А теперь эта дурочка сопротивляется!
— Ле, давай быстрее, а?..
Не дождавшись реакции, я схватил ее за руку и потащил за собой в сторону открытого амулетом портала — не хотелось бы будоражить всю стражу.
Даалесса уже не сопротивлялась.
— Вот, здесь будешь жить. Сильно часто гулять по улицам не советую. Если поможешь по хозяйству, я буду не против, тем более что кулинарный талант Тори в последнее время перестал меня удовлетворять…
Я хмыкнул. Тори готовила почти великолепно — только изредка пересаливала…
— А Тори — это кто?..
— Хм… Секунду. ТОРИ!!!
Я немного подождал, Тори не появилась.
— Хм… Ле, который сейчас час?..
— Полседьмого, а что?..
— Да так, просто я запрещал ей выходить из дома после шести, — я нахмурился.
— Ну… может, она наверху и не слышит…
Я нахмурился еще сильнее.
— Пойдем проверим…
По лестнице я взбежал, перескакивая через три ступеньки. Распахнул двери, да так и замер в дверях.
— Та-ак…
Вирро вздрогнул и на мгновение растерялся, и Тори хорошенько заехала ему между ног.
— Уууу-уй!
— Вирх, а ну-ка встань.
Вирро вздохнул, встал, старательно пряча глаза. Тори мгновенно вскочила и стала застегивать кофточку, путаясь в пуговицах. Я заметил, что она украдкой подтирает глаза.
— Прими какой-нибудь другой вид, — поморщился я. — Не люблю, когда рядом со мной стоит подонок, который очень похож на меня!
Вирх пожал плечами и стал привычным секретарем Клайном.
Я медленно подошел, поднял рукой подбородок Вирро… и резко врезал ему кулаком в живот. Вирро согнулся в три погибели. Я добавил локтем в спину, Вирх повалился на пол. Я едва удержался, чтобы не пнуть — не хотелось марать ботинки.
— Но… ты же… сам… просил… тебя… заменить!
Я сжал зубы и все-таки пнул. Вирро дернулся.
— Вон отсюда!
Тори медленно осела на кровать и уткнулась лицом в ладони.
Ч-черт!
— Ле, поставь, пожалуйста, чай.
Ле кивнула и вышла. Я неуверенно подсел к ней, приобнял за плечи. Черт, никогда не задумывался над вопросом, что делать с ангелом, если она плачет…
— Пусти!
Тори резко вырвалась, ожгла меня ненавидящим взглядом, вскочила и ломанулась вниз.
Когда я спустился вниз, Тори сидела возле шкафчика и плакала. Эллины не было видно.
При моем появлении Тори стала изображать бурную деятельность по поиску гречки.
— Тори?..
— Ужин будет через полчаса, — ровным голосом произнесла Тори.
— Тори…
Она встала, схватила мешочек с гречкой и пошла к плите.
— Тори…
— Отвали, — бросила Тори, гремя посудой.
Я глубоко вздохнул, встал и вышел.
…Кажется, за сегодня я как минимум четыре раза нарушил
Второе ПравилоВысшего Демона…
Глава Третья
Демон должен оставаться верен клятве, данной Повелителю
Третье Правило Высшего Демона
— Вирх?..
— Продажи увеличились еще на семь процентов, — скучным голосом проинформировал Вирро.
— Я не про это. Как ты вообще осмелился здесь появиться?!
— Лоар, ну правда… ты же сказал тебя заменить…
Голос Вирха был на редкость жалок, но меня это не утешало.
— Заменить! Так на работе же, а не дома! И вообще, я тебя поздравляю: до этого даже мне не удалось затащить ее в постель… Может, ты еще приказал выстирать все мои вещи в эльфийских духах, так, ради прикола, а?
Судя по тому, как Вирро смущенно потупил глаза, именно это он и приказал. Черт, а я-то думал, чем это пахнет мой плащ… Убью мерзавца! Медленно и с особой жестокостью!
— Или, может, еще в моей документации порылся?!
