То, что его подруга оказалась Богиней, отнюдь не радовало. Значит она знала обо всем с самого начала и находясь рядом с ним просто направляла его к тому, что надо было ей… им, там наверху. Так неприятно ощущать себя игрушкой в чужих руках. Пусть даже эти руки принадлежат такой приятной во всех отношениях особе. К тому же еще и угораздило влюбиться. И в кого — в Богиню! У дрианорца защипало в глазах от злости. Разве была она способна на такие же чувства по отношению к нему, простому смертному. Она просто с ним играла, используя в своих целях.
Размышления юноши прервал тихий скрип открывающейся двери. На пороге стояла Сианелла. На ней уже нет сверкающих доспехов, она одета в облегающее платье, золотое с синим. Дрианорец посмотрел на нее и отвернулся. Девушка подошла к кровати и села рядом.
— Уже и разговаривать и даже смотреть не хочет, — неожиданно весело сказала Богиня. — И что я такого сделала, чтобы ты на меня обижался?
— Что сделала?! — повернулся дрианорец, его прорвало и слова полились потоком. — Ты все знала еще с той встречи в Темнолесье! Зачем нужен был этот маскарад?! А слова о твоей любви?.. Теперь я понимаю, почему ты говорила, что никогда не выйдешь замуж…
В эту минуту Айдорн даже забыл, с кем разговаривает.
— Ну и что, что знала. Я вообще много чего знаю, — спокойно ответила Сианелла. — И что с того, что притворялась смертной?
— Можно было рассказать обо всем с самого начала, — резко ответил дрианорец. — Раз уж вы там, наверху, выбрали мне роль, то почему я о ней должен узнавать последним?
— Во-первых, никто для тебя этой роли не выбирал. Ты просто подходил больше всего и все должен был делать сам, — ответила девушка. — Да и потом, если бы я тебе все рассказала, как бы это выглядело? — Богиня улыбнулась. — Прихожу я к тебе и говорю: вот я такая, Сианелла Повелительница Драконов, ты должен меня слушаться и прочее и прочее. Да расскажи я тебе, об этом тут же узнали бы твои друзья. Но это еще полбеды, потому что об этом прознал бы и Сартор…
— Ну и что, — сказал все еще обиженный Айдорн.
— А то, что он действовал бы совсем не так как сейчас. Снова появились бы драконы Тьмы и другие иномировые создания, подчиняющиеся Черному Магу. И тогда Ванар погряз бы в пучине новой Великой войны.
— Хорошо, — сказал Айдорн, сдавая позиции. — А как насчет всего остального?
— Не надо укорять меня, — продолжала девушка. — Решения ты принимал сам. Хочешь, можешь и сейчас уйти куда угодно. На Драконе ты быстро доберешься до любого уголка Ванара.
— А как насчет… — начал было дрианорец, но Сианелла его перебила.
— Хотел спросить: как насчет нас? — первой задала вопрос девушка и получив утвердительный кивок, сама же ответила. — Я же тебе говорила, что никогда не смогу выйти замуж.
— Значит, ты меня действительно не любишь, — печально произнес Айдорн, привставая с ложа. — И все твои слова о любви тоже были ложью.
Он увидел, что всесильная Богиня смутилась и покраснела. Ответа дрианорцу пришлось ждать несколько минут.
— Я ведь сказала тебе лишь то, что не могу выйти за тебя замуж, — сказала Сианелла неожиданно тихо. — А о том, что я тебя не люблю — не говорила.
Айдорн сначала смотрел на нее непонимающим взглядом, потом сгреб в объятья и прижался к ее губам. Богиня ответила на его поцелуй, но через некоторое время легко отстранилась из объятий могучего воина.
— Ты хоть понимаешь, что я только что тебе сказала?! — спросила она в притворном гневе.
— Да! — сказал, радостно кивая, Айдорн. — Ты сказала, что любишь меня.
— Это виновато смертное тело, — произнесла Богиня, говоря сама с собой. — Такого еще никогда не случалось ни с одним из нас. — Сианелла обратила внимание на улыбающегося Айдорна. — Чего ты смеешься?! Ты понимаешь, что я… Я впервые за несчетные года не знаю, что мне делать!
— Но тебе ведь нравится? — спросил дрианорец, обнимая девушку.
— Да, — ответила Сианелла. — Но именно это мне и не нравится. Я чувствую, что слишком к тебе привязалась.
— Но в этом нет ничего плохого, — ободрил девушку дрианорец.
— Это тебе так кажется, — не согласилась Богиня. — Я рано или поздно должна буду вернуться в свой мир а ты останешься здесь.
— Но почему?
— Потому. Таков порядок вещей и не мне его нарушать. Ты найдешь себе девушку и скоро про меня забудешь. Но я то буду помнить тебя вечно. Вечно!
— Интересная все-таки штука жизнь, — сказал на это Айдорн. — Раньше пределом моих мечтаний было жениться на какой-нибудь девушке и жить себе тихо в маленькой лесной деревушке. Теперь же я встречаюсь с Богиней, да еще и учу ее как жить, — он обратился к Сианелле. — Зато будешь знать, что и смертные тоже кое на что способны.
— Ладно, переживу как-нибудь, — согласилась Богиня, потом сменила тему. — Раз обвинения закончены, поговорим о том, что ждет нас в ближайшем будущем.
— Я обучаюсь на Мага у твоих Драконов, потом вызываю на бой Сартора. И все, — сказал Айдорн.
— Не совсем так, — ответила ему Сианелла. — Не забывай, что темный эльф учился у самого Властелина Тьмы. И хотя мне далеко до Тхайрока, я все же дам тебе пару уроков, чтоб было чем удивить Черного Мага.
— Кстати, а почему именно ты спустилась на Ванар? — спросил дрианорец, обрадованный перспективой занятий с Богиней. — И почему открылась мне только сейчас?
— Во-первых, потому что Драконы — мои дети и никто не знает их лучше меня. Во-вторых… ты мне просто понравился, — ответила Сианелла. — А стала самой собой я только на этом острове все по той же причине — из-за Сартора. Остров защищен такими заклятьями, сквозь которые Черному Магу никогда не пробиться, сколько бы ни пытался.
— Когда же мне начинать обучение? — поинтересовался Айдорн.
— Вот завтра и начнешь, — ответила девушка с улыбкой. — Пока передохни — впереди тяжелые трудовые будни.
Сианелла собралась уходить, но осмелевший дрианорец не отпустил ее… Свет в комнате погас сам собой.
На следующее утро Богиня подняла Айдорна чуть свет. Теперь дрианорец не удивлялся, почему она все время вставала раньше него — она вообще во сне не нуждалась. Сианелла позвала одного из Драконов и он быстро доставил ее и Айдорна в знакомую огромную пещеру. Трона там не было, не было и такого количества Драконов как в первый раз. Рядом со входом сидели всего три: два Синих и один Золотой. Это были старейшие в своих родах. Сианелла отпустила того, который привез ее и дрианорца и обратилась к трем оставшимся.