[Иллюстрация: Так представлял себе Вавилонскую Блудницу Рошегросс.]
Гораздо более яркий образ Инанны-Иштар попал в новозаветное визионерское «Откровение» («Апокалипсис»), написанное св. Иоанном на Патмосе примерно в 95 году нашей эры. В своем «Откровении» (17, 3–6) св. Иоанн Богослов пишет:
«…и я увидел жену, сидящую на звере багряном, преисполненном именами богохульными, с семью головами и десятью рогами. И жена облечена была в порфиру и багряницу, украшена золотом, драгоценными камнями и жемчугом, и держала золотую чашу в руке своей, наполненную мерзостями и нечистотами блудодейства ее; и на челе ее написано имя: тайна, Вавилон Великий, мать блудницам и мерзостям земным. Я видел, что жена упоена была кровью святых и кровью свидетелей Иисусовых, и видя ее, дивился удивлением великим».
Неподдающиеся подсчетам толкователи Библии, диапазон которых простирается от ученых до умалишенных, пытались расшифровать этот устрашающий образ, возникающий в конце времен. Но имел ли в виду св. Иоанн Богослов под Вавилонской Блудницей некое современное ему зло или метафизическую истину, или то и другое, в любом случае он, возможно, воспроизводил сложившийся образ Инанны-Иштар, которую ее последователи называли «матерью блудниц». Описание св. Иоанном Багряной Жены и дракона Левиафана, на котором она восседает, перекликается с вавилонским религиозным текстом: «Словно дракон ты залил землю ядом… Госпожа воссела на зверя».
Во многом схожая с Кали, Вавилонская Блудница Апокалипсиса символизирует изначальную женскую энергию созидательного хаоса, возвращающегося в конце времен. Обе богини воплощают собой потенциальную сексуальную неистовость, которая порождает универсум, возвращающийся под ее внушающее ужас владычество в свой смертный час. По мнению некоторых европейских герметистов, которые пытались читать Библию как зашифрованный алхимический текст, багряный цвет Жены из Апокалипсиса символизировал одну из фаз алхимической операции, называвшейся «Опус в красном». В 1584 году придворный маг королевы Елизаветы доктор Джон Ди и его помощник Эдвард Келли записали свои «Энохианские Эйры», где искаженный вариант имени Багряной Жены, Бабалон, впервые появляется в зашифрованном виде.
Именно под этим странным именем Инанна-Иштар-Астарта, первая известная в истории человечества богиня женской сексуальной магии, вернется через несколько столетий, чтобы занять место главного эгрегора западной сексуально-магической традиции.
[Иллюстрация: ГОТОС, демонический эгрегор Fraternitas Saturni.]
VI. Восточные тайны и сатанинские наслаждения. Путь левой руки и современное магическое возрождение
Подавляющее большинство современных европейских магических Орденов и учителей, о которых можно сказать, что они так или иначе оказали значимое влияние на формирование сексуальной магии пути левой руки, основывали свой авторитет на заявлении о том, что они переносят тайное азиатское или ближневосточное знание на Запад. Среди магов, о которых пойдет речь в данной главе, отметим следующих. Сексуально-магическое братство Теодора Ройсса Ordo Templi Orientis (уже в названии содержится намек на потаенный восточный источник); Г.И. Гурджиев и Е.П. Блаватская (они вдохновлялись тибетским буддизмом); П. Б. Рэндольф, утверждавший, что корни его эротической магии уходят в Сирию. Как станет видно, по большей части эти заявления — не более чем романтичные мифы; однако именно тогда подкрепленные аргументами легенды, касающиеся тайной сексуальной мудрости Востока, впервые открылись богатому и восторженному воображению магов из развитых стран начала двадцатого века. Склонность западных напускных мудрецов 19-го века рядить свои знания в восточные одежды, среди прочего, исходит из того исторического факта, что несколькими столетиями ранее Европа через исламский мир подверглась гигантскому влиянию восточной магии. Такие течения как алхимия, трубадурская традиция и герметическая магия возникли благодаря контактам с арабскими учеными.