Вирро «незаметно» возводил защитный купол. Как будто бы это спасет его от моего гнева… А я еще на Тори ругался, что она рылась в моем личном сейфе и удивлялся ее потрясающему актерскому таланту…
— Ну порылся… Но я же немножко!!!
— Вот я тебе сейчас такое «немножко» устрою, что ты потом множко в больнице проведешь!
— Ну Лоар… — почти простонал Вирх и, пока я придумывал «особую жестокость», тихонько слинял.
Трус.
Демоны весьма спокойно относились к трусости как к чему-то само собой разумеющемуся. Нет, трусов не уважали и уж тем более не возводили в ранг героев, но единственным вернувшимся с поля боя — без разницы, каким способом они умудрились выжить — был гарантирован успех на выборах.
Хотя все прекрасно понимали, что этот «великий воин» просто отсиделся в окопах…
Демоны не любили рисковать — да и сейчас не любят. И если вероятность твоей победы меньше шестидесяти процентов, демон просто не ввяжется в это дело. Шкура дороже…
Для демона не существует понятий «честь», «верность», «уважение». Как можно уважать слабака — каким бы замечательным он не был?.. Что такое честь и где ее найти?.. А верность?.. Демоны даже вассальные клятвы Повелителю приносили со скрещенными пальцами — ведь пройдет еще лет сто, начнется новая борьба за престол, и ты обязан будешь выступить на стороне Повелителя — без разницы, за кого ты на самом деле… Признаться, я тоже этим пользовался. Клятвы связывают — какими бы дурацкими они не были. За свою жизни я шесть раз приносил вассальную клятву — но еще ни разу ее не сдержал. По закону за это полагается смертная казнь путем четвертования, но вот уже три тысячи лет, как на это благополучно закрывают глаза. Тем более в отношении наследников правящей династии. Прямой наследник вообще клятву приносит в смягченной форме — Совет оставляет себе поле для творчества…
Да и что значит клятва?.. Несколько слов, которые якобы способны направить действия демона в нужное (или, напротив, ненужное) русло. Я принес только одну настоящую клятву, и то только потому, что Повелитель хмыкнул — «По-честному». Да и состояла она всего из одного слова — «Постараюсь».
И, надо сказать, эта клятва же успела несколько осложнить мою жизнь. Впрочем, в отличие от многих демонов, я любил рисковать — в основном потому, что мне везло…
Посмотрим, повезет ли мне на этот раз.
Фамильный Замок представлял собой огромное монументальное сооружение, больше всего напоминающее крепость — последний оплот тьмы перед великой битвой. В замке было двадцать девять башен, три тысячи восемьсот сорок два совершенно одинаковых коридора, четыреста девяносто три лестницы и больше миллиона массивных дубовых дверей с бронзовыми колотушками в виде демонских морд в боевой трансформации. Вход был один — ну, естественно, если не считать тайных переходов, которых полным-полно в любом порядочном замке, — да и тот представлял собой мост, спускаемый на металлических цепях через глубокийров с натыканными кольями. За мостом был длинный коридор с тысячами бойниц и тремя железными решетками, мгновенно перекрывающими входы. Попасть в замок с воздуха согласился бы только самоубийца — в четырех самых высоких башнях — Северной, западной, Южной и Восточной, — располагалось по целому кругу магов, которые каждый вечер и каждое утро накрывали Замок защитным куполом. Даже старожилы не знали в Замке всех переходов, а Повелители, которым положено знать все, на самом деле иногда плутали даже по первому, самому простому (потому что в холле висел план) этажу. Вообще, фамильное поместье было мрачным, монументальным сооружением с преобладающими красными и черными, довольно агрессивными цветами.
Проще говоря, Замок строил параноик. Жил же в нем явно самый достойный из его потомков.
Это производило на гостей незабываемое впечатление. Из огромного холла в лучших традициях графа Дракулы (когда гостей не ждали, холл имел более приличный вид) во внутреннюю часть Замка вел длинный узкий коридор без окон и дверей, только с многочисленными факелами в красивых кованых стойках. Коридор был завешен картинами, изображающими борьбу светлого рыцаря с силами тьмы (или наоборот), причем тьма явно побеждала. Коридор вел в огромный Зал, но большинство гостей до него недоживало…