Король дал мне следующее занятие: наблюдать за всеми людьми в Ксанте на предмет выявления их волшебного дара. Все это надлежало заносить в особый тайный список. Вообще-то король был заинтересован в выявлении молодых людей с волшебными дарами, которые могли дать их хозяину статус волшебника. Именно из этих людей мог позднее получиться король Ксанта, поскольку король должен был обладать еще и волшебным даром. Пока что подходящий молодой человек не обнаружился, а сам Эбнес уже старел. Ему недавно исполнилось шестьдесят шесть лет, к тому же крепким здоровьем он тоже похвастаться не мог. Я предложил было ему принять немного лечебного эликсира, но король наотрез отказался это делать — он вообще не верил лекарствам. Я не был с ним согласен, поскольку полагал, что надо использовать для поправки своего здоровья любую благоприятную возможность, но, впрочем, спорить с королем долго я позволить себе не мог. Потом я не стал навязывать ему своего мнения, а сосредоточился на подготовке к походу. Я вдруг подумал, что чрезвычайно дисциплинирован.
Путешествие началось, я продвигался на север. Работенка мне предстояла не из легких — несмотря на то, что людей в Ксанте было, в общем-то, не слишком много, но они зато были рассыпаны по всей территории королевства, да и жили в местах не всегда доступных. Так что продвигался я слишком медленно. Я сознавал, что если пропущу хоть одного человека, то вполне может оказаться так, что волшебник Эбнес ищет именно этого, именно его волшебный дар мог дать ему возможность сменить Эбнеса на королевском троне. Я знал, что мне предстоит сложная и кропотливая работа, но таких трудностей я все равно не ожидал. Вот один пример, каких было множество.
Как-то мы пролетали над пустынной областью Безумия. Мне стало страшно от одной мысли, что и эту местность мне тоже придется обследовать. Потом промелькнуло Озеро Великана Чоби — такое же большое, но неглубокое, как ум настоящего великана-людоеда. Потом была гора Рашмост, на которой любили собираться крылатые чудовища. На горе Парнас росло известное Дерево Семян. Тут меня стала мучить проблема: нужно ли мне опрашивать менад, то есть женщин, которые обитали на склонах этой горы? Я чувствовал, что это надо сделать, хотя и знал, что у них нет никакого особого волшебства, кроме неуемной жажды чужой крови. Потом шли вечнозеленые поляны, которые дурачили всякого попавшего в них. Никогда нельзя недооценивать что- то, даже если это «что-то» неживое. Наконец мы добрались до побережья и полетели на Остров Кентавров.
Приземлились крылатые кони как раз на центральной площади главного города кентавров. Старейшина этой общины вышел, чтобы встретить нас. Он был очень внушителен — крупное конское тело с мощным человеческим торсом.
— Полукровкам у нас не место! — это были его первые слова приветствия.
— Но у меня поручение короля! — сказал я.
— Мне нет дела до твоей работы! Двое из вас — люди, а остальные двое — крылатые лошади. Все вы — гибриды, а мы стараемся поддерживать чистоту нашей территории! Пожалуйста, уйдите как можно раньше тем же путем, что и прибыли!
Холодный прием просто выбил меня из колеи! Те кентавры, которые встречались мне на материке, были существами вполне общительными, если соответственно обращались.
— Но ведь я действую от имени короля Ксанта! — сказал я, — он должен узнать о волшебном даре каждого жителя полуострова!
— Мы не знаем волшебства! — холодно отозвался кентавр. Я понял, что мое невежество в этом вопросе было истолковано как оскорбление.
К счастью, Марианна соображала намного лучше и быстрее меня.
— Мы знаем это, сударь! — начала она, — но вот нам показалось, что среди вас, может быть, живут люди — эти более низшие по отношению к вам существа. И потому если у нас будет возможность проследить за ними, мы уберемся с вашего острова при первой же возможности. Король останется доволен проделанной нами работой и не станет никого больше к вам посылать!
