лавгуд! — Малфой вытаращился, сделав безумный взгляд.
— А она все правильно говорит! Что ж ты не раскошелил своего папика!? — отозвался Рон. — Полный беспредел, до сих пор летаете на своих допотопных Нимбусах — 2001!
Луна затуманено улыбнулась.
— Тебе не помешало бы пройти курс шоковой терапии в клинике Святого Мунго! — грубо ответил Малфой, с презрением глядя на девушку.
— Возможно, — устало ответила она, — как раз твой папа пожертвовал кучу денег. Очевидно, готовит палаты для неугодных?
— Ты что несешь, идиотка? — отпрянул от неё Драко.
— Чистокровный аристократ! — усмехнулась Гермиона. — Оскорбляешь девушку, причем даже не грязнокровку.
— Ничего, на таких, как Малфой, не обижаются, — устало заметила Луна и повернулась к Рону. — Поздравляю с победой, я болела за твою команду.
— Э-э, спасибо, — промямлил Рон.
— Поздравляю, Гарри, — Луна повернулась к Гарри. — Ты — самый лучший ловец!
Гарри, счастливо улыбнувшись, обнял девушку. Он был благодарен ей не только за эти слова. Так обломать Малфоя! Даже Гермиона удивилась.
— Рон, может, и ты её обнимешь? — тихонько подтолкнула его в бок Гермиона.
— Сама её обнимай, а лучше смотри, как бы она твоего Гарри не увела, — шепотом огрызнулся Рон и стал искать глазами Парвати, но та уже весело хихикала с Лавандой Браун.
— Эй, — Гарри и Гермиона услышали чей-то пронзительный голос.
Возле них стояла маленькая толстая девушка лет 15, завернутая в гафелпаффский шарф. Она была так похожа на свинью, что Гарри даже вздрогнул — курносый нос был просто вылитый пятачок, маленькие круглые глазки и тонкие, почти незаметные губы только усиливали сходство со свиным рыльцем.
— Это Люси Луш, — тихо предупредила Гермиона.
— Ужас, — искренне выдохнул Гарри.
— Чего тебе? — хмуро спросил Рон у Люси.
— Вы победу праздновать собираетесь? — спросила она, и Гарри едва удержался, чтобы не засмеяться. Голос толстой гаффелпаффки был потрясающе похож на поросячий визг.
— Ну, собираемся, — осторожно ответил Рон.
— Так огневиски покупайте! — провизжала Люси. — Недорого продам. Галеон за бутылку!
— Ты чего, обалдела, что ли? Это ж втрое дороже, чем в Хогсмиде! — воскликнул Рон.
— Не хотите — не берите, дураки! — проверещала Люси и, недовольно распихав всех, ушла.
— Я в шоке, — произнес Гарри.
— Ты ещё не знаешь, сколько у неё презервативы стоят, а про Напиток грез я вообще молчу, — заметила Луна.
— Но все равно ведь берут, вот что самое удивительное, — воскликнула Гермиона.
Глава 24. Удар
Вечером гриффиндорцы праздновали победу. Пока Рон отвлекал Гермиону, Гарри сбегал по тайному ходу в Хогсмид за огневиски, но купленных бутылок оказалось мало, поэтому в разгар вечеринки шестикурсники обратились за помощью к Люси.
— Староста называется, — тихо отчитывала Гермиона Рона, который переливал огневиски в бутылку из-под сливочного пива. — Разве можно пить огневиски да ещё в таком количестве?
— А знаешь, кто нам это принес? — хихикнул Рон. — Твой Гарри. Вот его и пили!
Гермиона метнула строгий взгляд в сторону Гарри. Но он, удобно устроившись на диване, дремал под восторженные возгласы загонщиков, подробно пересказывающих матч младшекурсникам.
— Того, что принес Гарри, достаточно! Зачем ты позволил шестикурсникам выручать эту гафелпаффскую спекулянтку? — продолжила ругаться Гермиона.
— Потому что у Гарри не десять рук, поэтому он принес мало бутылок, ясно? А в Хогсмид никому бежать неохота, вот и выручили эту свинью! — Рон пьяно икнул, и Гермиона посмотрела на него с негодованием.
— Иди ругай своего Гарри, я — не твой парень, и ты уже не староста, а вот я староста, сейчас возьму и сниму с тебя баллы! — Рон расхохотался от собственной остроты.
Гермиона возмущенно вскочила.
— Идем, Гарри! — девушка подошла к удобно устраивающемуся на диванной подушке Гарри.
— Идем, — послушно кивнул он. От выпитого огневиски Гарри клонило в сон. Да и блок удерживался из последних сил.
Гарри неуклюже поднялся с дивана и, опираясь на плечо Гермионы, поплелся к выходу из гостиной.
— Эй, вы куда? — спросил Рон и зашелся в новом приступе смеха.