– Я нашел этого маленького человечка у воды, он, наверное, утонул.
А другие джинны ответили ому:
– Оставь его у ворот дворца, пусть он придет в себя.
Джинн-великан поглядел на Сайфа, а потом поставил на землю у ворот дворца, и Сайф пробыл там около часа. Отдохнув и придя в себя, Сайф спросил маридов, куда он попал. Те ответили ему:
– Ты у нас, у джиннов. Вставай и входи во дворец! Если хочешь есть, мы дадим тебе еды и питья. Не беспокойся ни о чем, ты в безопасности, и тебе не грозит никакая беда ни от людей, ни от джиннов.
Тогда царь Сайф встал и, поминая имя божие, вошел во дворец. Дворец этот был убран разными шелками, парчой и златоткаными коврами, его стены покрывали великолепные рисунки и резьба, лестницы были сделаны из разноцветного мрамора, усыпанного крупными яхонтами, кораллами, изумрудами, алмазами и лазуритами. Дворец окружал большой сад, в котором росли разные плодовые деревья, дающие обильную тень и аромат. Посреди сада стоял невиданной красоты бассейн, украшенный изображениями птиц, зверей и людей. Одни из этих фигур были высечены из гранита, другие из мрамора, а третьи – из желтой меди, серебра и золота, и все эти дивные изваяния окружали бассейн, а изо рта у них струилась вода, журча подобно певчим птицам.
Насмотревшись на сад, царь Сайф прошел внутрь дворца и увидел, что он покоится на четырех позолоченных столбах, которые изумляли редкостной красотой и поражали великолепием. Дворец был украшен изображениями птиц и зверей, газелей и львов, высеченными из хрусталя разных цветов, а внутри стояло ложе можжевелового дерева, ножки которого были украшены червонным золотом и чистым серебром, а на ложе – маленький столик с блюдами, полными разнообразными изысканными яствами: жареной птицей и бараниной, печеньем и сладостями, описать которые невозможно. Рядом со столом стояли два больших кувшина чистой прохладной воды, от которой исходил аромат как от мускуса, и два кувшина с вином, один золотой, а другой серебряный, все усыпанные редкостными жемчужинами и крупными алмазами.
Тем временем царь Сайф сильно проголодался. Подойдя к столу, он сказал:
– Во имя Аллаха и с благословения Ибрахима, собеседника Аллаха! – и с этими словами принялся за еду и ел, пока не насытился, а потом напился воды.
Затем царь Сайф отправился к бассейну, омылся, совершил два земных поклона и прочел молитву из свитков Ибрахима, собеседника Аллаха, мир ему. Потом его сморил сон, и он успул, с надеждой на всеведущего Аллаха. Так он проспал до захода солнца, а проснувшись, не нашел возле себя никого. Он вышел из дворца и вновь стал осматривать сад. Там не было ни единого творения божьего, но вдруг Сайф услышал беседу стоящих у ворот джиннов, и один из них говорит другому:
– Много раз проходил я по берегу моря, находя там потерпевших кораблекрушение, но никогда еще не встречал никого, подобного человеку, которого мы привели во дворец.
А его товарищ отвечал:
– Пойди и расскажи о нем царице, а мы будем стоять на страже, чтобы этот человек не ушел.
И тот джинн ушел, а царь Сайф понял, что они не выпустят его из дворца, и сказал себе: «Я останусь здесь, пока они не расскажут обо мне своей царице. А когда я увижу ее, то спрошу, зачем здесь эти джинны-великаны и почему они подбирают потерпевших кораблекрушение. Ведь все это происходит по воле Аллаха!» Потом царь Сайф вернулся во дворец, наслаждаясь приятной прогулкой, роскошными покоями и вкусной едой, радуясь и веселясь. Он хотел было уснуть, когда к нему подошли джинны и сказали:
– О великий герой, иди к царице!
Сайф спросил их:
– А что это за царица?
– Владелица этого дворца! – отвечали джинны, и Сайф отправился с ними, не зная, кто они и кто их повелительница.
Они пришли к огромному дворцу, высоко вздымавшемуся к небесам, и этот дворец был еще красивее и богаче, чем первый, так что описать его невозможно. Сайф переступил через порог, и тотчас же к нему подбежали девушки-невольницы, говоря:
– Добро пожаловать, о великий герой, хвала Аллаху, что ты благополучно прибыл к нам!
