До разрушенных домов метров сто относительно просматриваемого пространства. Что касается котельной, то, во-первых, там полно оборудования, которое в теории можно запустить и получить тепло, одно но, мощности через-чур огромные под нужды небольшой общины, и объём работ огромный, неизвестно в каком состоянии подземные магистрали. На худой конец внутри просто куча металла, которое в будущем может пригодиться в качестве сырья.
Во-вторых, дополнительный рубеж обороны. Стены лишь тяжелой артиллерии под силу разрушить. Плюс тридцати метровая труба, в качестве наблюдательного пункта и позиции снайпера.
Добра скопили столько, что пришлось одиннадцать раз колону гонять. Последнюю ходку закончили глубокой ночью. Быстро разгрузились, забаррикадировались и повалились спать.
Дни пролетали один за другим в трудах праведных. Все, точно стахановцы пахали на благо клана. Оборудовали гнездо наблюдателя в самой трубе. Пришлось некоторым заняться промышленным альпинизмом. Закрепили внутри стальные балки, положили настил, так чтобы человека видно было по пояс. Поставили крышу от непогоды. Получилась гигантская вышка для часового.
Заложили кирпичами оконные проёмы первого этажа и отчасти второго. Перегородили внутреннее пространство корпуса детского учреждения металлическим забором и установили толстые железные ворота. Найти и доставить чудовищно тяжёлые створки к новому дому стоило неимоверных усилий. Без матов даже вспоминать никому не захочется. Уделяли много времени тренировкам и стрельбам. Неопытными молодыми людьми по очереди занимался Бер и Слава. В стрельбе на зависть студентам лучшей оказалась Сашина сестра. Девушка регулярно напоминала парням об успехах, задалась целью достать тех окончательно. Александр хотел поставить ей на вид, но Вячеслав попросил не делать этого.
— Пусть злятся, обогнать «какую-то девчонку» — лучшего стимула трудно придумать.
В рассуждении Вячеслава Саша не нашёл изъяна и согласился.
Десять суток спустя, выдался вынужденный выходной. Ничто не предвещало неприятностей.
Первой панику подняла Ксения. Сегодня она была дежурной по трубе, так окрестили четырёх часовые вахты на самой высокой точке котельной. Она прокричала в рацию, что приближается стая огромных псов. Сначала ей никто не поверил, тем не менее, закрыли ворота и гурьбой поднялись на крышу, глянуть чего она там страшного узрела.
Стая огибала холм из плит бывшей девятиэтажки, и приблизилась на столько, что стало возможным рассмотреть особи псов без бинокля.
— Милые пёсики, — Николай автоматически подготовил британскую винтовку к стрельбе. Остальные очнулись от гипнотического воздействия не виданной раньше картины, и по крыше пронеслась череда щелчков передёргиваемых затворов. Животные оказались вовсе не собаками. Правда, издали, вполне можно перепутать с громадными друзьями человеков. Особенно когда наблюдаешь таких впервые.
Морда действительно слегка смахивает на собачью, стиль движений похож. На этом внешнее сходство заканчивалось. Вокруг шеи грива, словно у земного льва. Только темного синего цвета, кажется, будто соткана переплетением тонких перьев, а не шерсти. Лохматая полоса проходила вдоль позвоночника к тонкому и очень длинному хвосту и образовывала на кончике кисточку. Тёмно серая кожа сегментная и гладкая как у рептилий, отчего появлялось внутреннее ощущение чего-то холодного и противного. Глазки маленькие и круглые. Крысиные.
Свора, примерно из пятнадцати существ, подбежала к огороженной сеткой рабицей территории базы и как будто по команде встали на задние лапы, враз превысив рост среднего человека. Животные, ловко пользуясь четырёх палыми лапами, в момент преодолели препятствие и, не снижая скорости, неожиданно оказались под стенами. Люди перегнулись через парапет и увидели как, по всей видимости, вожак, стоя на задних лапах, вбирает подвижным носом незнакомые запахи.
— Нюхает падла, — послышалось еле слышно. Бер не понял, кто сказал. Его, как и всех занимало зрелище внизу. Вдруг вожак раскрыл пасть, да так что вокруг послышались маты. Морда раскрылась на четыре части, внутри белели сотни мелких загнутых клыков. Такими зубами легко удерживать и рвать плоть добычи. В уши ударила шипящая звуковая волна, щедро сдобренная громкими щелчками. Другие твари пораскрывали рты и заорали вслед за вожаком. Какофония трудно воспринимаемых звуков порождала волны мурашек на спине.
