— Но ты же устанешь...
— Ты говоришь, как настоящая жена. Спокойной ночи, дорогая.
Беатрис встала рано, собралась. Вещи были упакованы с вечера, комната в полном порядке. Услышав звонок, она поспешила открыть дверь. Профессор наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку. Выглядел он прекрасно, одет, как всегда, элегантно. Беатрис удивилась, как это ему удается, и спросила, хорошо ли он долетел.
— Ты завтракал? Может, сделать чашку кофе?
Он улыбнулся.
— Тугуд никогда бы не выпустил меня из дома без завтрака. Ты готова? Как думаешь, твоя мама покормит меня обедом? Я должен вернуться обратно сегодня же вечером, мне не хотелось бы заезжать к себе.
Беатрис посмотрела на него с изумлением.
— Гиз! Неужели ты приехал только для того, чтобы отвезти меня домой?
— Удовольствие, которое я не променял бы ни на что на свете. Давай-ка выносить вещи.
Попрощалась со всеми Беатрис еще накануне вечером. И, только когда они выезжали за ворота, она неожиданно поняла, что ее совсем не огорчает расставание с больницей. Наоборот, она вся находилась в предвкушении прекрасного будущего. Ей с трудом верилось, что она будет теперь с Гизом всю жизнь. Хотелось сказать ему об этом, но... она не осмелилась. Доехали они быстро, так ни словом и не обмолвившись о предстоящей свадьбе. Гиз только сказал, что все организовал, не вдаваясь в подробности, и переключился на платье Алиции.
— Так оно уже готово?
— Естественно. Висит в ее комнате, и она постоянно им восхищается. Я уже столько раз объяснял, каким оно должно быть, что, кажется, в крайнем случае мог бы сшить его сам.
Беатрис думала, что Гиз поинтересуется ее нарядом, но он промолчал.
Когда они приехали домой, отец еще вел прием, и встретила их только мама.
— Ставьте вещи прямо в прихожей, снимайте пальто и пойдемте пить кофе, — с порога защебетала она. — Только давайте на кухне, я испекла лепешки.
Вскоре к ним присоединился мистер Кроули, и они все вместе сели за стол.
— Вы останетесь на ночь? — спросила миссис Кроули.
— Я возвращаюсь обратно сегодня во второй половине дня, но с удовольствием пообедаю, если вы меня пригласите.
— Бедняжка! Вы же совсем измучаетесь. Надеюсь, вам не нужно идти завтра на работу?
— У меня запланировано кое-что на завтра, но ведь я вернусь домой уже сегодня поздно вечером.
— Мы увидимся еще до свадьбы?
— Боюсь, что я буду очень занят. — Гиз посмотрел на Беатрис, сидевшую, напротив него. — Давай я прямо сейчас отдам тебе кольцо?
— Да, конечно. А нам нужно продумать, как принять гостей с твоей стороны. Где они остановятся, надо ли их встречать?
— Я закажу для них гостиницу в Эйлсбери. Сам с дочкой погощу у Дерека. В день свадьбы нам с Беатрис нужно будет уехать в два часа, потому, что я зарезервировал билеты на вторую половину дня, и уже через несколько часов мы будем дома. Я подумывал взять с собой Алицию, но боюсь, что она устанет. Лучше пусть возвращается с моими родителями на следующий день, если это не очень затруднит вас.
— Ой, ну что вы, что вы! Вы все прекрасно продумали, — согласилась миссис Кроули, отметив про себя, что новобрачным после церемонии уместнее остаться наедине друг с другом.
На обед миссис Кроули подала говядину, тушенную в горшочках с овощами, и яблоки, запеченные в тесте. Аппетит у профессора был отменный, и Беатрис подумала, когда же он в последний раз ел нормально. Конечно, Тугуд его покормил, но до этого... И она решила, что, когда они поженятся, она обязательно будет следить за тем, чтобы Гиз ел регулярно. Вскоре после обеда профессор собрался уезжать, и Беатрис, накинув пальто, вышла проводить его к машине.
— Поезжай аккуратно. И, пожалуйста, не забудь вовремя поесть. Все эти твои переезды здоровья не прибавляют.
Он улыбнулся.
