Сайф рассмеялся и сказал:
– Нет, не боюсь, а собираюсь зажарить его на костре и съесть.
– А что он сделал тебе дурного? – спросили великаны.
Сайф ответил:
– Он-то не сделал нам ничего дурного, но мы проголодались, а его мясо подкрепит нас. Если вы хотите выкупить его и спасти от гибели, то принесите нам еды и питья.
Тогда великаны стали просить Сайфа:
– Погоди, не режь его, мы пойдем и скажем царю.
– Поспешите, а то я не стану ждать, – отвечал Сайф, – если вас долго не будет, я зарежу вашего барана.
Тогда великаны со страшным шумом побежали к своему царю, вопя и крича:
– Помоги нам, царь!
Царь спросил:
– Что с вами случилось?
– Этот малорослый человек, которого мы хотим захватить и убить, – ответили великаны, – вознамерился убить нашего великого бога и погрузить нас в пучину унижения и гибели.
Царь вскочил на ноги и снова сел, от великого гнева он пенился и кипел. Он спросил воинов:
– Как же он решился на такое гнусное дело?
– Он говорит, что он и двое других голодны и хотят съесть нашего бога. Если ты дорожишь нашим богом и опасаешься за него, пошли им от себя еды и питья.
Услыхав это, царь великанов тотчас отправился к храму и, подойдя к нему, спросил царя Сайфа:
– О малорослый, почему ты хочешь убить нашего бога и навлечь на нас его гнев?
А Сайф тем временем связал барана, повалил его и поставил ногу ему на шею. Услыхав слова царя великанов, он ответил ему:
– О царь, по-моему, будет лучше, если этот баран умрет. Он не достоин поклонения, ведь он не наделил пищей ни меня, ни тех, кто находится со мной, мы проголодались и хотим пить, и если ты не прикажешь, чтобы нам принесли поесть, я зарежу его, и все тут.
– Сейчас тебе принесут еду и питье, и ваши бедствия кончатся, – ответил царь и, обернувшись к своим воинам, сказал:
– Принесите им еды на десять дней.
– Слушаем и повинуемся! – ответили те.
Слуги бросились во все стороны и принесли пленникам муку, молоко, масло и много другой еды, а еще принесли пресной прохладной воды, наполнив все сосуды и кувшины. Царь Сайф, Шама и Гайлуна поели, а потом Сайф сказал царю:
– Знай, что твой бог голоден и печален, прикажи принести ему мяса.
– Слушаю и повинуюсь! – ответил царь и приказал принести сорок цыплят.
Так они провели несколько дней, пока не съели всего, что у них было, тогда Сайф сказал Гайлуне:
– Приведи мне барана.
Гайлуна привела барана на крышу, и великаны снова стали кричать:
– Не убивай его! – а Сайф отвечал им:
– Я хочу есть.
– Слушаем и повинуемся! – ответили они, и с тех пор это вошло в обычай: всякий раз, как у Сайфа кончалась еда, они приносили ему новые запасы. Так прошло полных два месяца, и всем надоела такая жизнь. И вот однажды царь пожаловался своему везиру и попросил у него совета, а везир ответил ему:
– О великий царь нашего времени, вы поступаете не как мужчина: ведь вы кормите своих врагов, а они ничего не делают, спокойно пьют и едят да сладко спят. Какая же вам польза от этого?
– А что ты мне посоветуешь? – спросил царь. – Неужели я должен допустить, чтобы они зарезали и съели нашего бога?
– О царь, они не смогут убить бога, потому что, если они захотят причинить ему зло, он сумеет постоять за себя. Вот тебе, царь, мой совет: когда они снова потребуют у тебя еды, скажи им: «Я не дам вам больше ничего, вы все равно не сможете убить нашего бога, он этого не допустит, а если он позволит, убейте его!» И знай, о царь, что бог может обрушить на них гром и молнию с неба и погубить их всех, до последнего. Пусть они делают что хотят, а ты их не бойся! – ответил везир.
Царь воскликнул:
– Ты прав, везир, ты лучший друг и советник, ведь наш бог не допустит к себе никого, ни малого, ни великого, и сам сумеет постоять за себя.
На том они и порешили.
И вот однажды, когда у Сайфа и тех, кто был с ним, кончилась еда, Гайлуна, как обычно, привела барана на крышу, а Сайф крикнул великанам:
– Принесите нам еды, или я зарежу вашего бога этим острым мечом!
Но никто ему не ответил. Сайф, удивившись этому, крикнул:
– Эй, вы, язычники, поклоняющиеся барану, принесите мне еду, не то я зарежу вашего бога и навеки погублю его!
