Видит Капиталист — Социализм набирает силу, расширяется, улучшается жизнь — не по нутру это ему. Всего пятнадцать лет они дали нам мирно пожить. Спохватившись, решили опробовать мощь нашей Армии, верность наших дедов и развязали войну с Финляндией, помогая ей всей Европой. Затем Япония, воодушевленная Америкой, сломала зубы на озере Хасан, где они хотели создать плацдарм для наступления на Владивосток, получили в скулу и на реке Халхин-Гол.
«Да-а-а, — думают Буржуй с Капиталистом, — упустим — хана нам от Социализма». И начали направлять мощь фашистской идеологии и армии против еще не окрепшего Союза Серпа и Молота. Добились своего — ринулся фашизм на нас. Четыре долгих года мой отец с грузином, казахом, латышом бились в одном окопе, защищая многонациональную Родину — Советский Союз, под красной звездой в одной могиле и похоронены.
Теперь же на долю моего поколения выпала война страшной разрушительной силы. Все технические средства Международный заговор насилия использует для воздействия на процессы мышления, на сознание и волю людей.
Прошлое Европы и США — это обогащение за счет ограбления колоний, порабощения огромных масс людей, потому главной оценкой всей их жизни является выгодно — не выгодно.
Россия жила только за счет своего труда, собственных богатств, да еще непрерывно приходилось отражать внешнее нашествие. Это обусловило общность, коллективный уклад — интересы общества ставились вперед, а оценкой всегда было — справедливо или нет, т. е. «по совести», «по справедливости».
— Главной задачей наших врагов, — распалялся перед своими Сергей Маркин, — и является: взорвать изнутри общность, коллективизм, отобрать наш менталитет — это концентрированное прошлое.
Всякое орали на его слова недруги, не остался и он в долгу.
— Все, кто тайно или явно поддерживают уничтожение опорных точек в этой неявной войне, те выступают против предков и во вред своим внукам. Советский гражданин, воспитанный на дозированной информации, на слове правды, в обострившемся противоречивом потоке лжи и полуправды, обалдел.
Растерянность на лице и неуверенность в расширенных от удивления глазах.
В обеденный перерыв вместо стучания в домино Сергея просили рассказать, что творится в мире. Это помогало ему в работе, потому что дисциплина и ответственность падали, а простые человеческие беседы сближали.
— Сравните геополитическое положение США (он даже принес карту), на территории которых почти сто пятьдесят лет не взорвался ни один иностранный снаряд. Вся политика основана на эксплуатации недр и людей тех стран, где побывали их солдаты или агенты влияния. Даже из второй мировой войны некоторые ее корпорации умудрились выйти обогащенными. А если где-то и живут лучше, под ее сапогом, так это за счет уменьшения населения, которое сбежало от американского напалма, ковровых бомбардировок или погибло от них и голода. Американская нация, как таковая, выросла на крови, костях, нажитом имуществе, обработанных землях — сотни миллионов убитых и замученных индейцев — истинных хозяев этой страны.
Исключением является Германия, — и Сергей ручкой обозначил ее территорию, — когда американские войска шли по ней, не встречая сопротивления, а фашистские главари сдавали города и стратегические направления без боя, концентрируя все силы на советском фронте. Фашизм и капитализм в одной упряжке. Торопились американцы как можно больше прихватить германской территории и в послевоенном переустройстве диктовать свою волю. Не пожалели денег на восстановление и благоустройство ФРГ ради одной цели, иметь надежный плацдарм для нападения на СССР, откуда и угрожали весь послевоенный период.
Здесь столкнулись лбами — юная социалистическая система и старая, капиталистическая. Победу никто не одержал, а проиграли, как всегда, простые люди, усеявшие всю Европу своими костями.
С какой же целью демократы зовут вас в капитализм, который постоянно трясет. При взлетах или падениях всегда обогащается ограниченная кучка алчных, увеличивая количество самых богатых людей планеты, но зато разоряется не считанное количество семей мелких фермеров и предпринимателей, массовая безработица, а это — радость для немногих и трагедия для большинства.
