Я стоял, не в силах пошелохнуться. Гадалка обладала редчайшим даром ввергать в такое состояние, когда трудно ответить отказом. На меня, разумеется, этот дар не действовал, но я наигранно сделал вид, что подпал под влияние ее чар. Мне стало интересно: ложная она прорицательница, или нет? Она сразу приободрилась, хотя внешне не изменилась. Изменились лишь ее желания. Она вновь таинственно улыбнулась, возликовала в глубине души, и снова кротко посмотрела на меня. Я улыбнулся в ответ. Мне стало вдруг интересно узнать о своей судьбе из уст этой предсказательницы. Пусть я и знаю все наперед, но что скажет мне она? А она, судя по силе, действительно обладала способностями. Я переступил с ноги на ногу и с некоторым сомнением произнес:
— Что можешь сказать ты мне, гадалка, когда я простой странник и блуждаю в поисках благодатной жизни?
Она заметно оживилась, всплеснула руками и учтиво склонила голову.
— Ты не простой странник.
— А какой?! — вырвалось невольное восклицание.
— Ты загадочен.
— Я знаю, — отмахнулся я, нагоняя скучающий вид, стараясь распалить ее еще больше. — Ведь то присуще каждому. Пусть и не в равной степени.
— Вот видишь, — напевно произнесла она, — ты уже заговорил загадками.
— Какие то загадки? — небрежно бросил я. — То простая избитая истина.
— Но истина и есть загадка, — вкрадчивым голосом дополнила она. — Истина с виду всегда проста и очевидна, да вот суть ее как раз таки в загадке, что скрылась за очевидным. Истина — это тайна, которую люди силятся познать. Истина — это глубина. Она постоянно затягивает всех в свое лоно, ибо она желанна. Хотя иной раз может стать даже губительной.
Я наигранно вздрогнул и в показном ужасе раскрыл глаза.
— Тогда зачем ты меня пугаешь?
— Я не пугаю, — виновато поправила она. — Я лишь определяю, насколько ты силен.
— Как это?
— Как видишь.
— Но… чего-то я не пойму.
— Понять дано лишь сильному сознанием.
Я насмешливо покривился.
— Тогда не смею тебя задерживать. Я слаб.
— Я думаю иначе, — голос ее окрасился осуждением.
— Да? Ты действительно так думаешь?
Гадалка преклонила голову в учтивом поклоне.
— Да, мой дорогой. Действительно.
— Хм… а я все думал… что слаб, — в сомнении пожал я плечами.
— Ты не слаб, — успокаивающе отметила она.
— Рад слышать, — улыбнулся я. Но не широко. Нечего пугать ее раньше времени. — Что еще скажешь?
Женщина заметно оживилась и торжествующе провозгласила.
— О, я могу сказать многое. Хотя, по правде говоря, я всегда молчу. Говорят лишь твои линии. Мне всего только дано понимать их замысловатый язык. Мне всего лишь дано увидеть их сплетения и раскрыть значения их, касательно твоей судьбы. Ведь судьба — она, что написанная книга, которую ты день ото дня перелистываешь. Но ты можешь забежать вперед и узнать многое о себе.
— Но тогда жизнь потеряет интерес, — качнул я головой. — Если знать все наперед, то жить станет совсем скучно. Если прочесть концовку, то сгладится интерес в начале. Ведь так?
— Ты как всегда прав, бриллиантовый мой, — вежливо улыбнулась она, сверкнув хваткими глазами. Я уловил новую вспышку силы и сделал вид, будто поддался. — Да только не забывай о том, что перелистывание книги судьбы и есть часть судьбы. Ведь, узнавая свое будущее, ты обретаешь редчайший дар управления им. И меняешь его, согласно своим пожеланиям. Ты словно пишешь ту книгу сам.
— Вот как?! — я едва не прянул ушами. Хвала Творцу! Иначе выдал бы себя с потрохами. И весь замысел бы канул в пучину — она бы точно испугалась и метнулась прочь.
— Именно так, драгоценный мой, — она с серьезным видом отступила на шаг. Окатила меня наметанным придирчивым взглядом, и польщенно кивнула. — Но то лишь удел немногих избранных. То — удел сильных людей. Тех, кто достаточно силен в желании узнать правду о себе. Кто уверен в своей силе, и не побоится раскрыть книгу дальше.
