3. Рондо-брейк
Ребята осторожно пробирались по обочине тропки. Гигантский дисплей снова выплыл откуда-то издалека и, словно туча, низко навис над унылым пейзажем. Его мерцанье — словно зловещее свечение предгрозовой тучи. Они всё ещё надеялись выбраться на дорогу, которая выведет их из «окривевшего кольца», а там — может, даже к шоссе в сторону Неве-Меирии. Но перед ними уныло и зловеще продолжал маячить гигантский экран — и вдруг неожиданно вырос перед ребятами, целиком заслонив горизонт. Казалось — стоит протянуть руку, и она упрётся в мерцающее холодом стекло, за которым заключено в рамку неведомое пространство, внутри которого они самым непостижимым образом оказались и даже не поняли, как и когда это случилось.
Над головами повис дорожный столб-указатель, на нём на разной высоте торчали в разные стороны стрелки, указывающие направление. На одной написано: «Первый витковый тупик — переход через Вихревой перевал, Радужные Дюны — в гости к Задумчивым Страусам». На другой стрелке: «Долина Биц-Боц — желающим посетить её выдаются напрокат флайерплейты». Было очевидно, что через «долину Биц-Боц» можно было на флайерплейтах попасть в «Полусухое Море-Окуянь». Что это означало, было непонятно. Им тонко намекали, что именно там находится Второй витковый тупик, где проходят концерты и музыкальные Турниры. («Интересно, теперь-то кто у них с кем соревнуется — ведь они стали непререкаемыми победителями и законодателями музыкальной моды!» — с кривой ухмылкой обронил Шмулик.) Самая длинная стрелка, разместившаяся на самом верху столба-указателя, показывала направление на «матч по флай-хоккею на флайерплейтах».
Ирми сказал: «Всё! Приехали… Выбор без выбора: все направления одинаково дикие и ведут в одно и то же никуда». — «А почему выбор без выбора?» — спросил Ноам. «Ну, так уж… — неопределённо пробормотал Ирми, махнув рукой. — И назад дороги нет — это мы уже проверили…» Ренана спросила, исподлобья поглядывая на Ирми: «А куда, как ты думаешь, нам теперь надо?» — «Что значит — куда?! Всё туда же: искать выход отсюда. Моя задача — вывести вас всех отсюда без потерь! А попутно — найти Хели с Максом. У нас с ними тут ещё достаточно дел. Как я понимаю из данных нам указаний, чтобы выйти из «Цедефошрии», надо пройти через неё. Другого выхода нам всё равно не оставили… Заодно и проверим кое-что…» Он улыбнулся и подмигнул Ренане, словно говоря: «Не унывай, всё будет тип-топ!» Но на её лице оставалось тревожное и несчастное выражение. Ирми протянул руку и погладил девушку по плечу, она подняла голову и снизу вверх умоляюще посмотрела на него: «Ирми, я с тобой… с вами… куда бы вы не…» — «Но сейчас-то мы все вместе: и братишки с тобой, и подруга…» Шмулик пристально глядел на экран и неожиданно задумчиво произнёс: «Мне кажется, что развилка с указателями разных направлений — приманка-обманка. На самом деле это одна и та же дорога…» — «Точно, братишка: мне тоже так показалось!» — кивнул озабоченно Ноам. «Это просто реклама, пакет аттракций, предлагаемый «Цедефошрией», и за весь пакет в любом случае с клиента возьмут деньги целиком…» — мрачно процедил Ирми. — «То есть — как?» — «А вот так! — огрызнулся Ирми и пояснил: — «Цедефошрия» — это гигантская аттракция как бы мирового уровня. Помните, на входе на Турнир, на контроле, главе семьи вручалась магнитная карточка? Это ловушка…» — «А-а-а… — тихонько вскликнул Ноам. — Кажется, я понял. Карточка осталась у папы. Если они нас ещё не вычислили…» — «Похоже, что нет, если речь идёт о семействе Дорон. И вообще, мы ещё нигде никаких карточек не отмечали и не видели мест, где это можно сделать…» Рувик, снова украдкой оглянувшись на Ширли, заметил: «А может, весь вопрос в том, какое направление мы выберем первым, чтобы выбраться из этого гнилого места…
Что-то душа у меня не лежит к Радужным Дюнам! Мало нам голову морочили всякими радугами? Радужным устьем манит дураков «Цедефошрия»!.. До чего же эта дурацкая струя похожа на бензин, разлитый по асфальту! Вроде бы посветлее, зато и более вонючая… Наверно, издали она иначе выглядит, ну, а мы-то её видим близко!.. А кто такой Задумчивый страус? Наверно, научит голову в песок прятать, чтобы ничего не видеть и не слышать». Ренана кивнула: «Точно!.. Дюны, да ещё и Радужные… они затянут, сами не заметим, как…» Ирми тихо и медленно проговорил: «Короче, друзья, любой путь — в одно и то же «никуда». Значит, просто бросим жребий — и пойдём… Ну, а защищаться будем по-нашему… Ницафоны у всех заряжены? Давайте по дороге подзарядим! «Типуль-нимрац», музыку!»
