— Мы выплатили за вас штраф российскому правосудию, а здесь небольшой аванс на непредвиденные расходы…
Зотик судорожно глотнул, увидев число, тускло горящее на микродисплее карточки. Дядюшка Бубль-Гум доверительно шепнул:
— Отныне число будет высвечиваться от прикосновения лишь ваших пальцев…
— А если я не справлюсь с заданием? — почему-то тоже шепотом спросил Зотик.
— Ничего страшного! — радушно улыбаясь, воскликнул дядюшка Бубль-Гум, пододвигая поближе к Зотику листы неуничтожимой силикатной бумаги. — Если пираты вдруг прекратят грабить наши корабли, поработаете у нас пилотом-экспедитором. Это все же лучше, чем меркурианские рудники. Наши пилоты иногда за один рейс зарабатывают больше, чем тот аванс, что вы получили… Вместе с вашим штрафом…
Зотик пробежал глазами текст контракта. В тексте ничего особенного не содержалось, разве что в пункте о залоге говорилось, что до полной выплаты стоимости корабля, Зотик предоставляет в залог компании "Бубль-Гум и внуки" все свое движимое и недвижимое имущество. Он с большим трудом удержался от смеха, сравнив стоимость своего имущества, и стоимость корабля суперкласса. После чего не дрогнувшей рукой подписал контракт. Второй экземпляр тут же исчез, как по волшебству, а м-р М. осведомился:
— У вас не возникло каких-либо версий?
— Признаться, я представить себе не могу пирата, который пошел бы на риск встречи с патрульным крейсером ради жевательной резинки… — рассеянно проговорил Зотик.
— Что-о-о?!. — м-р М, рассерженно выпучив глаза, уставился на Зотика. — Вы не знаете. Что такое жевательная резинка фирмы "Бубль-Гум и внуки"… — по мере того, как он говорил, голос его снижался, и к концу фразы снизился до трагического шепота.
Растерявшись, Зотик долго не мог сообразить, как выпутаться, а м-р М. тем временем наливался гневом. Казалось, он превратился в термоядерную космическую мину и в нем уже активизировался взрыватель; еще мгновение, и он испепелит незадачливого детектива вместе с его убогим агентством. Пытаясь хотя бы ослабить силу взрыва. Зотик растерянно пробормотал:
— Откуда мне знать? Такие вещи мне не по карману…
Странно, но столь откровенное признание в нищете, предотвратило взрыв. Толстяк снова мгновенно превратился в добродушного торговца жевательной резинкой. Чтобы окончательно вернуть его расположение, Зотик принял деловой вид и высказал первую версию:
— Можно предположить, что конкуренты из стран Восточной федерации возымели желание раскрыть секрет состава вашей резинки. Те партии товара, что похищены с галактических трасс, им нужны для анализа…
М-р М. перестал помаргивать, и восторженно поглядел на Зотика. Но тот, видимо, не зря числил себя неплохим психологом; за выражением восторга он прочел тщательно скрытое сожаление о потраченных деньгах. Но, возможно, восторг был вызван и тем, что м-ру М. впервые в жизни довелось лицезреть столь изумительного идиота. Однако м-р М. был хорошо воспитан.
— Видите ли, — заговорил он после короткой паузы, — для анализа достаточно купить в одном из наших магазинов на территории Восточной федерации только одну коробочку жвачки. Труднее найти метод химического анализа, который не разрушал бы сложную структуру компонентов. Подобного метода наши конкуренты не смогли найти в течение целого века, а теперь нас это не пугает; рецепт застрахован. К тому же, все страны, колонии и независимые планеты Земного Содружества подписали конвенцию. Так что, даже если специалисты какой-нибудь фирмы самостоятельно откроют рецепт, они не смогут им воспользоваться. А если попытаются, дело может дойти до введения экономических санкций и военного вмешательства.
— Вы полагаете. Что из-за жвачки кто-то рискнет пригрозить войной?! — не сдержавшись, изумленно вскричал Зотик.
— Вы опять?!. — в м-ре М. вновь активизировался взрыватель.
Движением ковбоя, выхватывающего кольт, он выдернул откуда-то из-под пиджака плоскую золотую коробочку, с мелодичным звоном открыл ее, дрожащими от возмущения пальцами извлек из ячейки нежно-розовый кирпичик, сунул его в рот, и с неподражаемо благоговейным видом принялся жевать. Сейчас же комната наполнилась благоуханием цветов райского сада.