Старейшина кентавров одобрительно посмотрел на нее. Марианна чарующе улыбнулась в ответ. При этом она стала вдвое симпатичнее, чем была! Такое потом я замечал и у других — волшебство как бы временное, случайное, эта чарующая улыбка, которая завораживает окружающих. А тогда, сидя верхом на крылатой лошади, она еще и напоминала прелестную девушку-кентавра. Если бы эта улыбка предназначалась мне, я наверняка бы просто растаял и утек в землю. Конечно, сам старый кентавр был далек от сентиментов, но и он немного смягчился. К тому же, он ведь тоже имел отношение к лошадям, а Марианна, как известно, имела на них определенное магнетическое воздействие, заставляя их подчиняться своей воле.
— У нас есть несколько слуг-людей! — сознался кентавр, — ладно, я пожалуй, поручу Крисси сопровождать вас на время вашей короткой остановки на нашем острове!
Старейшина подал сигнал, и кентавр Крисси подскакала к нам. Она была примерно в нашем возрасте, ее волосы, спадая с затылка, сливались с гривой того же цвета. Более всего в глаза бросалась ее тугая грудь и блестящая лошадиная шкура. Я краем глаза увидел, что крылатые кони восхищались ее конской частью тела так же, как и я сам восхищался человеческим торсом. Было тепло, а потому кентавры не обременяли себя излишними одеждами, считая, что они только мешают двигаться и вообще вести активный образ жизни.
— Здравствуйте! — несколько стыдливо сказала девушка-кентавр.
— Здравствуй! — сказали мы в один голос с Марианной.
— Покажи им наших человечишек! — распорядился старейшина и ускакал, сочтя свою миссию законченной.
— Ой, как хорошо, что кто-то прибыл в гости к нашим людям! — воскликнула Крисси, — а то мне кажется, что иногда им становится здесь слишком одиноко!
Так началось мое наблюдение, а точнее — отслеживание, слежка за носителями волшебных даров. Те немногие мужчины и женщины, которые находились на Острове Кентавров, были и в самом деле слугами, и потому их волшебство было самым что ни на есть скромным — так, ничего особенного. Во всяком случае, с такими волшебными дарами претендовать на корону точно невозможно! Есть вот настоящее волшебство, такое, как например, умение разбивать скалу в мелкий щебень. А есть такой пустяк, как умение заставить появиться на стене мокрое пятно или нечто в этом духе. Большинство людей обладает волшебством, но вот сильным волшебством обладают все-таки единицы. Этим людям, как видно, судьба не подарила сильного волшебства, и потому им не оставалось ничего другого, как отправиться в услужение к кентаврам. Эти люди убирали стойла, чистили навоз и делали разные другие грязные работы, заниматься которыми сами кентавры считали ниже своего достоинства. Впрочем, на судьбу этот народ не жаловался.
Но, как это и подобает слугам, знали они очень много. Одно сообщение навело меня на необычайные мысли.
— Вот кентавры говорят, — сообщила мне одна из девушек- работниц, когда Крисси ускакала на поиски очередного слуги, — что они не знают волшебства! Но я уверена, что это не так! Они просто не хотят признаваться! Они только полагают, что обладать волшебным даром неприлично!
Итак, это была одна из странностей, которыми отличались кентавры. Вообще-то они были довольно бесцеремонны и вели себя с окружающими так, как им заблагорассудится. Но на волшебство у них как бы существовало строжайшее табу. Ко всему, что не относилось собственно к ним, кентавры старались не иметь отношения, считая это низменным и недостойным их внимания. Тот, кто желал бы иметь хорошие отношения с кентаврами, должен был бы почаще хвалить их самих и их обычаи.
Но если у кентавров все-таки есть волшебные дары, я тоже должен внести их в список! Но как я мог сделать это, если копытные люди начисто все отрицали? Неужели я не смогу выполнить поручения короля?
Тут мне пришла в голову неплохая идея. Я-то все время думал об обычных, настоящих людях, но как быть в таком случае с гибридами? Кентавры к ним не относились. Но как считать тогда гарпий, водяных и фавнов? А ведь есть еще и гномы, и эльфы, и великаны-людоеды! Они же тоже имели несомненное отношение к людям, и у них наверняка были волшебные дары!