– Давай! – дала добро подруга.
– Вы что задумали? – с опаской оглянулся Тарас Поликарпович. – Не вздумайте выкидывать здесь свои штучки!
Но он опоздал с предупреждением, Наташа уже переметнулась на переднее сиденье. Шуба девушки осталась сзади, а, и без того короткая, юбка, задралась так высоко, что полностью оголила упругие бедра. Наташа положила руку на колено водителя и начала неторопливо поднимать ее выше. Мужчина собирался отбросить руку, но в это время его обхватили руки второй попутчицы, она ловко расстегнула пуговицы сначала кителя, а затем рубашки и Мирошниченко почувствовал на груди непрошенные, нежные ладони. Как он ни возмущался, но ему было приятно.
Где-то внутри всколыхнулось давно забытое чувство, пробуждая желание. Прижав машину к обочине, он остановил ее. Тут же, словно по взмаху волшебной палочки, откинулась спинка сиденья.
– Ого! – воскликнула Наташа. Ее рука дошла до нужного места.
Обе женщины, как по команде, навалились на подполковника… Водители проезжающих по трассе машин нахально сигналили счастливчику, забавлявшемуся с двумя красотками одновременно.
Действительно, с юности Мирошниченко испытывал комплекс неполноценности. Из-за избыточного веса он стеснялся подходить к девочкам. И если бы не Валентина Михайловна, которой больше понравилась его военная форма, а не он сам, то, возможно, до сих пор оставался бы он холостяком. Но и с женой они уже давно спали отдельно. За многие годы пропал пыл мужской доблести и до сегодняшнего дня подполковник думал, что женщины его больше не интересуют. Но, к своему изумлению, он ошибался.
– Проказницы, – беззлобно произнес начальник колонии, застегивая брюки.
– Понравилось, так и скажи, – рассмеялась Вера и подружка поддержала ее.
– Ну что, изменил мнение о нашей профессии? – сквозь смех поинтересовалась Наташа.
– Не то, чтобы совсем, но есть в ней и положительные стороны, – ответил Мирошниченко, выруливая на трассу.
Настроение его заметно улучшилось и всю дорогу они весело беседовали. Девушки очень удивились, узнав, что на зону их провозит нелегально сам начальник колонии и даже прониклись симпатией к толстяку.
– Ложитесь: одна на пол, другая на сиденье и укройтесь пледом, – проинструктировал подполковник, подъезжая к колонии.
На территорию, как обычно, автомобиль пропустили без всяких препятствий, а в гараже проституток уже поджидали Лунатик и Леший, личные посланники Дикаря, которого положенец назначил ответственным за женщин. Тарас Поликарпович отослал лейтенанта, который занял должность прапорщика Игнатьева, за своим личным водителем.
– Что-то сцепление барахлит, – объяснил он молодому офицеру. – Дашь моему шоферу пару человек в помощь, пусть найдут и устранят неисправность, – отпустил он последние указания.
Как только нежелательный свидетель скрылся, подполковник выпустил проституток наружу.
– Учтите, если попадетесь, я вас и знать не знаю, – предупредил он их на всякий случай.
– Не волнуйся, гражданин начальник, – оскалился Леший. – Ты для нас человек ценный, не подведем.
Пока он говорил, Лунатик незаметно сунул подполковнику сверток.
– Что это? – хотел было возмутиться Мирошниченко.
Но Лунатик торопливо прошептал ему на ухо:
– Это тебе Мутант передал, в знак благодарности. Начальник колонии на мгновенье задумался, но потом решительно сунул сверток за пазуху и, отвернувшись, зашагал прочь. В свертке оказалась значительная сумма денег: три тысячи рублей. Хоть и попал Тарас Поликарпович в зависимость к авторитету преступного мира, но его услуги хорошо оплачивались. Жадность к деньгам склоняла его к мнению, что он не так уж и плохо устроился. Раньше, чтобы заработать, ему приходилось рисковать куда больше. К тому же подполковник был уверен, что его не заложат, нужно только самому быть осторожнее.