Именно — райского! Писатели любят писать о благоухании тропических цветов, но у Зотика на это давно сформировался свой взгляд. За свою бытность вольным астронавтом он успел побывать в тропических лесах многих планет, и везде, с изумительным постоянством, его преследовала вонь тухлых яиц. Даже на Венере. А ведь там Человечество хотело воплотить свою мечту о райском саде.
После первой космической колониальной войны Человечество так напугалось колоссальных жертв "Звездного огня", в котором гибли эскадры и мятежные планеты, что на всепланетной мирной конференции порешило заключить вечный мир, а военные корабли использовать для реконструкции Венеры. Гигантские супердредноуты несколько лет таскали к Венере астероиды, свалили на нее несколько ледяных спутников Сатурна. Этой своей возней чуть не столкнули с орбит Меркурий, Землю и Марс. Орбита Венеры моталась от меркурианской до земной, потом еле откорректировали. Но вместо райского сада на Венере образовались жуткие джунгли, населенные невероятными и страшно опасными зверями; и не подумаешь, что их предками были безобидные земные животные. А после Первой колониальной войны последовали Вторая, и Третья, и Четвертая…
М-р М. жевал. Благоухание прошло через все возможные спектры сочетания ароматов. М-р М. выдул изо рта пузырь и, со свистом набирая носом воздух, принялся надувать его. Зотик с крепнущим уважением наблюдал. Вот радужный пузырь скрыл всего м-ра М., в комнате сгустилось грозное предощущение катастрофы, повеяло грозовой свежестью… Сверкнула молния!.. Ба-бах-х!!!
— Вот что такое "Бубль-Гум и внуки", — еле переводя дыхание, проговорил м-р М.
— Да-а… — только и нашелся, что возразить Зотик.
— Ага! Жуете большой Бубль-Гум! — влетел в комнату полный слез крик. — А я как бы и не при чем?!
Вслед за криком в комнату вбежал закопченный, чумазый, белобрысый мальчишка лет тринадцати.
— Ну что ты!.. Как можно?!. Мы только чуть-чуть попробовали… — лицо м-ра М. расплылось, как блин на сковородке, и стало похожим на "Дядюшку бублика", нарисованного на вывеске булочной. — Вот, это тебе, — он вытащил еще одну золотую коробочку, со сверкающей картинкой, нарисованной алмазной пылью на крышке.
Мальчишка, нисколько не смущаясь, завладел коробочкой, и, забыв поблагодарить, направился к двери.
Усилием воли, обретя дар речи, Зотик прошептал:
— Это же целое состояние…
— Не волнуйтесь, — ласково глядя вслед мальчишке, промурлыкал м-р М. — Это в счет вашего будущего гонорара…
Чтобы не выразиться на старинном русском языке от неожиданности, Зотик крикнул вслед мальчишке на интерлинге:
— Ареф, надеюсь, ты не очень пострадал от взрыва?
— Я успел укрыться в коконе, — недовольным тоном, обернувшись в дверях, ответил по-русски мальчишка и исчез.
— Прелестный мальчуган, — благосклонно покивал Зотику м-р М. — Для нас это было немаловажным фактором, что вы так трогательно заботитесь о своем малолетнем родственнике.
— Да-да, его мать незадолго до смерти попросила присмотреть за ним. В Восточной федерации оставлять мне его не хотелось на правах бедного родственника, и в пансион, или закрытую школу отдавать тоже не хотелось — там ведь готовят одних снобов и конформистов, да и вообще, людей, мало приспособленных для самостоятельной жизни, — рассеянно проговорил Зотик.
— Это ваш братишка или племянник? — вежливо осведомился м-р М.
— Дядя, — коротко обронил Зотик, напряженно размышляя о том, не потребовать ли обратно контракт.
Подписав сгоряча бумагу, теперь, слегка поразмыслив, Зотик понял, что запросто может оказаться зернышком между двумя жерновами — Восточной и Западной федерациями. Эти жернова не сдвигаются только потому, что в них, извольте видеть, гуманизм на высшем уровне, и незыблемы права человека. У человека, видите ли, должно быть законное право даже на то, чтобы быть преступником, и жить по законам преступного мира. Их законники когда-то пришли к выводу, что право на жизнь и свободу имеют и те люди, что поссорились с Законами обеих федераций. Если им, федерациям то есть, надоест корчить из себя гуманистов и терпеть все безобразия, что творят пираты, кстати, на территориях федераций и того же Южно-Азиатского союза, они просто сдвинутся…