Пока Василий осматривался, Антип вынес приговор.
— Правильно ли я понял, — флегматично спросил он, — что спор идет только об одной золотой вазе, которая якобы принадлежит вам обоим, а вы не хотите распилить ее пополам и никто из вас не желает выкупить половину у другого?
Спорщики дружно кивнули головами.
- Выношу решение, — лениво заявил Антип. —
Вы отдаете эту вазу мне.
Он помолчал, любуясь вытянувшимися лицами мужиков.
— А чтобы у вас не возникли нелепые мысли,
сегодня же вечером, когда будем ехать мимо озе
ра, я на ваших глазах брошу ее в самое глубокое
место. Можете идти.
Спорщики, злорадно поглядывая друг на друга, удалились в сопровождении Захара.
— Что у нас еще? — спросил Антип у Софрона,
но тот не успел ответить.
Слева от Медведева в проход, специально оставленный между телегами, влетел всадник. Спешившись в центре поляны, он направился к столу и, поклонившись, доложил Антипу:
— Он покинул Березки.
Антип сощурился.
— Ты совершенно уверен?
— Хозяин, — с обидой в голосе сказал прибыв
ший, — я все утро наблюдал из дубравы напротив
дома и своими глазами видел, как он собирался в
дорогу. Он поклонился сгоревшему дому и уехал в
сторону Картымазовки. Я вернулся и доложил те
бе об этом. Но ты не поверил и послал меня сно
ва. Так вот, я говорю, следы ведут в Картымазов-
ку. Он ехал то по дороге, то лесом, но я проследил
каждый его шаг, почти до самого брода. На обрат
ном пути дорогу, ведущую сюда, я осмотрел ар
шин за аршином — каждую пядь земли, каждую
кочку. Ни одна ветка не сломана, ни с одной не
стряхнута даже капля росы! Я не знаю, куда он по
ехал, но за одно ручаюсь, — в нашей стороне его нет.
Антип задумался.
— Это очень странно, — медленно произнес
он. — Ну-ка позови мне Якова!
— Да что ж тут странного?! — воскликнул. Соф-
рон. — Щенок получил предупреждение и понял,
что ему конец. Неужто ты полагаешь, что найдет
ся ненормальный, который вздумает в одиночку
бороться с таким отрядом, — ведь Картымазов на
верняка ему о нас рассказал. Зря ты не позволил
мне вчера поехать. Я с пятью ребятами справился
бы с ним в пять минут и привез бы тебе его голо
ву. Уж очень мне хочется рассчитаться с ним за
Терентия и Анисима.
Антип посмотрел на Софрона и глубоко вздохнул.
— Кажется, ты метишь на мое место, Софрон, а
между тем тебе следует еще многому поучиться.
Иначе не сохранить тебе хорошего отряда боль
ше года и не сносить собственной головы. Скажи
мне, сколько людей было у того же Терентия, ко
гда он хотел остановить этого, как ты говоришь,
щенка, у ручья и, как всегда, сдуру не разобрав
шись, начал размахивать ножом? Семеро? То-то
же. Терентий вчера помер, так и не придя в созна
ние, а Анисим еще долго будет лежать и стонать, в
то время как новый хозяин Березок не получил
ни одной царапины! А ведь Терентий с Анисимом
были здоровые крепкие мужики, надежные в лю
бой стычке, сильные и смелые — каждый Из них
быка мог повалить. Неужели ты еще не понял, что
мы, быть может, впервые за все эти годы имеем
дело с очень опытным и дерзким противником. Я
не позволил тебе вчера ехать, потому что по
нял —- из твоих пяти людей в лучшем случае вер
нулись бы двое ни на что не пригодных калек, и
так день за днем наш отряд растаял бы, как этот
весенний ручеек, который еще вчера утром бурлил мощным, потоком, а сегодня — взгляни! — от него осталось лишь сухое русло и тонкая ниточка воды»
Софрон глянул под ноги и упрямо мотнул головой.
— Можно было напасть всем отрядом ночью.
Неужели ты всерьез думаешь, что он в состоянии
нам противостоять? Ну, потеряли бы пять человек,
ну десять, зато надолго показали бы всем, кто
здесь хозяин!
