Ноздри шантарха затрепетали и до Бера донесся образ, в котором Малыш притащил Сашке большущий кусок свежего мяса.
— Обещаешь в следующий раз меня угостить? Ловлю на слове, — Александр рассмеялся и протянул Малышу подарок. Шантарх немедленно взял из рук хозяина угощение и моментально проглотил. — Ты меня прости. Пойду я к себе. Спать хочу, умираю просто. Увидимся завтра.
Бер погладил напоследок шантарха и вышел из загона. Позади раздался расстроенный рык Малыша.
Александр ополоснулся в душе и поднялся к себе, скинул пропыленную одежду и завалился спать.
Ночью его разбудило эхо близкого взрыва. Бер вскочил, спросонья попытался найти оружие в темноте. Схватил автомат. Бабахнуло снова. На этот раз гораздо ближе. Гулкий звук прокатился по улице, такое ощущение будто великаны кучу валунов уронили. Сашка, как был в трусах и с грозой в руке, подскочил к окну. Небо озарила яркая вспышка. Вдалеке сверкнула огромная, ветвистая молния.
— Началось, — прошептал Бер.
Порыв ветра взъерошил волосы Александра. Бер закрыл, обычно всегда открытое, окно. В комнате сразу стало гораздо тише. Саша быстро оделся, вышел в коридор и бегом спустился вниз. Судя по царившему оживлению гром и молнии перебудили многих, если не всех жителей.
Люди выходили на улицу, задирали головы вверх, наблюдая за буйством стихии в вышине. Небо, непосредственно над базой, пока не было закрыто тучами. Но это пока. Сашка тоже смотрел туда же куда и все. Грозовой фронт быстро приближался.
— Знаешь, я даже рад этому.
Бер повернул голову в сторону говорившего.
— Боюсь, пап, скоро мы проклянем дождь, — ответил Саша подошедшему отцу и кивнул в сторону очередной сверкнувшей молнии на горизонте.
— У природы нет плохой погоды, — философски заметил Сергей Борисович, цитируя строку из песни.
— Дождь ли, снег — любое время года надо благодарно принимать, — пропел Александр, — Посмотрим.
Новый порыв ветра подогнал тучи ближе. Пахнуло свежестью. Несмотря на тягостное чувство Сашка блаженно растянул губы в улыбке.
Все-таки так приятно, когда жара отступила и более прохладный воздух обдувает тебя, наполняет легкие не удушливым зноем, а свежестью, даря ощущение будто ты заново родился.
С каждой минутой народ все прибывал и прибывал. И вскоре стало казаться, что во дворе не останется места. Бер вертел головой и удивлялся. Неужели в клане уже столько людей? Нет, он, конечно, знал точное количество, однако видеть почти всех одновременно ему не доводилось. Большинство постоянно заняты каким-либо трудом, поэтому на глаза главе клана, такими толпами не попадались. Но не сегодня ночью.
Темная субстанция спрятала последние звезды. Бабахнуло прямо над головой, заставляя особо впечатлительных вжать голову в плечи. И тут же ветер принес первые капли. Они падали всё чаще и чаще. Сначала на плечи, волосы, в подставленные ладони. Бер всмотрелся в ночь. Несмотря на тьму всё равно было видно как более темная, чем ночь стена приближается. Ближе и ближе.
— Вот сейчас точно начнется, — проговорил Бер.
Очередной резкий порыв ветра и дождь хлынул с небес целым потоком. В толпе кто-то радостно воскликнул.
— Дождь!!! — и заливисто засмеялся.
Многие развели руки в стороны, подставляли косым струям воды лицо и радостно улыбались, смеялись. Александр не удержался и тоже поддался всеобщему настроению. Некоторые начали приплясывать по зарождающимся лужам. Особенно старалась детвора. Оно и понятно, какой ребенок упустит такую возможность?
Очарование момента испортила молния. Электрическая дуга ударила в самую высокую точку — трубу котельной. Громкий хлопок сопровождал выброс энергии бушующей природы. Люди моментально застыли, часто моргая после яркой вспышки.
Бер ринулся к зданию котельной, увидев по пути Сергея Махно, скомандовал:
— За мной.