Складывается впечатление, что западные маги с гораздо большей понятливостью усваивают концепцию сексуальной инициации, если та была заимствована из какого-либо экзотичного отдаленного места. И сегодня мы сталкиваемся с аналогичным явлением; хотя шарм загадочного востока несколько померк с появлением массового туризма, телевидения и Всемирной Паутины. По сей день жаждущие тайн куда более охотно приобщаются к откровениям, полученным медиумами от утонувших атлантов или внимают посланиям внеземных цивилизаций.
Тем не менее, первые свои шаги в западном направлении Восточная темная волна сделала весьма и весьма прозаично. Малопривлекательная группка посланников в первый раз перевезла знание о традиции истинного пути левой руки, полученное из первых рук, из Индии в Англию, оттуда оно распространилось по всей Европе и дошло до Нового Света, подчас принимая совершенно причудливые гибридные формы. В середине девятнадцатого века правящие колониальной Индией британцы готовили клику христианских миссионеров с целью ввести законодательство, делающее уголовно наказуемыми практики Тантры, в особенности «варварский» путь левой руки, ее сексуально-магическую ветвь. Оказывали активную поддержку запретительному движению и многие индусы-выходцы из благородной пуританской варны брахманов. Они издавна видели в еретических методиках тантры левой руки, отвергающих иерархию каст отвратительную профанацию ведических законов. В обстановке такого давления «прижатые к ногтю» круги последователей Вама Марги были вынуждены отправлять свои ритуалы в секретности даже большей чем ранее.
И тут на сцену вышел Эдвард Селлон (1818–1866), молодой офицер британской армии, любитель порнографии и достаточно известный знаток области табуированной сексуальности. Попавшего в Индию в шестнадцатилетнем возрасте Селлона заинтриговали слухи о полуночных ритуалах каулы и священных празднествах во славу вина и женщин во время тайного ритуала пяти Ма. С помощью слуги-индуса Селлон сумел завоевать доверие каула чакры и лично наблюдать то, что он, вполне в духе викторианской смеси развращенности и морализма, описал как «крайне распущенные» групповые оргии, связанные с культом Шакти. Некоторые комментаторы выдвинули версию, что молодой Селлон впервые узнал, что такое секс, именно в обстановке одного из ритуалов пути левой руки; однако об этом загадочном человеке сохранилось так немного биографических сведений, что, пожалуй, последнее предположение — из ряда гипотез.
Творчество Селлона, несмотря на обилие темных мест, сыграло большую роль в знакомстве Запада с путем левой руки. Судя по его работам, он, несомненно, получал из первых рук информацию о тантрической эротической инициации. Тем не менее, лишь спустя двадцать лет после своего возвращения в Англию, Селлон поделился тем, что стало ему известно о сексуальной энергии богини, имя которой он записал как «Сакти». В 1865 году он выпустил любопытную книгу о весьма оригинальных учениях, озаглавленную «Замечания о священных книгах индусов». Там он изложил свою теорию о том, что сексуальные ритуалы, до сих пор сопровождающие шактический культ, суть живое наследие некогда универсальной традиции сексуальной инициации, которая практиковалась древними египтянами, евреями — до того, как они стали монотеистами — и ассирийцами. Даже критикуя ряд тантрических практик за увиденные в них языческие пережитки, он приходит к выводу, что методы обретения просветления в пути левой руки продолжают традицию, «которая существовала за два тысячелетия до христианской эры… и доныне не утратила своей силы; это гностицизм Индии». Пытаясь прикоснуться к тайной сексуальной мистике, наполнявшей все древние религии, Селлон предлагает гипотезу, согласно которой фаллический лингам и вагинальная йони Индии идентичны генитальной символике, связанной с Изидой и Осирисом, наряду с прочими контрасексуальными мифологиями. В оргиях чакра пуджи Селлон видит далекие пережитки древнегреческих ритуалов, связанных с дионисийским культом.