— Когда там, куда я еду, есть ты, все остальное не имеет значения. Ах да, я чуть не забыл. — Он полез в карман. — Вот... — И он вложил ей в руку маленькую коробочку. Она открыла ее. Внутри лежало удивительной красоты кольцо: три сапфира, окруженные бриллиантами. — Надень его. То колечко с надписью так хорошо подошло тебе, что я попросил уменьшить это, до того же размера. Оно старинное и уже давно переходит в нашей семье из поколения в поколение. И я надеюсь, что ты будешь носить его.
— Оно очень красивое, Гиз. Конечно, я буду носить его. Только можно я оставлю и это?
— О чем ты говоришь! Кольцо твое. Оно тебе так нравится?
? Да...
Поскольку ответила Беатрис несколько сдержанно, он тут же спросил:
— Что-нибудь не так, дорогая?
— Нет, ну что ты. — Она нежно улыбнулась ему. — Ты позвонишь мне, когда будет время?
Он наклонился, чтобы поцеловать ее.
— Да, и Алиция тоже.
— Передавай ей привет и поцелуй за меня. А ты уверен, что она не возражает против нашей свадьбы?
— Абсолютно уверен.
Гиз сел в машину, помахал ей рукой и уехал.
Мама смотрела на них из окна гостиной.
— Будут ли они счастливы? — спросила она мужа.
Доктор опустил газету.
— А почему, собственно, нет? Беатрис — взрослая, достаточно здравомыслящая женщина. Гиз — замечательный человек, очень умный, прекрасный специалист. И из того, что он говорил мне, я понял: он вполне в состоянии обеспечить Беатрис достойную жизнь.
— Это-то да, — согласилась миссис Кроули, — но вот любят ли они друг друга?
Ее муж опять углубился в газету.
— Ну а это, дорогая, исключительно их дело.
Она хотела, было возразить, но в этот момент вошла Беатрис, поэтому она закашлялась и переключилась на разговор о подготовке к свадьбе:
— Так как насчет платья? Ты собираешься поискать что-нибудь в Лондоне?
— Я думала съездить в Баф, купить ткань и попросить мисс Фиш сшить мне платье.
Мисс Фиш жила в соседнем городке. Всю свою жизнь она проработала у известного кутюрье, в Лондоне, а сейчас вышла на пенсию.
— Какое оно будет — это секрет?
— Ну, не для тебя, мама. Мне хочется что-то из атласа цвета слоновой кости. — Она критически осмотрела себя. — Боюсь только, не крупновата ли я для оборочек, рюшечек, воланчиков?
— Длинный узкий рукав, глухой ворот, — размышляла мама вслух.
— Да-да. Сейчас достаточно холодно, и мне бы не хотелось постоянно покрываться гусиной кожей.
— Конечно. А ты не хочешь взять мою фату?
— Я и сама собиралась тебя просить. Она как раз кремового цвета и оторочена тонким кружевом.
И женщины начали обсуждать, какие вещи еще понадобятся. Отец, прислушивавшийся к их разговору, отложил газету и достал чековую книжку.
— Вдруг тебе захочется купить что-нибудь эдакое. — Он взглянул на жену. — Ну а тебе, моя дорогая, я уверен, необходима новая шляпка.
Чек был выписан на приличную сумму. Женщины выразили бурную благодарность, оставили доктора в тишине и покое дочитывать газету, а сами сели за составление списков. Перед миссис Кроули встала проблема, чем кормить гостей, которые приедут поздравить молодых, а Беатрис размышляла, какая одежда ей понадобится, когда они будут жить вместе с Гизом. Сомнения заключались в том, что он не рассказывал ей о своих друзьях и о том, как он проводит свободное время. Надо непременно спросить об этом, когда он позвонит, решила Беатрис.
Позвонил он через два дня. Все это время Беатрис провела в хлопотах: она съездила в Баф, купила атлас для платья, побывала у мисс Фиш, ходила в гости и сама принимала гостей, потому, что всем очень хотелось посмотреть на кольцо и посудачить о профессоре. Такой замечательный во всех отношениях мужчина, — ну разве ей не повезло! Беатрис соглашалась со всеми и улыбалась — она была счастлива. Пусть сейчас Гиз не любит ее, он не тот человек, который станет притворяться. Но, примеряя мамину фату, Беатрис говорила себе, что ей необходимо набраться терпения. Ведь, в конце концов, он именно ее выбрал в жены. И может быть...