Едва эти мысли промелькнули в голове скифа, как по другую сторону занавеса прозвучали слова:
— Иди и возвращайся быстрее, я буду ждать тебя!
Баллур едва успел перебежать зал и стать у выхода в спокойной позе стража, как из покоев Гиппия вышел Горгий:
— Скажи, почтенный страж, где здесь найти письменные принадлежности?
Скиф, скрывая ярость, ответил:
— Иди за мной, я отведу тебя к дворцовому писцу, там найдёшь всё, что тебе нужно.
Баллур повёл Горгия через длинный ряд слабо освещённых покоев, где редко попадались придворные тирана или воины-скифы из его личной охраны.
Заведя предателя в пустую уединённую комнату, Баллур воскликнул:
— Вот твоя награда, предатель!
Великан сжал горло доносчика, и Горгий свалился мёртвым. Спрятав его труп в нише окна, скиф покинул дворец тайным ходом, известным лишь воинам охраны. Теперь только быстрота могла спасти вождей восстания.
Пройдёт немного времени, и Горгия начнут искать. Его труп, без сомнения, найдут, исчезновение Баллура будет замечено. Сопоставив эти факты, тиран поймёт, кто и с какой целью задушил Горгия, и не станет ждать утра, чтобы схватить тех, кого успел назвать предатель.
В поисках убежища
Баллур проскочил сквозь городские ворота в тот момент, когда их уже закрывали, и побежал по каменистой дороге. От Афин до Пирея расстояние невелико, около сорока стадиев.[15] Быстроногий воин одолел его за полчаса и стремительно ворвался в дом Тиманфа.
При слабом свете лампады, заправленной оливковым маслом, Тиманф и его друзья Гелланик, Андротион и Феаген обсуждали план восстания.
— Друзья, измена! — вскричал взволнованный, запыхавшийся Баллур. — Вас предал Горгий!
— Памфил был прав, когда предостерегал нас от этой гадины, — пробормотал потрясённый Тиманф, чернобородый человек среднего роста с красивым строгим лицом. — Но не время для сожалений. Кого назвал предатель?
— Пока только вас, здесь находящихся…
— Но он может назвать и других, — воскликнул молодой широкоплечий и стройный Феаген, рыбак.
— Он больше никого не назовёт, — мрачно отозвался скиф, сжав вместе огромные ладони.
— Ты убил его?
Баллур утвердительно кивнул головой.
— Хвала богам! Значит, опасность грозит лишь нам?
— Да! Но опасность страшная, надо бежать немедленно, потому что сюда вот-вот явятся враги!
Начались поспешные сборы. Забирали продовольствие, одежду, деньги, какие имелись в доме… Тиманф дал важное поручение шестнадцатилетнему Периандру:
— Беги, сын мой, к Памфилу, расскажи ему, что случилось. Пусть он предупредит всех друзей. От Памфила сюда не возвращайся, а приходи прямо на берег, где стоит наша лодка…
Эфеб,[16] гордый важным поручением, немедленно отправился выполнять его. Остальные, закончив приготовления, также покинули дом. Тиманф вышел последним и оглянулся с грустью на жилище отцов: он знал, что утром здесь не останется камня на камне…
Перед Тиманфом шла печальная Эвротея, ведя за руку маленького Филиппа.
Уверенный в том, что если он сам ускользнёт, то месть тирана падёт на его семью, Тиманф решил взять жену и детей с собой. Гелланик, Андротион и Феаген не были женаты, им нужно было позаботиться только о собственной безопасности.
К маленькой группе беглецов примкнул и Баллур. Своим отважным поступком он отрезал себе возвращение во дворец тирана, и — отныне его судьба была связана с судьбой Тиманфа.
Скрывая оружие под складками одежды, беглецы прошли к причалу.
— Лодка Тиманфа! — воскликнул горячий Феаген. — Вот она, поплывём на Саламин или Эгину…[17]
— Нет, — сказал Тиманф. — Завтра флот тирана обыщет всё море, все близлежащие острова… Сейчас наше спасение в горах! Позднее, когда ослабеет бдительность наёмников Гиппия, когда вернётся из Ольвии Демарат, тогда мы доверим свою жизнь морю, но не теперь…
Согласившись с Тиманфом, решили бежать в горы. Явился Периандр: он выполнил приказ отца. Сели в лодку, поплыли вдоль берега и за несколько стадиев от посёлка высадились на пустынном берегу. Оставив Афины справа, беглецы пошли через обширную оливковую рощу.
