К. Леонтьев: «Россию надо подморозить, иначе она сгниёт».
«Воззови, в виде лирического сильного воззвания, к прекрасному, но дремлющему человеку. Брось ему с берега доску и закричи во весь голос, чтобы спасал свою бедную душу: уже он далеко от берега, уже несёт и несёт его ничтожная верхушка света, несут обеды, ноги плясавиц, ежедневное сонное опьянение: нечувствительно облекается он плотью и стал уже весь плоть, и уже совсем нет в нём души». /Н. Гоголь/
«Сочувствовать счастью может только весьма благородная и бескорыстная душа. Но счастье… это великое, «быть может», как говорил Рабле о рае или о вечности». /А. Пушкин/
«Деизм 18 века был лишь тенью христианства. Он сохранил ряд основных христианских положений: веру в благого Творца, идею всемогущего Провидения, устрояющего всё в наилучшем виде, основные заповеди христианской морали, но всё это было лишено тайны, сверхъестественного содержания… Например, нравственный закон, лишённый аскетического и духовного элементов, выродился в практическую филантропию, божественное провидение — в механический закон природы. Над всем этим реяла теория прогресса…» /К. Даусон/
«Рампа есть линия огня». /А. Блок/
Бог помазал Кира для исполнения судьбы своей и восстановления избранного народа израильского, сею Божественною мыслею, так сказать помазал дух Кира ещё прежде, нежели произвёл его на свет: и Кир хотя не знает, как и для чего помазан, движимый сокровенным помазанием, совершает дело царствия Божьего. Как могущественно помазание Божие! Как величественен помазанник Божий! Он есть живое орудие Божие, сила Божия ходит чрез него во вселенную и движет большую или меньшую часть рода человеческого к великой цели всеобщего свершения». /Митрополит Филарет Московский/ Слово в защиту Иосифа. Речь здесь идёт не о церковном таинстве, а о Божьем помазании на царство ЯЗЫЧНИКА, о предопределении СВЫШЕ!
СВИДЕТЕЛЬСТВО в День 120-летия ИОСИФА:
Корр. телеканала «Культура»: — Неужели великая русская литература осталась в прошлом вместе с цензурой и тоталитаризмом?
Вит. Третьяков, учредитель премии «Антибукер»: — Судя по результатам этого года — да… Как читатель, я бы выбрал великую русскую литературу вместе с цензурой, тоталитаризмом, сталинизмом и чем угодно еще вместо той неограниченной свободы словесного самовыражения, которая сегодня существует и которая не способна рождать великие произведения. (21 декабря 1999 года)
«Сталин — наше всё. Как и Пушкин. Два полюса русской культуры… Что такое, по сути, Сталин? Жёстко и жестоко целеустремленный прагматик, рассматривающий государство, как доверенную ему историей… геополитическую систему, нуждающуюся в совершенствовании до уровня государства идеального, где счастье государства равно счастью людей… Если бы Сталин жил сегодня, никаких концлагерей, конечно, не было бы. Сталин знал границы допустимого в собственной стране и в мире для каждой исторической эпохи». (В.Третьяков)
«В венах народов, населяющих Россию, течёт поистине царская кровь: о таком пересечении групп крови, цветов кожи, разрезов глаз девять десятых населения земли могут только мечтать.
Пройдя такую мешанину, мы остались русскими, не превратились в метисов. Русский котёл всё переваривает: за тысячу годов переварил он половцев и татар, среднеазиатов и прибалтов. Будто в него сбрасываются мегатонны несовместимых между собой шлаков, а выплавляется удивительная, крепчайшая руда. Русский ген, как раскалённая звезда: чувствуя гигантское притяжение, десятки народностей подпадают в сферу его магнетизма, захватываются в орбиты бешено вертящимся огненным колесом…
Миллионы белорусов и украинцев — кровь от крови русские, и в этом — залог нашего скорого объединения. Держитесь за нас, мы пронесём вас сквозь апокалипсис третьего тысячелетия!
Величайшие просторы, титанические проекты, стройки и грандиозные социальные потрясения не дают забродить русской крови. Нигде и никогда в истории человечества не было переселения народов подобного тому, что и поныне, то затухая, то разгораясь вновь, вот уже семьсот лет осуществляется на одной шестой части суши. Движение казаков вслед за Ермаком превосходит Великое переселение народов начала новой эры, а беспримерный подвиг советского народа в Великую Отечественную войну, когда за первые месяцы войны десять миллионов человек перенесли на своих руках в тыл, в эвакуацию, полторы тысячи заводов, вряд ли будет повторен кем-либо ещё.
Русское пространство — это угодья исполинские, и во множестве своём ещё не обозначенные словом, это нетронутые райские кущи, это поля Господни, в которые мы были введены не для отдыха, но для труда. Труд заключается в заселении гигантских, не истоптанных никем краёв, в возделывании этих просторов, в преобразовании их в самих себя, в ноосферу…
Бумажно порвавшие с нами республики Союза никогда не в силах будут достичь третьей геополитической скорости, чтобы преодолеть притяжение России…
За наш труд мы получаем дары. Первый и главный дар — это вся наша драгоценная земля, которая не отторгла нас, но приняла и приютила. Мы сроднились с ней, мы пропитали её собой, и здесь, в северной половине Евразии, возможна отныне одна только Россия. Другой дар — новые языки и народы, собираемые в новый русский этнос. Мы говорим с небесами на стольких диалектах — какой-нибудь уж точно окажется тем нужным языком, что открывает небесные двери…
Ещё один смысл, недоступный кучным европейцам: русское пространство живо до тех пор, пока на нём обитают люди. Без глаз человеческих мир умирает, и так он подстёгивает нас, что мы не покладали рук, продолжали усердно пребывать в нём: перемалывать целину, бороздить таёжное море, плавать по Северному ледовитому океану, исследовать пустыни и горные пики. Безумные наши планы по развороту северных рек лучше, чем нынешнее полное затишье и прекращение деятельности. Россия должна кипеть, чтоб не замерло её внутреннее движение, не застыли её вены…» /Денис Тукмаков, 1999 г/