Хм, как складно говорит. Я невольно заслушался, попутно принюхиваясь к ее тайным желаниям. Чего она хочет? Неужели, действительно высматривает в толпе достойных и пророчит им их судьбу? Верится с трудом. Значит, как и все, она зарабатывает здесь на пропитание. Что, собственно, я тоже и делаю. Потому как, вам уже известно, чем я питаюсь. Но почему она подошла ко мне? Я ведь с виду нищий бродяга, у которого за душой ничего нет. Что надеется она получить взамен?
— Сомнения гложут твою душу, дорогой мой, — снова заговорила она, с материнской заботой всматриваясь в глубь моей сути. По крайней мере, ей так казалось. — Но я вижу в тебе великую силу. Я вижу — ты готов узнать истину о себе. Ведь та сила сорвала тебя с обжитых мест, заставила покинуть тепло и уют родного очага, позабыть родных и близких и отправиться в далекое странствие. Ты жаждешь обрести что-то, но пока не знаешь что. Ты жаждешь отыскать кого-то, но пока не ведаешь кого. Доверься своей душе, золотой мой. Душа твоя оставила писания на руке твоей. Доверься мне — той, кому дано разъяснить писания те. Они укажут путь, они подскажут, где искать. А главное — кого. Если же ты не хочешь, или боишься своей души, то не стану терзать тебя излишними толкованиями и поспешу дальше. Да вот только и наша встреча не случайна и предопределена, равно как и все в жизни. Потому как давным-давно все написано.
Я окатил ее недоуменным взглядом, посмотрел с долей искреннего удивления. Как искусно и ловко она заманивает в свои сети. И ведь надо же: судьбу дано узнать лишь сильным. А кто не считает себя сильным? Судьбу дано узнать лишь смелым. А кто не считает себя смелым? И тут же оказывается, что встреча с ней не случайна. То есть отказом человек признается во всех своих слабостях и трусости. Но я поддался не на эту, пусть и умелую уловку. Я чувствовал ее настоящую силу, которой она превосходила многих иных людей. Я признаю — она действительно обладает даром предсказания, а уловками такими пользуется лишь для завлечения большего числа зевак и недальновидных. Тех, кто не может предсказать свою судьбу без посторонней помощи. Я усмехнулся и сказал:
— Хорошо, пусть так. Но раз ты так сильна в предсказаниях, ответь — захочу ли я подать тебе руку?
На миг она замерла, но тут же улыбнулась одной из своих загадочных улыбок.
— Вижу, умен ты, как и недоверчив. Но то не порок — то жизненная необходимость. Неустанные скитания наделили тебя опытом и мудростью. Ты научился не принимать все на веру, и проверять лишний раз. Что ж, это хорошо, золотой мой. Но… видишь ли, я гадаю по руке, и судьбу твою определяю лишь по линиям, но не по глазам или словам твоим. Пока ты не подашь мне руки, я не смогу прочесть того, что ждет тебя.
Я не выдержал и довольно небрежно хохотнул.
— Выходит, чтобы предречь — подам я руку, или нет, я должен подать руку?! Выходит, чтобы доказать — сильный я, или нет, я должен быть сильным. Но если я подам руку, признав тем самым себя сильным и смелым, зачем мне нужно еще больше убеждаться в том, что я сильный и смелый?
На сей раз, она изумленно уставилась на меня, будто я сам стал предсказателем. А ведь так и есть. Ведь предсказывать дано всем. Но лишь одну единственную судьбу. Да, правильно — свою. А точнее — предопределять ее согласно своим желаниям. Но это все — игра слов. На самом деле я чувствовал, что у нее припасены ответы на все возможные вопросы, которые возникали у обычных людей. Но здесь ей пришлось напрячь всю свою изворотливость и хитрость.
Перед ней стоял не человек.
— Да, вижу твой многогранный ум, драгоценный мой, — напевно произнесла она, вкладывая в голос всю свою завлекающую силу. — Годы странствий обострили его, выковали в кузне жизненных испытаний, в пламени невзгод. И закалили так, чтобы служил он долго и верно. Но в том и есть сила твоя, и я вижу ее. Хотя, признаюсь честно, здесь не нужен особый дар. Поэтому, я не предсказываю, но предполагаю — ты захочешь узнать о себе. Я больше чем уверена, что ты желаешь подать мне руку. Равно как уверена и в том, что ты не тот, за кого себя выдаешь.