Ждать чего-то, не представляя, чего именно ждешь - занятие тяжелое, да и глупое. Игнациус, с видом обалдевшего от всего происходящего, ухватил Гаврилу за пояс и пошел следом, словно лодка за кораблем.
"Что он предпримет?" - подумал маг, ощупывая толпу вокруг себя глазами. - "А что бы предпринял я сам?" Он посмотрел на широкую спину, на мешок, что болтался чуть на отлете…
"А нужен ли ему сам Гаврила? Наверняка нет! Мешок. Мешок ему нужен! А Гаврила… Зачем он ему? Этот уже свое отслужил - принес мешок куда нужно".
Хорошо, что еще надоумил его привязать мешок к руке - так-то спокойнее.
Пришлось рассказать ему на какие хитрости пускаются городские хитники, чтоб отобрать у честного человека то, что он нажил непосильным трудом. Поверил варвар, попросил, чтоб на два узла завязал… Игнациус усмехнулся. "Да хоть на четыре! Разве в узлах дело?" "Суматоха ему нужна, суматоха… - подумал маг вертя головой по сторонам. - Чтоб поближе подобраться… Давка." Громовой рев он услышал как раз тогда, когда они шли мимо скотного ряда. В нем не было тоски домашнего животного, покорно ждущего нового хозяина или приглашения на бойню. Этот рев будил страх, заставлял оглядываться в поисках близкой опасности…
Горожане остановились. Им звук тоже был в диковину, зато, когда звук прозвучал во второй раз… А Игнациусу-то хватило и первого раза - настолько этот рев не вязался с торжищем. Быки, мимо которых они как раз шли и те задрожали. Маг понял - началось!
- Шишига! - заорало сразу несколько голосов. - Зверь Шишига!
Гаврила дернулся на голос и Игнациус обернулся вместе с ним.
На другом конце площади, над людскими головами, над крышами невысоких домиков и купеческих лавок, возвышался темно-коричневый зверь. Все четыре руки его были расставлены в стороны, но ничего больше он увидеть не смог. Против солнца его трудно было что-либо рассмотреть, но даже того, что они увидели, хватило, чтоб убедиться в свирепой мощи чудовища. Это понял каждый, из тех, кто стоял на площади. Над ней повисла томительная тишина. Люди видели и не верили своим глазам. Душами их владело удивление, а не страх.
- Не бывает, - сказал Гаврила хриплым шепотом.
- Чего не бывает? - переспросил Игнациус, не сводя глаз с чудовища. Зверь чесался, словно бы соображал, каким это ветром его сюда занесло.
- Таких шишиг не бывает, - громко сглотнув, объяснил беглый журавлевец. - Обычно они раза в четыре меньше…
Но Игнациус и сам видел, что не настоящий это зверь - колдовской…
Повинуясь, то ли приказу, то ли своему злому нраву, зверь, словно у него в голове крючок какой соскочил, легко и быстро присел и кулаками правой пары рук ударил по крышам лавок, а двумя другими руками подхватил телеги и подбросил их в воздух. Уже в небе повозки развалились на части и обрушились на застывшую в изумлении толпу. Это в одно мгновение превратило горожан, жадных, как и любые варвары, до зрелищ, в перепуганную толпу. Площадь всколыхнулась, словно все, кто там был, одновременно выдохнули, заорали, заметались…
"Огородники, - подумал Игнациус. - Однако, как он решился?" На его глазах зверь ногой поддел телегу, и с неба тут же посыпались мешки с зерном.
"Заодно они с Белояном, что ли? - мелькнуло в голове, но он тут же оборвал себя. - Если б они заодно были, то и зверя бы не понадобилось!" Ответ мог быть только один, и он его уже знал.
Что два мага, из которых один был хозяином в этом городе, могли сделать с одним гостем издалека, ему объяснять не требовалось - и сам не раз такое проделывал, бывало даже, что и в одиночку.
Значит Митридан где-то рядом. Совсем рядом, и только мешок не дает магу учуять собрата по ремеслу… Маг с ненавистью посмотрел на Гаврилу, прижавшего мешок к груди, но тот ничего не видел кроме страшного зверя.
На мгновение толпа стала единым телом, по которой быстрее молнии пролетел страх. Люди вокруг них словно всем одним разом пришла в голову одна и та же мысль, сделали общее движение. Толпа, словно вода под брошенным кем-то камнем, отхлынула от зверя и через тонкие ручейки улиц попыталась "вытечь" с площади. Поднятые общим ужасом куры кружились в воздухе вместе с пылью, словно диковинные белые цветы. Смешалось все - рев зверя, наконец-то понявшего, что перед ним беззащитный город, рев толпы, вой обезумевших животных… Воздух дрожал от криков, а земля - от топота тысяч ног и копыт. Вокруг них закрутился людской водоворот. Его спутник дернулся раз, другой, оглянулся…
- Бежим! - крикнул Масленников. - Вон она уже!
"Суматоха! - подумал маг. -Вот она суматоха!"