Антип печально покачал головой.
— Очень плохо и неправильно ты рассуждаешь, Софрон. Допустим, мы покончили бы с ним,
потеряв десяток человек. А через месяц сюда
приедет другой такой же. Я догадываюсь, к чему
дело клонится, и, сдается мне, чую московские за
мыслы. Плохо дело, Софрон, ой как плохо! — по
хоже, здесь воняет политикой. И если мы хотим
сохранить свои головы на плечах, надо убираться
отсюда как можно скорее и как можно дальше!
Ибо политика, дружок ты мой бесценный, это те
бе не разбой на большой дороге — это куда по-
страшней.
Софрон пожал плечами и покачал головой в знак того, что не разделяет и не понимает этих опасений.
Вдруг перед Антипом, будто вынырнув из-под земли, появился странного вида худощавый молодой мужчина в одежде из звериных шкур. Он стоял, робко опустив голову и переминаясь с ноги на ногу.
— Яков, — обратился к нему Антип. — Мигом в
Картымазовку, да узнай точно — там ли он, а если
нет, то проезжал ли по их землям. И немедля на
зад! Коня возьми!
— Нет, нет, не надо, хозяин, я так, — промямлил Яков и исчез в кустах.
— Я не верю, что он уехал… — тихо промолвил Антип, потом резко поднял голову и крикнул: —
Серапион!
Из смотровой щели будки на дубе тут же высунулось бородатое лицо:
— На месте!
— От Николая никаких знаков не было?
— Нет, хозяин. Только от монастыря белый
сигнал. Софрон ходил проверять.
— Кто это был? —обратился Антип к Софрону.
— Рыжий за деньгами приходил. Сказал, что па
ром на время закроют. Вчера была проверка — ка
кой-то посланец, будто бы от самого митрополита, нагнал на них страху.
— Вот как? — насторожился Антип. — Интерес
но: позавчера появляется новый владелец Березок,
который выглядит как мальчишка, а на деле ока
зывается опытным бойцом, вчера — неожиданная
проверка монастыря митрополитом, сегодня ,—
подозрительный монах с его тайнописью, — я
уже не говорю о совершенно нелепом похищении
дочери Картымазова — какой с него возьмешь вы
куп, он же не богат вовсе!.. Не слишком ли много
дивного и неясного вдруг стало случаться после
длительного затишья? Ой, чует мое сердце — од
ной цепи это звенья… Что-то хитрое здесь затевается…
В проходе между телегами показался Захар с золотой вазой в руке и крикнул издали:
— Обед готов! Сюда прикажете подать или со
всеми будете?
— Сюда! — сказал Софрон.
— Напротив — будем со всеми, — сурово возразил Антип.
— Как прикажете. — Захар протянул вазу. — Куда девать?
— В мою землянку, — приказал Антип и крикнул: — Варежка!
Из большой землянки выбежала девочка лет десяти и вприпрыжку подбежала к Антипу.
— Пойдем обедать, доченька.
Антип ласково обнял девочку здоровой рукой, и все направились через проход между телегами в сторону костров.
Захар скрылся в меньшей землянке, через минуту вышел оттуда без вазы, огляделся по сторонам и направился прямо к телеге, где прятался Василий. Медведев уже приготовился к худшему, но Захар остановился у соседней телеги, пошарил рукой под рогожей, раздобыл глиняную бутыль, отхлебнул несколько глотков, сунул бутыль обратно и бросился догонять главарей.
Через минуту поляна опустела. Василий оценил положение: прятаться в телеге становилось опасным…
Антип совсем не глупец — когда его следопытвернется из Картымазовкии доложит, что никакого Медведева там не было, поднимется тревога, а потом будет обшарен весь лагерь. Надонайти укрытие, из которого можно все видеть икоторое не будут обыскивать. Как учили отец иМикис? «Прячься на виду!» Такое место есть, однако занимать его рано — на поляну еще до начала обеда кто-то обязательно должен прийти.
Василий был прав. Это оказался Мерин. Он держал в руке дымящийся — очевидно, прямо с вертела на костре — жареный телячий окорок.