— Зотик. Капитан корабля. Меня ждут.
Секретарша встала, улыбка ее стала завлекательной, и, будто приглашая Зотика к себе в постель, распахнула перед ним дверь кабинета, сделанную вручную из натурального дуба, проговорила нараспев:
— Прошу вас, капитан, входите.
Директор Департамента был невыносимо величественен, будто рейдер на боевом дежурстве. Первейшая заповедь вольного астронавта: не показывай робости, даже если противник превосходит тебя в десять раз. Зотик прошагал к столу, коротко поклонился, выждал немножко, но директор продолжал буравить его мертвым взглядом, не проявляя ни малейшего желания пригласить сесть. Разумеется, он сколько угодно мог думать, будто Зотик обязан стоять в его присутствии, но вольный астронавт лишь добровольно мог признать чье-либо главенство. В данном случае перед Зотиком сидел надутый индюк, в чьих силах лишь немного осложнить жизнь, или облегчить, и не более. А потому Зотик непринужденно уселся в кресло для посетителей, широко, обаятельнейше улыбнулся, проговорил:
— Вы, кажется, хотели меня видеть? Простите, не имею чести быть с вами знакомым…
Чиновник все еще лелеял несбыточную надежду поставить Зотика не место, чеканя слова, ледяным тоном он заговорил:
— Почему вы, гражданин России, развязываете войну с планетой, с которой у России мирный договор? Как смеете вы развязывать международный конфликт и ввергать свое Отечество в очередную кровавую космическую бойню?!
Зотик выпрямился в кресле, холодно выговорил:
— Не имею чести знать, о чем идет речь.
— Как — о чем?! Об этом вашем наглом, ничем не спровоцированном нападении на мирную космическую базу арейцев. Нота протеста вот она, лежит у меня на столе. Посол Арея уже встречался с нашим Президентом…
Броневая защита чиновника дала трещину, натолкнувшись на несокрушимую наглость матерого пирата.
— А в той ноте, извините за навязчивость, указано, откуда у Арея взялась мирная космическая база, и, главное, в какой солнечной системе она находилась?
Чиновник машинально опустил взор, пробежал глазами текст дипломатического послания, вскинул взгляд, видимо, вознамерившись продолжать атаку с другого направления, но Зотик молниеносно нанес фланговый удар.
— Как вы знаете, законны лишь те станции и базы, которые находятся в законных владениях той или иной планеты, а также в ничейных системах. Я могу в любой момент предоставить международной комиссии записи своего черного ящика и бортового журнала. Там ясно вычерчен мой маршрут: система Тавриды, затем система Амазонка-Нео, планета Фемискира, после чего я сразу отправился к Солнцу. Итак, где я мог повстречать несчастную, законную мирную базу Арея?
— Действительно, нигде… — растерянно пробормотал чиновник, но тут же воспрял духом: — Ну, всем известно, как вы, пираты, обращаетесь с черными ящиками, и что пишете в своих журналах…
Зотик вскочил с кресла, выпрямился и ледяным тоном выговорил:
— Только суд может назвать меня пиратом! Разговор в подобном тоне считаю невозможным, — и Зотик повернулся, собираясь покинуть кабинет.
Но чиновник мгновенно понял, что слишком погорячился, он тоже вскочил, и быстро проговорил:
— Ради Бога, извините! Но когда вокруг все кричат — пират, пират, поневоле крикнешь за компанию…
Зотик вернулся к столу, сел, чиновник тоже опустился в свое кресло. Остывая, Зотик проговорил:
— Это какое-то недоразумение; меня буквально сопровождает шлейф славы какого-то пирата. А ведь я всего лишь скромный частный сыщик, работаю на компанию "Бубль-Гум и внуки". Может, знаете?
— Разумеется! Кто не знает знаменитого на всю Галактику производителя жевательной резинки?!
Чиновник задумчиво побарабанил пальцами по столу. Зотик мгновенно воспользовался заминкой. Выхватив из просторного кармана своей куртки договор с губернатором Тавриды, положил его на стол перед чиновником:
— На сколько мне известно, подобные официальные договоры граждан России должны регистрироваться в Департаменте внеземных дел?