Друзья осторожно шли по еле приметной бугристой тропке, стараясь не оступиться и не попасть в позванивающий и ощутимо пованивающий ручей, по самой серединке которого во всей своей болотно-радужной красе бесстыдно вихляла струя подобающей цветовой гаммы. Ирми держал в руках ницафон, поглядывая на маленький экранчик.
Ноам, сжимая в руках ницафон, рассеянно поглядывал по сторонам. Вдруг почуяв лёгкое нежное позванивание прибора, он уставился на него и насторожился: было что-то необычное в лихорадочной пульсации такринатора. Он вытянул его до отказа, по маленькому экрану побежали строки. Он тут же прошипел близнецам: «Пойте!
Немедленно! Все в сторону… Да не в ту — там струя! — а напротив!» — и легонько подтолкнул Цвику с Нахуми. Ренана с силой потянула Ширли за собой, толкнула её в заросли колючек. Они даже не заметили, как колючки царапают кожу, перекатились и плюхнулись на крохотный участочек мягкой земли среди колючек. Рувик затянул, подыгрывая на гитаре: «Ты, В-вышний, подобно огню…» Вступил Нахуми, подыгрывая Рувику и подпевая, Цвика вторил на флейте, Шмулик на угаве. Красивая мелодия понеслась над местностью с неописуемо диким рельефом.
Ширли не смогла удержаться и почти шёпотом начала подпевать. Ноам пристально смотрел на экран, едва шевеля губами, читая мелькающие строки. И тут же пробежал пальцами по клавишам. Такринатор продолжал мелко подрагивать.
Ирми шёл немного впереди и поначалу ничего не заметил и прошёл ещё несколько шагов. Услышав тревожный мотив, остановился и оглянулся. Его поразило отчаяние на лице Ренаны, и он тут же прыгнул в центр группы. Ренана вовремя успела накрыть всех своей огромной шалью и сама, дрожа, забралась под неё. Пока Ноам вчитывался в надпись, выскочившую на маленьком экранчике, ребята, открыв рот от неожиданности, взирали на пролетавший мимо них экспресс «Хипазон», словно бы парящий над землёй, почти не касаясь её. По идее, трасса экспресса не должна пересекаться с пешеходными тропками для любителей пеших прогулок (или для «неудостоенных» чести путешествовать на экспрессе). Неужели экспресс сбился с пути? Ведь в мире виртуального счастья, в «Цедефошрии», таких непредвиденных ситуаций быть не должно по определению! Странно, действительно странно!..
Ноам вгляделся в экспресс, грохочущим вихрем проносящийся мимо. В огромных окнах вагонов сверкали разноцветные блики, оттуда неслись раздражающие пронзительные звуки, вызывающие знакомую по силонокуллу ассоциацию со спуском по крутой резьбе вкручивающегося в металл винта. Он поднял голову, по его лицу разливалась бледность, и шёпотом закричал: «Мальчики! Пойте, играйте, не останавливайтесь!
Шмулон, где угав? Чёрт возьми, без пауз! Девчата, читайте «Шма»… — он слабо улыбнулся Ширли, тут же обернувшись к мальчикам: — Закройте девчат, ну же, закройте!» Шмулик издал каскад тревожных «труа», потом рассыпался грозной трелью «шварим».
Экспресс пронёсся мимо, затихли сверлящие пассажи силонофона. Ширли отняла руки от головы и отёрла пот со лба: «Хорошо, что ребята пели и играли! Спасибо, мальчики! Спойте ещё что-нибудь, пожалуйста… Это… э-э-э… вроде как… мелотерапия… Ренана, можно пару глотков воды?» Шмулик заиграл, а Рувик с Цвикой и Нахуми затянули свой любимый 23-й псалом: «Даже долиною смертных теней проходя…» Ренана поднесла к губам Ширли, на щёки которой медленно возвращался её смуглый румянец, бутылку с водой. Ширли благодарно взглянула на неё, перевела взгляд на четвёрку музыкантов, потом немного смущённо глянула на Ноама и глотнула из бутылки: «Всё, всё, всё!.. Спасибо! Оставь на всех. Мне хватит…» Ноам улыбнулся ей ободряюще и сочувственно и сказал: «Ну, будем надеяться, он не скоро вернётся сюда…» — «Да и мы уже будем далеко отсюда! Похоже, путь свободен», — кивнул Ирми, не сводя глаз с экранчика ницафона. Маленький отряд снова двинулся по бугристой тропке, то и дело ныряющей в неглубокую топь. Ширли улыбнулась близнецам и проговорила: «Вам нужно беречь силы и голоса для серьёзных случаев. А сейчас опасность миновала…» Мальчики кивнули и принялись запихивать инструменты в чехлы.