лучше я буду безо всяких нагрузок ездить на «Линкольне», чем надрываться, чтобы хромать чуть-чуть меньше... Чуть-чуть -
это не то, ради чего стоит напрягаться, Матвей. Или все, или ничего, - не менее авторитетно сказал Гиви Хромой.
Я стал медленно пятиться назад.
Глава 11
- Лучше не будет, - сказал Матвей Александрович. - Надо, чтобы хуже не стало. Вот ради этого и стоит потрудиться. Я,
конечно, понимаю - заниматься лечебной физкультурой не так приятно, как сидеть в кабаке и гладить девочек по попкам.
Тебе решать - твое здоровье...
- Что ты какой нудный! - Я словно увидел, как Гиви поморщился. - Сделай так, чтобы мне и лечебной, мать ее,
физкультурой было приятно заниматься...
- Приведи с собой девок, я выдам им белые халаты, - усмехнулся Матвей Александрович. - Будешь поправлять здоровье и
гладить попки. Приятное с полезным...
- Гиви Иванович, - вмешался в разговор кто-то третий. - Вас к телефону...
- Автандил?
«Он еще не знает», - подумал я.
- Нет, не Автандил. Это, - говоривший понизил голос. Матвею Александровичу полагалось слышать далеко не все.
- Хорошо, - сказал Гиви Хромой. - Давай трубку. Ты, Матвей, погуляй пока....
- Без вопросов, - деловито согласился Матвей. - Пойду проведаю одного гостя...
Я понял, кого врач имел в виду. Надо было что-то делать, и я скользнул в небольшой темный холл, едва не налетев на
журнальный столик. Здесь, очевидно, было место для посетителей - кожаные кресла, журналы на столике... Я зашел за одно
из кресел и присел на корточки.
Пару секунд спустя мимо прошел, что-то весело напевая, Матвей Александрович. Он двигался в сторону сидоровской
палаты. Добрый доктор хотел проверить, все ли у меня в порядке. Нет ли жалоб на содержание больного. Доктор обнаружит
спящего Сидорова и засохшую грязь под батареей. Вероятно, вызовет уборщицу вытереть пол. И подумает, что посетитель
отправился домой. Если бы...
Я сидел за креслом, скорчившись в три погибели. Это было очень неудобно. Но в моем нынешнем положении был один
существенный плюс.
- Да, здравствуй, дорогой, - лениво произнес Гиви, растягивая фразы. - Как твои дела? Мои - лучше всех! Спасибо,
спасибо... Твоими молитвами...
Я ехидно усмехнулся. Болван ты, Гиви. Твои дела - швах. Ты слишком много болтаешь.
Гиви придерживался совершенно другого мнения. Он неспешно прогуливался туда-сюда по коридору метрах в трех от
меня. Трость едва слышно постукивала о линолеум, чуть громче поскрипывали кожаные туфли Гиви.
- Ну-ну, что ты причитаешь как баба? - снисходительно поинтересовался Гиви. - Какие проблемы? Нет, я ничего не
обещаю... Я просто слушаю тебя, дорогой.
И снова: скрип-скрип. По пустому больничному коридору прогуливался бандит, один из самых главных в Городе. И вел
душевные беседы о своих бандитских делах.
- Я слышал про это, - сказал Гиви. - По телевизору говорили. «Европа-Инвест» и все такое...
Вот тут я насторожился.
- Я не знал, что ты и тут замазан, - чуть удивленно произнес Гиви. - Нет, у меня там интереса не было... Как говорил Шота
Руставели, нельзя объять необъятное. Всех денег не заработаешь. А это я сказал... Угу. - Гиви коротко хохотнул. - Так что ты
хочешь, дорогой? Какого еще человечка тебе отыскать?
Я едва не застонал от досады. Дорого бы дал я в тот момент, чтобы слышать собеседника Гиви!
- А сам ты не в состоянии? - продолжал ломаться Гиви. - Ты же большой человек... Посылал? Значит, плохих людей
посылал. Я, конечно, могу поискать... Как его там? А-а-а...
И потом я вздрогнул как от удара током.