Зачем американцы приперлись в Афганистан, — Сергей ткнул ручкой, — в это межсердечное подреберье Советского Союза. Нагнетание международной обстановки, передел мира и приблизить свои войска к нашим границам. Там мы вплотную столкнулись с символом алчности, пагубных человеческих страстей, во власти которых человек человеку — волк. А американская спрятанная политика изолгалась и опошлилась.
Это единственная война, когда нам пришлось защищать себя, наши границы на чужой территории. А вывод наших войск был ошибочным, популистским и выполнялся Главным Изменником по указанию западных коллег.
Раздался ехидненький голос электрика Ивана Васильевича, он всегда задавал кусачие вопросы:
— Островная Япония не имеет своей сырьевой базы, а заполонила весь мир своими товарами.
Ничуть не смутясь, Сергей продолжил:
— Народ этой страны воспитан на традициях самурайства — это верность и честное исполнение. Тебе давно бы пришлось вспороть свой живот.
И, переждав хохот, продолжал:
— Вся ее экономика и жизнь людей ориентирована для работы на экспорт, на завоевание внешнего рынка, где сочетаются три главных элемента: исключительное внимание к ресурсосбережениям, высокое качество работ и выпускаемой продукции, предельная точность в кооперационных отношениях. Кружки контроля качества, заимствованные у нас многими капиталистическими странами, у них намного действенней нашего народного контроля, а рабочие трудятся столько, сколько нужно хозяину. Кроме того, дешевый многолетний рабский труд неисчислимого количества китайцев. Все это и определяет ценовую конкурентоспособность их товаров.
Мы же ориентированы в первую очередь на обеспечение своих нужд и потребностей в условиях постоянного восстановления промышленности и систематической нехватки, при огромных затратах ввиду особых климатических условий и больших площадей при безмерных сырьевых возможностях. — Сергей медленно обвел всю территорию СССР, — и привыкли — абы как, все сойдет. Хотя коммунистическая партия своими решениями, призывами, действиями коммунистов постоянно пытается изменить отношение людей, но мы поддаемся с трудом.
Иван Васильевич не преминул вставить:
— Некоторые говорят: «Сколько негра не мой, он белым не станет», так и мы, какие есть, такие и будем.
Как правило, оставшегося от обеда времени не хватало, и Сергей Витальевич, глядя на часы, прерывал кого-то словами известного политика «задачи ясны, цели определены, за работу товарищи».
«Так уроженец этих мест на обретенной предками земле, где свищут все ветра и требуют особой силы, особой воли, рос, мужал, креп в согласье и добре, чуждаясь розни и высокомерия».
Отношения с Валерией определились, они подают заявление в ЗАГС. Сергей прибежал домой за паспортом и видит полупьяную компанию, заряженную порнографией высочайшего безобразия. Накурено, Юра обнимается на кухне, кто-то в зале, а кто-то забрался на его койку. Увидев Сергея, Юра растерялся.
— Ты что так рано? — спрашивает.
— А ты почему не на работе и так часто гуляешь? — перебирая документы, раздраженно спросил Сергей.
С колен Юрия соскочила какая-то растрепанная лохудра, одеваясь на ходу. Засунув паспорт в карман, Сергей молча указал на дверь.
— Братан, мы провожаем друга в армию, — на срыве ответил тот.
— Быстренько все собирайтесь, вон отсюда и там провожайтесь!
— Пойдемте, ребята, а я уйду и не приду сюда! — визгливо-обиженным голосом прокричал Юрка.
Как выхлопные газы вылетела компания, а Сергей убрал кассеты из видеомагнитофона, навел порядок, чтобы мать ничего не заметила и, опаздывая, побежал к месту встречи, рассуждая: «Порноагрессия заманивает в свои сети, тащит дурачков в бездну, делает все, чтобы не было у них ни прошлого, ни настоящего, ни будущего — все должно быть покрыто развратом, извращениями, алкоголем. Многие благополучно на этом наваривают капитал при поддержке помощников главного изменника».