Услышав эти слова, приближенные царя великанов поспешили к нему и сказали:
– О царь, знай, что этот чужестранец хочет зарезать нашего бога и погубить его.
– Сейчас я пойду к нему, – ответил царь.
Он отправился к храму и крикнул Сайфу:
– О безумец, ты полагаешь, что наш бог даст себя убить? Этого не будет никогда! Попробуй только причинить ему вред, и он воздаст тебе за это по заслугам, наслав на тебя гибель и самую страшную смерть.
![Жизнеописание Сайфа сына царя Зу Язана i_036.png](https://litlife.club/books/93664/read/images/i_036.png)
Сайф воскликнул:
– Все эти слова ни к чему. Если ты не принесешь мне еды, я дам волю своему мечу, зарежу этого барана, потом изжарю его на огне и съем, а сам останусь в полном здравии. Так оставь же пустые разговоры, о царь.
Но царь ответил:
– Я не пошлю вам ни еды, ни питья. А если ты думаешь, что можешь убить нашего бога, попробуй!
Услышав такой ответ, Сайф крикнул царю великанов:
– Вы просто лжецы, и ты, и твой народ, и все ваши друзья! Знай, что этого барана можно убить и съесть, но ему нельзя поклоняться, и богом его считают только неразумные невежды вроде тебя. Сейчас я покажу тебе, как я поступлю с вашим бараном.
С этими словами Сайф повалил барана и зарезал его прямо на крыше храма. И баранья кровь потекла по стенам и пролилась на головы великанов, а горе их не имело границ.
Увидев это страшное дело, царь великанов закричал так, что потрескались камни и повалились деревья:
– Сейчас земля поглотит тебя, сейчас небеса низвергнут на тебя молнию, и ты сгоришь в страшных мучениях, сейчас ты ослепнешь и познаешь горе!
Но Сайф ответил:
– Ты лжешь, и в твоих словах нет ни капли истины. Клянусь Аллахом, если бы ты поднялся ко мне, я зарезал бы тебя, как этого барана, или сделал бы с тобой что-нибудь похуже!
Услыхав эти слова Сайфа, царь великанов обезумел от горя и гнева и крикнул своим воинам:
– Нападайте на них, ломайте дверь, пускайте в них острые стрелы, бейте их рассекающими тело мечами, без пощады сражайтесь с врагами! Не оставляйте их, пока не приведете ко мне, чтобы я мог их своими руками убить, пылающий огонь мести потушить и сердце успокоить.
– Слушаем и повинуемся! – ответили воины, потом вскочили на коней, взяли мечи и копья, наполнили колчаны стрелами и стали бить дубинками в дверь храма, пытаясь ее сломать, но не могли сделать этого из-за камней, которыми дверь была завалена изнутри. Тогда одни воины стали карабкаться на стены при помощи крюков и лестниц, а другие пытались разрушить их мотыгами и острыми палками.
Сайф сказал Гайлуне:
– Убери камни!
И Гайлуна спустилась в храм и отвалила камни от двери. Когда воины царя увидели, что дверь открылась, они хотели ворваться в храм, но Сайф стал у двери с мечом в руке. А за это время Шама успела развести огонь и поджарить барана. И едва враги ворвались в храм, Сайф стал убивать их своим острым мечом, а Шама подавала ему куски поджаренного бараньего мяса, так что Сайф одной рукой удары мечом наносил, а другой – мясо ко рту подносил. Головы врагов катились, как шары, отрубленные руки падали, как листья с деревьев во время засухи и жары, а кровь текла на землю, словно потоки дождя. Сайф разрубал пополам каждого, кто входил в храм, но враги теснились у дверей толпой. А Гайлуна хватала в каждую руку по великану и ударяла их лбами один о другого, так что оба падали бездыханными трупами.
Так продолжалось некоторое время, и вот Гайлуна покрылась ранами, а царь Сайф, которого окружили враги, тоже был весь изранен, но продолжал сражаться, подобно свирепому льву пустыни. А Шама стояла позади них, держа на руках сына, она была испугана сражением и молила бога о спасении. По ее щекам текли слезы, она прижимала к себе беспомощного младенца, своего сына, и глядела на то, как царь-Сайф разил толпившихся перед ним врагов, ужасая их своим боевым кличем. Сайф и Шама страдали от голода и жажды, потому что не успели насытиться и у них не было воды, только Гайлуна не чувствовала голода, потому что стала пожирать убитых ею врагов, как она делала раньше в Долине гулей. Так они сражались, пока Сайф не обессилел и не понял, что их гибель близка.