Мирошниченко оказался прав. В дальнейшем им по пустякам не рисковали.
Освобождение по двум третям срока, расконвоирование, химия по половинке – вот вопросы, которые приходилось решать Мирошниченко по просьбе Мутанта. Причем, делалось все в рамках закона и за приличное вознаграждение. Только колонией, фактически руководил положенец.
Но всех все устраивало, поэтому жизнь в зоне шла своим чередом, без чрезвычайных происшествий и подполковник даже получал поощрения со стороны высшего руководства.
Начальник колонии уже думал, что госпожа Удача вновь повернулась к нему лицом.
Полковник Сазонов сразу заподозрил своего бывшего отрядного в причастности к той самой краже. Он в точности проанализировал его план: слишком знакомая схема. Антон Герасимович позвонил Мирошниченко и, дал понять, что знает организатора преступления.
Позже, когда он узнал о побеге из колонии Атамана и Диксона и до него дошли слухи, что Мирошниченко тоже пострадал, картина окончательно прояснилась. Несмотря на то, что и Мирошниченко оказался в роли пострадавшего, Сазонов затаил на него злобу и только выжидал удобный момент, чтобы отомстить. Такая возможность ему вскоре представилась. Полковнику предложили должность заместителя начальника УВД области и он, естественно, согласился.
В непосредственное подчинение Сазонова перешли все зоны области. Раз в неделю Антон Герасимович собирал всех начальников колоний на совещание у себя в кабинете.
Для подполковника Мирошниченко новое назначение Сазонова не сулило ничего хорошего. Тот его колонии уделял более пристальное внимание, чем остальным: поощрения прекратились и начались всякие мелкие служебные неприятности, которые обещали перерасти в более крупные.
Тарас Поликарпович понимал, что его спокойная жизнь закончилась и старался держать ухо востро. Но, как говорится, и до столба можно докопаться, было бы желание. А такое желание у его непосредственного начальника было.
Более того: ненависть и жажда мести буквально светились в глазах полковника, в интонации голоса проскальзывала явная угроза. Но время шло и, казалось, все оставалось по-старому. Мирошниченко привык к постоянным нападкам со стороны Сазонова и уже не так болезненно реагировал на них и даже рискнул написать рапорт генералу, где отметил, что полковник относится к нему предвзято и ищет в работе только изъяны, совершенно не замечая положительных сторон его деятельности.
После серьезного разговора, состоявшегося с генералом с глазу на глаз, полковник Сазонов, казалось, вообще перестал обращать внимание на Мирошниченко. А тому только это и было надо.
Антон Герасимович задумал, однако, поймать бывшего приятеля с пол1гчным на каком-нибудь серьезном правонарушении, а то и преступлении. И не только освободить того от занимаемой должности, но даже по возможности отправить за решетку.
Заместитель начальника УВД области был уверен, что Тарас Поликарпович наверняка занимается махинациями, но неоднократные проверки документации ни к чему не приводили: все соответствовало букве закона. Тогда Сазонов пришел к выводу, что необходимо за начальником колонии установить негласное наблюдение, которое, рано или поздно, должно привести к желаемому результату. Но где подыскать нужную и надежную кандидатуру?
Над этим непростым вопросом и ломал себе голову Антон Герасимович не одну бессонную ночь. Он вдолбил себе в голову, что не успокоится, пока обидчик не понесет наказания.
Однажды ему все-таки повезло.
Как-то вечером жена попросила Антона Герасимовича сходить в магазин, одевшись в гражданское он отправился за покупками. Уже рассчитываясь за покупки, он услышал оглушительный вопль продавщицы:
– Держите его!
Прямо на полковника бежал худой, еще довольно-таки молодой, мужчина в поношенной, изрядно потертой одежде, с бутылкой украденной водки в вытянутой руке.
Сазонов, подловив момент, расчетливо поставил подножку беглецу и придавил упавшего ногой к полу. Народу в магазине было немного, но добровольные помощники нашлись.
– Подержите его, я милицию вызову, – попросила энтузиастов продавщица и скрылась в подсобном помещении.