Царь Сайф удивился их словам и поблагодарил их. Тогда девушки окружили Сайфа и взяли его под руки – а всего их было сорок девушек, и каждая из них была подобна луне. Поддерживая Сайфа под руки, они ввели его в зал, устланный разноцветными коврами, и усадили на высокий помост длиной в пять локтей, на котором было установлено сиденье из слоновой кости. Царь Сайф сел на него, а девушки встали перед ним двумя рядами. Одеты они были в роскошные платья и украшены драгоценными серьгами, браслетами и ожерельями, а стояли они перед царем Сайфом, положив руки на грудь в знак покорности. А царь Сайф смотрел то на девушек, удивляясь их красоте и стройности, то на убранстве дворца, дивясь его неописуемому богатству.
В это время в зал вошли еще сорок пленительных девушек, шли они по двое, а одна из них походила на луну среди звезд. Казалось, эта девушка сотворена Аллахом из живой воды и предназначена для того, чтобы услаждать взоры своими нежными щеками, томным взглядом, тонким станом и тяжелыми бедрами. Увидав эту красавицу, царь Сайф ибн Зу Язан встал ей навстречу, полагая, что это царица, владелица замка. Но девушка, подойдя к Сайфу, поцеловала его руки и спросила:
– О доблестный герой, ты подумал, что я царица? А ведь я лишь одна из служанок царицы и ведаю ее казной.
Услышав ее слова, царь Сайф удивился и сказал:
– Славен великий творец, создающий подобные творения и наделяющий их красой и всеми совершенствами, да погибнет тот, кто поклоняется другому божеству!
С этими словами царь Сайф снова уселся на трон, и все девушки встали рядами перед ним.
Вдруг в зал вошли другие сорок девушек еще прекраснее прежних. Царь Сайф посмотрел на предводительницу этих девушек и увидел, что она подобна сверкающему солнцу на ясном небе. И когда они стали приближаться к нему той плавной походкой арабских женщин, которая сводит с ума и похищает разум, царь Сайф хотел встать, но девушка-казначей усадила его, говоря:
– Не встречай ее так, как меня, ведь это не царица, а лишь одна из ее служанок, старшая над всеми невольницами. Если царица узнает, что ты встал, когда вошла ее служанка, она убьет ее и прольет ее кровь.
А та девушка тоже подошла к царю Сайфу поцеловала ему руку и села рядом с ним, в то время как остальные девушки встали в ряд перед царем, и он восседал окруженный девушками, восхищенный их красотой и прелестью. Сайф говорил себе: «А где же сама царица, неужели она прекраснее этих девушек?» Так царь Сайф сидел в неведении, в мечтах и размышлениях о царице.
Вдруг над его головой пронесся ветер и он увидел, что на землю опускается марид ужасного вида и отвратительного облика, с длинными руками, широкими плечами, с красными глазами и с мордой, как у слона, но только еще безобразнее. Нос этого марида был подобен бурдюку, пятки напоминали кожаные щиты, а рот походил на трубу. И когда невольницы увидели его, они все встали, дрожа от страха, а царь Сайф удивился еще больше. Этот марид приблизился, и царь Сайф увидел у него на голове троп из можжевельника, обитый листами червонного золота, украшенный крупными алмазами и устланный покрывалом, глядя на которое можно было подумать, что оно похищено из сокровищницы волшебника Махраша. А поверх покрывала восседала подобная сияющему солнцу девушка, красота которой могла бы сбить с толку праведника и внушить страсть отшельнику. Слово даю, всякий, кто увидит ее, будет околдован, к ней одной помыслами прикован!
И как только царь Сайф увидел ее, он погиб, пораженный ее дивным совершенством, и сказал себе: «Это уж, без сомнения, царица!» Потом Сайф встал на ноги, подошел к царице, помог ей сойти с трона, который нес марид, и, усадив на почетном месте, стал смотреть на нее, восхищаясь ее дивным совершенством. Потом он спросил девушек, стоящих перед троном:
– Кто эта царица?
– Эта царица – госпожа своего народа, и все царские сыновья стали ее слугами, – отвечали они.