- Запомню, запомню, - успокаивал собеседника Гиви. - Сидоров - это очень простая фамилия. Даже я запоминаю такое с
первого раза. А что ты, собственно, хочешь? Поговорить с ним или что? Ах, вот оно как... - произнес Гиви изменившимся
голосом. - Понимаю... Дело хозяйское. Я так и скажу своим ребятишкам - сразу кончать. Ну да. Само собой. И ты так
злишься, потому что твоему человеку ручонку поломали? Не волнуйся, найду...
Я вспотел. Гиви разговаривал с человеком, который отправил тех двоих ублюдков в масках в гараж к Сидорову. И этот
человек не успокоился. Он хотел, чтобы теперь эту работу сделали более опытные люди Гиви Хромого. У меня появилось
большое желание вырвать у Гиви трубку и проорать в мембрану: «Кто ты такой, сволочь?!»
- Сочтемся, дорогой, - продолжал между тем Гиви. - Ты много чего можешь для меня сделать. Я позвоню тебе, когда
сделаю дело. Привет семье...
Он отключил телефон. В пору было посмеяться над Гиви - он находился менее чем в ста метрах от человека, которого
должен был найти и убить. И менее чем в пяти метрах от человека, которого по приказу Гиви так настойчиво преследовал
Автандил. Бедный Автандил. Гиви многого не знал. Только и мне почему-то не хотелось смеяться.
- Альберт! - приказным тоном произнес Гиви. Конечно же, он был тут не один. Люди его ранга не разъезжают в одиночку,
тем более по ночам. С ним была свита. Парня, который принес Гиви мобильный телефон, звали Альберт. Наверняка
неподалеку были и другие.
- Альберт, - повторил Гиви. - Скажи ребятам, чтобы заводили машины. Поедем.
- Сделаю, Гиви Иванович, - голосом преданного слуги, отправляемого на выполнение смертельно опасного задания,
отозвался Альберт.
Торопливые шаги Альберта и медленная солидная поступь Гиви Хромого. Я вылез из-за кресла и осторожно выглянул в
коридор. Успел заметить плечо удаляющегося Гиви, а потом коридор опустел. Подрагивали синие полоски дежурного
освещения на потолке, и дивные тени сплетались на линолеуме.
Самая большая тень была моя. Затем появилась еще одна.
- А я-то думал, что вы уже ушли, - удивленно произнес Матвей Александрович.
Глава 12
Он поглаживал свою густую бороду и заинтересованно смотрел на меня. Пришлось удовлетворить его интерес.
- Я собрался уходить, но потом решил попрощаться с вами, - сказал я, внезапно даже для самого себя схватил руку
Матвея Александровича и энергично затряс ее. Предполагалось, что это выражение благодарности.
- Ну что вы, что вы, - немного смущенно проговорил он, стараясь - не слишком решительно - высвободить руку. - Это мой
долг, это моя обязанность...
Не знаю, что он подразумевал под своим долгом. Три тысячи долларов с пациента? Но я не стал уточнять. Мне было
достаточно того, что доктор просветлел лицом и перестал удивляться моему появлению в холле.
- Минутку, - сказал вдруг Матвей Александрович и полез в карман халата. Я даже на секунду подумал, что он
расчувствовался и хочет вернуть деньги. Как бы не так. Он извлек кое-что другое.
- Некоторые хранят это как сувениры, - произнес доктор и раскрыл ладонь. Там лежали три деформированных кусочка
свинца. - Это и есть те самые инородные тела...
Я принял подарок. Прежде чем опустить пули в карман джинсов, я всмотрелся в «инородные тела» и задумался. Что-то
странное было в этих свинцовых комочках.
- Доктор, а вы, случайно, не помните, что откуда было извлечено? - спросил я Матвея Александровича.
- Помню. Почему нет? Я столько наизвлекал разного дерьма, что уже автоматически фиксирую... Вот эта, от
«Калашникова», сидела у вашего друга в ляжке. Вот эта, вроде бы от «ТТ» - в правом плече, сзади. А эта, - он ткнул пальцем
в толстый комочек, - эта самая опасная штука. Она пыталась разодрать вашему другу все кишки. Не знаю, из чего ее
пустили... Явно не отечественного производства.