ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Посольство к англичанам. Ответ хищников
Октав вернулся к себе от Сетевайо в возбужденном состоянии духа. Его так и подмывало обрадовать Питера Марица вестью о возможном в близком будущем прекращении его плена, но, опасаясь, что решение вождя зулусов может неожиданно оказаться неблагоприятным, он воздержался что-либо сообщить своему молодому другу. Однако тот заметил состояние Октава и спросил:
— У вас какие-то новости, господин Октав?
Трудно было Октаву удержать слова, которые доставили бы такое огромное счастье юноше, но он сделал усилие над собою и произнес с напускной сухостью:
— Не будь слишком любопытен, мой милый.
Утром рано Сетевайо прислал за Октавом гонца. Явившись тотчас к вождю, тот застал его в окружении свиты. У всех был торжественный и озабоченный вид. Рядом с восседавшим вождем стоял брат его Сирайо, командир армии, расположенной по границе зулусов с Наталем, где находилась главная квартира англичан. Как только француз приблизился к вождю, Сетевайо важным тоном обратился к нему:
— Выслушай, белый наш друг, мое решение. Сейчас, в твоем присутствии, я отправлю послом к англичанам моего родного брата, храброго Сирайо. Он получит при тебе указания, как говорить с англичанами. Ему будет приказано, не щадя сил, поскорее достигнуть назначенного места и поспешно вернуться к нам с ответом англичан. А как только он вернется, я отправлю второго посла к бурам, которого будешь сопровождать ты с другим белым.
"Хорошо, что я вчера ничего не сообщил Питеру Марицу", — промелькнуло в голове француза.
— Слушай меня, возлюбленный брат Сирайо, — продолжал между тем вождь зулусов. — Отправляйся немедленно в Наталь к англичанам и от моего имени передай их главному начальнику, что я хочу жить с ними в дружбе. Скажи ему, что я опечален ссорами, которые между нами происходят. Я хочу со всеми жить в мире. А для того, чтобы этого достигнуть, я предлагаю такие меры: пусть англичане прекратят увеличение численности войск и перестанут стягивать войска к границам нашей земли. Такое же распоряжение я отдам и моим армиям. Кроме того, я приму самые строгие меры, чтобы никакие набеги в Наталь из страны зулусов не совершались, а тех, кто в этом провинится, я буду беспощадно карать. Ты понял, брат Сирайо?
Тот молча поклонился.
— Теперь подкрепись пищей и ступай. Лети, как птица, возвращайся, как пантера. А ты, белый друг, ступай к себе и готовься отправиться в землю буров. Сирайо тебя не надолго задержит.
Октав поклонился и вышел. Он уже хорошо изучил обычаи зулусов и многое умел понимать по неуловимым намекам. Таким намеком в настоящем случае были слова вождя: "подкрепись пищей". Француз отлично знал, что когда нужно спешить, зулусы не тратят времени на принятие пищи, а едят на ходу. Он понял, что это был предлог для удержания Сирайо на некоторое время, чтобы дать ему дополнительные инструкции тайно от него, Октава. "Какая смесь хитрости и детской наивности", — с усмешкой размышлял француз, покачивая своей серебряной головой.
Его соображения были справедливы — как только француз удалился, Сетевайо обратился к брату:
— Всё, что я сказал тебе, передай точно начальнику англичан в Натале. Если ответ его будет для нас благоприятен, то ни о чем больше говорить тебе с ним не следует. Но если ему будет мало того, что я предлагаю англичанам, добавь следующее: вождь зулусов Сетевайо велик и могуч. Он всегда был другом англичан и помогал им бороться с их злейшими врагами — бурами. Одолев буров и соединившись с зулусами, англичане будут полными владыками всей Африки. У Сетевайо будет всегда наготове могучая армия в тридцать тысяч воинов, из которых половина вооружена ружьями. Пусть подумают англичане, что им выгоднее: драться против этой армии или вместе с этой армией драться против буров? Я всё сказал. Поспеши.
