– Все это странно, так как совсем не вяжется ни с его последующим поведением, ни с тем, что ему приписывают много серьезных улучшений в кузнечном и военном ремесле. Как вы оцениваете события под Эдессой?
– Пользуясь нашей агентурой, мы узнали подробности той битвы. Честно говоря, я в глубоком шоке от того, что там произошло. Это даже не авантюра, а какое-то сумасшествие, которое, как ни странно, удалось. Помните, сразу после событий поступала очень противоречивая информация о точной численности его отряда в момент нападения на войска Сулейманшаха II.
– Да. Вы узнали точное количество?
– Именно. Ал-Малик аз-Захир Гийас – правитель Алеппо свидетельствует, что после совета он располагал семью десятками бойцов, из которых только двадцать пять были воинами, остальные вооруженные слуги.
– Это же бред!
– Да, именно так подумали все на том совете, когда Эрик решил атаковать. Они потом еще посидели и решили посмотреть что он будет делать, так как, поразмыслив, пришли к мнению, что он таким жестом хочет манипулировать ими и подчинять своей воле.
– Зачем они вообще с ним связались? Он же там бойню устроил среди мирного населения.
– Именно поэтому и связались. Первоначально у эмира Мосула был план воспользоваться князем для отражения атаки султана, а после его убить, так как очень много убытков и горя он принес этим местам.
– И что изменило его планы?
– Битва при Эдессе. Когда он узнал, что этот сумасшедший не только победил, но и не понес потерь, то обомлел. Да, собственно, они все ушли в глубокий ступор, так как наводили о нем справки, кто он и чем раньше занимался, чтобы попробовать надавить. А тут совершенная неожиданность.
– Не уходи в сторону. Итак, они все обалдели. Что дальше?
– В общем – решили с таким товарищем не ссориться, ибо таких потрясающих случайностей не бывает, а на совете предложить заплатить выкуп за погибших благородных. Но духу ни у кого сказать этого не хватило прямо, лишь намекнули. В общем, побеседовали. Получили они значительно больше, чем могли предполагать – удачный торговый коридор, который серьезно упрощал дела на южной ветке Великого Шелкового пути. А предвкушение золота избавило этих расчетливых и меркантильных людей от претензий к Эрику. Мало этого, правитель Эдессы пригласил его погостить и, по словам аз-Захира, отзывался о нем, как о самом образованном человеке, которого он встречал в своей жизни.
– Вот вы к чему.
– Именно. Но справки, которые я собрал, говорят о том, что он нигде не учился, кроме как у алкоголика-капеллана, который кроме Евангелия на невнятной латыни ничего ему не мог дать.
– Чудеса… А что там с Боспором? Вы говорили, он построил массу разных сооружений и с помощью них производит железо превосходного качества?
– Да, вот, – он достал из сумки нож и протянул его Иннокентию, – этот прибор он подарил мне в знак расположения. Говорят, что на рынке он будет стоить около ста денариев. – Папа взял в руки небольшой, аккуратно сделанный нож, внимательно осмотрел его, попробовал пальцем остроту и упругость лезвия и положил на стол, а сам, наконец, расположился в небольшом деревянном кресле.
– Действительно, поразительное качество железа. Когда князь строил эти свои сооружения, он, я полагаю, пользовался какими-то чертежами. Вы смогли их достать?
– Нет, и вряд ли смогу.
– Почему?
– Потому что их нет. Он практически все делал, основываясь на каких-то своих умозаключениях.
– Что, совсем никаких странных текстов?
– Отчего же, некоторые вещи совершенно неясного содержания мы смогли достать. Вот, – он достал из сумки небольшой сверток помятой бумаги. – Эти листы мы смогли получить, подкупив одного из слуг в резиденции. Эрик вызвал его прибраться в комнате, а парень смог вытащить из корзинки, что стояло возле камина, несколько смятых листов.
– Это бумага? Он тратит целое состояние, чтобы писать на бумаге из Китая? Я думал что это он мне оказывает честь и уважение подобными письмами.
– Верно, это бумага. Только она изготовлена в мастерской Боспора, а не в далекой восточной стране.