Вожак подобрался и пружиной взвился в воздух, пальцами уцепился за подоконник окна на втором этаже. Мигом подтянулся, каким то не понятным образом закрепился и ударил левой лапой по стеклу. Стекло чудом выдержало. Тварь уже собиралась повторить удар, когда слитный залп снёс животное со стены прямо в толпу зверей.
Все не сговариваясь, вели огонь, пока остатки стаи не скрылись из виду. Бер перевел дух и окинул взором детскую площадку. Семь трупов вразброс валялись на земле, не подавая признаков жизни.
— Что это было? — Николай крепко сжимал за цевье автомат, аж костяшки побелели. Он переводил вопросительный взгляд с одного старшего мужчины на другого.
— Надо спуститься и добить этих тварей, — предложил Владимир Иванович.
— Идём, только я и Слава, — очнулся Бер и начал отдавать приказы. — Николай, Лёха и ты папа, ждёте у ворот. Вдруг с другой стороны будут шляться, не дай Бог, с тыла выскочат, пока мы не видим. Ник и дядя Володя страхуют с крыши. — Вячеслав одобрительно кивнул головой. Бер продолжил. — И свяжитесь с Ксенией, не в обмороке ли она там, заодно пусть по сторонам осмотрится и скажет, куда твари сбежали.
Ксения толком ничего не поняла, но страшно перепугалась, когда услышала беспорядочную стрельбу. Она заметила, как твари улепётывают со скоростью гоночного болида, куда-то за город.
— Больше никого не наблюдаю, — доложила она дрожащим голосом.
На лестнице ждали растерянные женщины и перепуганные дети. Маленький Глеб сидел на руках Алёны и хныкал.
— Славик, что там случилось? — Алёна умоляюще смотрела на мужа. — Все целы?
— Целы, целы, — мягко, чтобы успокоить жену ответил он. — Идите в комнаты. Просто стая каких-то местных животных забралась к нам. Мы их пугнули и подстрелили парочку. И всё. Они больше не вернуться. — Вячеслав поцеловал, жену и сыновей. — Никита помоги маме успокоить Глеба. Займи его чем-нибудь.
— Пап, а можно мне с вами?
— Пока нет, потом может быть. — Никита недовольно скривился, и Вячеслав сказал, — Лучше в окно посмотри, оттуда хорошо видно. Я тебе «трофей» потом покажу.
Саша ободряюще улыбнулся маме, когда проходил мимо. Сергей Борисович коротко сказал:
— Валя не волнуйся, иди. Нам некогда.
— Ксения в порядке? — не отступала Валентина Николаевна, что поделаешь мать, есть мать. Будет тревожиться всегда.
— Дочка сидит на верхотуре. За кого не надо волноваться так это за неё. Всё, всё идите, — выпроводил с лестницы слабую половину клана Сергей Борисович.
Майор с Александром, более опытные в плане военной подготовки люди, осторожно продвигались от твари к твари. Попеременно выпускали в труп очередь из трёх патронов, кто знает, какой метаболизм и строение у местной фауны. Может одной пули окажется мало. На добивание потратили не больше пяти минут. Фух, вроде приключение окончено, но напряжение не спешило отпускать.
— Нужно вывезти куда-нибудь подальше, — Бер кивком показал кого именно.
— Курить будешь?
Саша отрицательно качнул головой.
— Военным бы показать. — Вячеслав затянулся и выпустил дым колечками. — Если учёные выжили, то обязательно должны быть там. Заодно попытаемся пару цинков патронов вымутить.
— Покажем, — согласился Саша, — только как-то не улыбается мне к ним прикасаться. Вон сколько бурой крови натекло из ран. Противно и заразиться не хочется. Иммунитета к неземным болезням у нас нет.
— Ты прав, но выбора нет. Этот мир наш новый дом и необходимо приспосабливаться. Будем надеяться на лучшее, и готовиться к худшему. — Вячеслав затушил подошвой окурок. — Давай добровольцев зови, оттащим падаль подальше и сожжем. Распорядись, пусть перчатки резиновые найдут и респираторы. Воняет от этих. Я пока здесь побуду.