Чиновник пробежал глазами договор. Вскинул взгляд на Зотика, оглядел, будто впервые увидел, снова опустил нос к бумаге, прочитал повнимательнее. Проговорил поспешно:
— Да, разумеется, такие договоры регистрируются в Департаменте, но Россия этим не берет на себя никакой ответственности за Тавриду. Хм… Это какое-то повальное заболевание… Граждане России мотаются по всей Галактике и служат тому, кто больше заплатит, а не родному Отечеству…
— Что ж делать, если родное Отечество вообще ничего не платит за службу, а предпочитает навешивать на грудь всякие побрякушки, сделанные даже не из драгоценного металла.
Чиновник выговорил неимоверно ядовитым тоном:
— Интересно… И чем же это будет платить за службу нищая Таврида? Уж не пшеницей ли?.. Хорошо! — чиновник хлопнул ладонью по договору. — Я сам зарегистрирую ваш договор с Тавридой, — он тут же сунул его в регистратор, пробежал пальцами по сенсорам, возвращая бумагу Зотику, спросил, с тщательно скрываемым любопытством: — Тут говорится о разработках металлического астероида, но указываются доли участников в процентах… Хоть приблизительно — сколько это? Поверьте, это не праздное любопытство… Вы, в конце концов, как гражданин России обязаны… На много ли разбогател Вольный Крым?..
— Да так, мелочишка… — пожал Зотик плечами, простецки глядя на чиновника, и всем своим видом показывая, что готов сдать, продать и настучать на кого угодно, хоть на родную мать.
— Ну, за мелочишку вы бы не взялись обеспечивать оборону Тавриды против всякого нападения… — чиновник нерешительно помялся, наконец, уставился на Зотика и напрямую спросил: — Вы можете дать слово вольного астронавта, что арейцы никогда не представят доказательств вашего нападения на мирную базу Арея?
— Даю слово, что Арей никогда не представит международной комиссии ни разгромленной мною базы, ни, тем более, свидетелей моих, так называемых, бесчинств.
— Хорошо, вы свободны… — снизив голос, чиновник спросил: — По секрету… Что вы за птица такая, если сам Президент России мне позвонил, и потребовал всеми возможными и невозможными средствами погасить конфликт, и представить дело так, будто вы вообще ни при чем?
— Как?! Сам Президент?! — ошарашено выдохнул Зотик, но тут же гигантским усилием воли принял равнодушный вид, проговорил: — Представляете, а ведь я даже никогда не был знаком с Президентом… — он вылез из кресла, сдержанно откланялся и вышел из кабинета.
Шагая через вестибюль, Зотик беспрестанно повторял про себя: — "И правда, наследный принц… Провалиться в черную дыру, наследный принц…"
Перед катером, на пешеходной дорожке стоял солидный серо-серебристый флаер, весь вид которого говорил о высочайшем положении и благосостоянии его хозяина. Сам хозяин, вместе с двумя парнями, в которых моментально угадывались телохранители важной персоны, метались перед катером, размахивали руками и делали еще какие-то знаки, будто фермеры, пытающиеся согнать слона со своего поля.
Зотик остановился неподалеку и принялся наблюдать. Один из телохранителей тут же обратил на него внимание, попер, как супертанк времен Второй колониальной войны, заорал:
— Чего рот разинул?! Проходи! Тут тебе не представление…
— А что же тут?! — изумился Зотик. — Три обезьяны прыгают, визжат… А где главный клоун? — Зотик терпеть не мог, когда держиморды всяких властью облеченных хамов, унижали достоинство человека.
— Чего-о-о?! — телохранитель был явно самой низкой квалификации, иначе бы не поддался на столь явную провокацию.
Такими обычно снабжались важные персоны, которым ничто не угрожало, но по штату для престижа полагались телохранители. Бодигард по-бычьи нагнул голову и ринулся в атаку. Но и рукопашному бою его, видимо, тоже в спортзале обучали, и то не долго. Мастерство же Зотика оттачивалось в кабаках Нейтральной зоны, да в абордажах, когда отступить можно только в вакуум и прожить там ровно столько, на сколько хватит ресурса системы жизнеобеспечения боевого скафандра. Даже не особенно поспешно, Зотик ткнул парня кулаком в солнечное сплетение, и когда тот согнулся, пытаясь вздохнуть, слегка треснул кулаком по затылку. Убивать дурака было бы вовсе грешно.