![След за кормой (2-е изд.) pic306.png](https://litlife.club/books/93385/read/images/pic306.png)
Шли всю ночь. К рассвету Эвротея уже еле брела, опираясь на руку мужа. На все предложения отдохнуть она отвечала отказом: останавливаться, пока не найдено более или менее надёжное убежище, было опасно. Только в глухой долине, среди дубравы, опустилась на землю эта сильная духом женщина.
Нуждались в длительном отдыхе и остальные путники. Лишь Тиманф и Баллур целый день так и не сомкнули глаз, чутко прислушиваясь ко всякому шороху.
К вечеру, собравшись тесным кружком, принялись за трапезу. Поели холодной рыбы и плодов, выпили виноградного вина из меха, принесённого молодым Феагеном, и тронулись в путь — искать надёжное убежище.
Покинув долину, опять шли целую ночь, стараясь оставить между собой и возможными преследователями как можно большее расстояние. Перед рассветом беглецы оказались у входа в угрюмое каменистое ущелье, каких много было в горах Эллады. По дну ущелья бежал прозрачный ручей. Следуя советам Баллура, пошли по воде, чтобы скрыть следы на случай, если их будут искать с собаками.
После того как было пройдено около трёх десятков стадиев,[18] внимание Баллура привлекло зелёное пятно на крутом каменистом склоне ущелья.
Там, за кустами фриганы,[19] оказался вход в пещеру. О лучшем убежище едва ли можно было мечтать.
Выводя людей из ручья, скиф натер подошвы их обуви диким чесноком, предусмотрительно нарванным по дороге.
Теперь даже собаки не отыщут их следов.
Пещера оказалась тесноватой, но всё же вместила всех путников. Очистив пол от камней, беглецы, утомлённые двумя долгими переходами, крепко заснули — все, кроме неутомимого Баллура. Скиф отправился по воде к тому месту, где они вошли в ручей. Там он обулся и часа три ходил по горам и долинам, путая следы, как заяц, чующий погоню. Потом снял сандалии, натер чесноком подошвы и направился к пещере.
— Теперь никакие собаки не разыщут нас, если только их не надоумит сам бог Гермес, — ухмыляясь, сказал великан. — Но вряд ли он станет думать о таких ничтожных людях, как мы.
Добравшись до убежища, Баллур лёг у входа, положив возле себя меч и кинжал, и уснул мёртвым сном: и его, наконец, сморила усталость!
Паралий Памфил
Потянулись унылые дни вынужденного заключения в тесной, душной пещере. Тиманф и Баллур, ставший в этих трудных обстоятельствах его главным помощником, никому не позволяли выходить из пещеры днём, и только ночью разрешалось бродить по ущелью, чтобы размять ноги. Но и тогда скиф не забывал натирать обувь и даже руки своих товарищей пахучим чесноком.
Припасов было захвачено немного. К счастью, в одну из ночных прогулок Баллур встретился на тесной тропинке с диким вепрем. Горбатый щетинистый зверь, уверенный в своей силе, яростно напал на врага, но схватка окончилась в пользу могучего скифа.
![След за кормой (2-е изд.) pic307.png](https://litlife.club/books/93385/read/images/pic307.png)
Ночью костер был разведен в глубине пещеры, чтобы его отблеск не привлёк враждебного внимания. Беглецы вдоволь наелись жареной свинины.
Прожив в пещере дней десять, Тиманф решил сообщить о своём местопребывании Памфилу.
Канатный мастер Памфил, человек большого ума и прозорливости, несколько лет назад лишился ног. Прикованный к месту, он не выходил из дому, но друзья часто навещали его, и он знал, что происходит в Аттике. Как все паралии, он ненавидел тирана и присоединился к заговорщикам. Своими умными советами он часто помогал Тиманфу. И теперь Тиманф и его друзья рассчитывали, что проницательный и находчивый Памфил сумеет помочь им в их трудном положении. Они понимали, что в пещере долго не прожить: голод выгонит их оттуда даже до наступления зимних холодов. Пробираться по сухопутью на север, в Беотию, или на запад, в Коринф, со слабой женщиной и ребёнком было трудно и опасно: их могли перехватить шпионы и наёмники Гиппия. Путь спасения был один — море.