Махно последовал рядом. За спешащим главой клана пристраивались люди и к зданию Бер добежал в сопровождении двух десятков мужчин, в основном бойцов клана. Около самой котельной уже находились люди — холостяки проживающие в переоборудованных под жилье помещениях. Когда ударила молния они все находились или неподалеку, или внутри.
— Кто сегодня дежурит на верхотуре? — задал вопрос Александр.
— Михаил, — ответил находящийся здесь же Коновалов.
— Из третьей группы, — добавил вынырнувший откуда-то Сапрыкин. Он, как исполняющий обязанности инструктора, знал всех бойцов очень хорошо.
Бер напряг память и вспомнил молодого парня, лет двадцати, пришедшего в клан чуть больше месяца назад вместе со своей младшей сестрой.
— Свяжитесь с ним, — попросил Бер. Свою рацию он, непростительно, оставил в комнате.
Коновалов достал радиостанцию, но в ответ на его вызов из динамика раздалось шипение помех.
Александр уже было дернулся подниматься по лестнице, но Коновалов остановил его, положив руку на плечо.
— Без тебя есть кому подняться. — Он отдал приказ и двое крепких бойцов ринулись на самый верх.
Повисло тягостное ожидание. Сплошная пелена дождя, из-за которой ничего не было видно, лишь усиливала общее состояние нервозности. Наконец молния высветила силуэты спускающихся.
— Что-то долго они, — раздался чей-то взволнованный голос.
Прошло добрых пять минут, прежде чем пара бойцов оказалась на земле. На плече самого крепкого висел дежуривший сегодня на трубе Михаил.
— Живой еще, — предупреждая вопросы сказал боец и передал тело подоспевшим клановцам, а сам отошел в сторону тяжело дыша.
— Быстро под крышу его, — скомандовал Бер.
Михаила, в бессознательном состоянии, внесли в помещение котельной.
— Мне нужно больше света, — попросил Александр.
— Сейчас, — пообещали ему.
— Положите его.
— На пол?
— Куда-нибудь.
Раненого положили у ног главы клана. Бер опустился на колени перед Михаилом и с ужасом посмотрел на обожженного молнией парня. Некоторые части тела, в основном грудь и руки обуглились. Наверное он держался за ограждение, когда ударила разряд. Оставалось только удивляться, как пострадавший вообще до сих пор жив.
Александр осторожно положил руку на раненого, закрыл глаза и попытался определить его общее состояние. Настроившись на соответствующий лад начал осмотр. То что он увидел, заставило его действовать немедленно. Прямо на глазах энергетическая структура Михаила разрушалась. Каналы переставали снабжать энергией органы и отключались один за одним. И это основные, второстепенные вообще представляли собой сгустки чего-то непонятного. Настолько они разрушились. Повреждений было столько, что Бер на мгновение растерялся и… приступил к работе. Он начал вливать через себя в тело бойца так необходимую жизненную силу, но она большей частью уходила через полученные разрывы в никуда. Тогда Бер попытался одновременно с перекачкой энергии восстанавливать эти повреждения, но этого оказалось недостаточно. В тканях органов уже начался некроз и усилий Александра было явно недостаточно, чтобы помочь организму справиться с такой бедой. Сердце, работающее в режиме аритмии усугубляло ситуацию. Сашка удвоил усилия. Но тщетно. Парень пару раз с силой вздохнул, раскрыв широко рот и его сердце не выдержало и остановилось.
Бер поднялся с колен. Его начинало колотить. Сказывалась слишком большая отдача собственных жизненных сил.
Сквозь столпившихся людей, помогая себе локтями в первый ряд пробилась симпатичная, темноволосая девушка лет пятнадцати. Увидев лежащего она вскрикнула:
— Мишка! — зажала рот руками и медленным шагом стала приближаться к трупу.
— Уведите девочку, — попросил Бер и не дожидаясь как исполнят его просьбу он развернулся и пошел к себе, стараясь ни на кого не смотреть.
Ему пытались что-то говорить, но он никого не слышал. Не обращая на людей внимания поднялся в комнату и без сил рухнул в кресло. Сашка обхватил голову руками, мышцы лица будто закаменели в гримасе. И лишь вода стекала с волос каплями по лбу, перебираясь на щёки, оставляя мокрые дорожки. В этот момент Бер сам себе не смог бы ответить, слезы это или последствия дождя.