Октав видел, что Сирайо почти вслед за ним ушел от Сетевайо, и он еще больше убедился, что Сирайо получил дополнительные инструкции, а не подкреплял свои силы пищей. Но ему ничего больше не оставалось, как выжидать.
Ждать пришлось более месяца. За это время положение зулусов несколько улучшилось: прошли обильные и продолжительные дожди, поля и луга, как по волшебству, зазеленели, скот быстро отъелся, падеж прекратился, и население приободрилось. Сетевайо повеселел и принял прежний гордый вид. В беседах с Октавом он не раз выражал твердую уверенность, что англичане не осмелятся отвергнуть протянутую им руку мира.
Долгожданный день наконец наступил: в хижину к белым примчался гонец с требованием, чтобы Октав немедленно явился к вождю. Француз поспешил на зов и застал Сетевайо в торжественном окружении всей свиты, важно восседающим на кресле из слоновой кости. Рядом стоял только что возвратившийся Сирайо. Перед вождем красовалась небольшая деревянная шкатулка, на которую все присутствующие взирали с жадным любопытством и нетерпением. Лицо вождя выражало, сверх того, явное раздражение.
— Я нуждаюсь в твоей помощи, — обратился он к белому. — Я отправил к англичанам своего родного брата, а они взамен прислали мне не человека, а бумажку. Погляди, что в ней сказано.
И, вынув из шкатулки, он протянул Октаву объемистый пакет. Письмо гласило:
— "Служба ее величества королевы. Генерал-губернатор Капланда и верховный комиссар пограничной области сэр Бэртль Фрер — вождю зулусов Сетевайо. Правительство ее величества уведомляет вождя Сетевайо, что данное им брату его Сирайо поручение выполнено последним. Сэр Бэртль Фрер благодарит Сетевайо за выраженные им дружбу и доброжелательство правительству ее величества и надеется, что за этими словами дружбы последуют поступки, которые подтвердят их на деле и укрепят дружественные отношения между страной зулусов и Наталем.
К сожалению, подобного рода поступков не наблюдается. Как раз наоборот: в последнее время наблюдаются поступки враждебного свойства. Так, например: вооруженные зулусы переходили реки Нижнюю Тугелу и Буффало, нападали на пограничных жителей, состоящих под покровительством королевы, и угоняли их скот.
Сэр Бэртль Фрер далее указывает, что вождь зулусов Сетевайо, к сожалению, обнаруживает незнакомство с законами Англии, на основе которых управляются британские владения в Южной Африке. Вождь зулусов Сетевайо предлагает правительству Капской колонии военный союз против трансваальских буров, в то время как буры Трансвааля являются верноподданными ее величества королевы Англии, состоящими под ее защитой.
Британскому правительству давно известно, что вождь Сетевайо притязает на область Утрехт, но раз навсегда он должен знать, что эти притязания никогда не осуществятся..."
Дойдя до этого места, Октав прервал чтение и перевод письма: вождем овладел припадок яростного гнева, который грозил задушить его. Рука его судорожно сжимала палицу из слоновой кости, точно он собирался поразить ею чтеца.
— Овладей своими чувствами, Сетевайо, — обратился к нему Октав, — иначе ты не уловишь содержания письма...
— Продолжай! — крикнул Сетевайо. — Я до конца хочу узнать, чего надо этим собакам!
![Питер Мариц — юный бур из Трансвааля Pic_03.jpg](https://litlife.club/books/98965/read/images/Pic_03.jpg)
— "...Генерал-губернатор и верховный комиссар стремится к миру с вождем зулусов, потому что лишь в этом случае будет обеспечено процветание как британских, так и зулусских владений. Но поведение Сетевайо внушает сомнения. Для чего Сетевайо держит у границ британских владений сорокатысячную армию в боевой готовности, беспрерывно усиливая ее вооружение? Это тревожит правительство ее величества и является вечной угрозой миру.
А посему, в целях достижения мира и подтверждения дружественных чувств, выраженных вождем зулусов Сетевайо, правительство ее величества делает ему следующие предложения.
Во-первых, пусть Сетевайо вступит в переговоры с генерал-губернатором и верховным комиссаром относительно сокращения своей армии.