– О! Вы сможете в таком случае организовать закупки для моего двора по сходной цене?
– Я думаю, это исключено, так как она идет только для внутреннего пользования. Максимум, что могу обещать – подарок в некоторое количество листов.
– Наши люди пробовали прочесть эти тексты?
– Да. Безрезультатно. Язык им неизвестен. Единственное, к чему они пришли, так это к тому, что вот эти группы маленьких геометрических фигур используются для записи чисел, а весь текст представлял собой какие-то расчеты. Он был украден еще летом прошлого года, во время разработки его странного во всех отношениях арбалета.
– Вы предполагаете, что он имеет какое-то отношение к его устройству? И почему вы так долго тянули? Прошло же больше полугода.
– Какой смысл в нерасшифрованном тексте? Наши люди все это время пытались его разобрать.
– Ну что он за человек?! С виду обычный мясник, а копнешь глубже, то вопросов оказывается намного больше, чем ответов. Кстати, а вы не в курсе, какие о нем ходят слухи? Может народная молва что-то интересное нам поведает?
– Слухи ходят самые разнообразные, и классифицируются от бреда до полного бреда.
– В самом деле? Любопытно. Поведайте мне самые бредовые.
– Таков всего один слушок. Поговаривают, что Эрик – это земное воплощение древнего греческого бога войны – Ареса, он же Марс у римлян. Дескать он вселился в парня, когда того прибили убийцы, и с тех пор это не маленький мальчик, а древний бог.
– Действительно, бред. Человек он, конечно, поразительный, но всего лишь человек. А откуда пошла эта байка?
– Вы будете удивлены – от ордена тамплиеров.
– …
– Да, я тоже чуть не потерял дар речи, когда услышал это от Великого магистра.
– И что, он уверен в этом?
– Нет, конечно, нет. Это всего лишь предположение. Однако по моему мнению де Плессье очень этого желает.
– Почему? Какая ему выгода?
– Ну как же – древний бог, некогда выступивший как конкурент истинному Богу, теперь принял католичество и совершает великие богоугодные дела. Сердца многих людей заденет подобная новость. Да и теологически будет очень выгодно. Главное, не давать никаких официальных комментариев. Пусть это будут только слухи.
– Да уж. Слухи. Что-то уж больно много об одном живом человеке странных слухов и легенд. У меня устойчивое впечатление, что мы играем с огнем, очень опасным огнем. Но не это страшно, а то, что мы о нем ровным счетом ничего не знаем – лишь разрозненные кусочки противоречивой информации, которая взаимно исключает друг друга. Вот вы говорите, правитель Эдессы отзывается о нем, как об очень образованном человеке. Верно?
– Безусловно.
– Сколько он там убил мирных жителей, пока грабил караваны?
– Тысячи. Но все свидетели были случайными и видели его лишь издалека.
– И как это связать? Один из самых образованных людей самостоятельно занимается такими делами? Вы видели хоть одного ученого монаха, который рвался выпустить кишки иноверцам только за то, что у тех есть чем поживиться?
– Вы считаете меня недостаточно ученым? – Гонорий потупил взгляд и чуть покраснел.
– Но ты… а ведь ты прав. Мы совершенно упустили из вида эту деталь.
– Я ей пренебрег, так как она не может быть верной. Он слишком самостоятелен. Я же служу святой церкви, а он – никому.
– Вы замечательно поработали. Возвращайтесь в Боспор и продолжайте в том же духе. Поработайте с его женой, может быть, она прольет свет на эту ходячую мистификацию.
Гонорий поклонился и тихо удалился, прикрыв за собой дверь, а Иннокентий остался сидеть в кресле и с задумчивым видом крутить в руках ножик из странного железа.
Глава 10 Большая авантюра
Большой белый шатер стоял на холме в прямой видимости от ворот Святого Романа. В нем заседал военный совет крестоносцев.
– Господа, – начал Эрик, – по нашим сведениям Алексей располагает силами пяти тысяч нанятых им болгар. Если бы не прозорливый поступок князя Эрика, то к нашему подходу он владел бы еще большей армией, которую набирал в северной Греции.